Сун Кэ чувствовал воодушевление. Видя смущение Сянлань, он слегка кашлянул и, делая вид, что всё в порядке, сказал:
— Изначально семья Жэнь тоже не хотела брать её в жёны. Цао Лихуань испортила себе репутацию, пошли слухи о её неподобающей связи со слугой. Всякая благопристойная семья в такой ситуации решительно расторгла бы помолвку. Но у этой Цао Лихуань, оказывается, есть способности. Видя, что от Жэней прислали людей разорвать договор, она, не говоря ни слова, сняла жильё неподалёку от их дома и заманила туда сынка Жэней. И вот, после нескольких встреч, она… она забеременела.
Говоря это, он взглянул на Сянлань и увидел, что та, забыв о робости, смотрит на него широко раскрытыми глазами, полными изумления, словно торопит рассказывать дальше. Он невольно улыбнулся и продолжил:
— Цао Лихуань явилась к ним на порог с животом, и семье Жэнь ничего не оставалось, как отказаться от разрыва помолвки и, скрепя сердце, сыграть свадьбу. Поначалу домочадцы хотели обходиться с ней хорошо, но стоило ей переступить порог, как она начала попрекать Жэней скудным достатком. Сегодня ей подавай курицу, завтра рыбу, сегодня — шелка, завтра — драгоценности. Она изводила их бесконечно, а ведь Жэни — семья небогатая, так что вскоре они едва сводили концы с концами. Сынок Жэней — сущий тюфяк, зажат между двух огней. У Цао Лихуань свои методы обольщения: она так его закружила, что он словно и женщин-то раньше не видел — ни на шаг от неё не отходит, во всём потакает. Его мать от злости слегла в постель. Лишь младшая сестра оказалась девицей с характером, они с Цао Лихуань сошлись как кончик иглы против острия ости1. Но недавно я слышал, что Лихуань упала и потеряла ребёнка. Не думал, что дома у них всё ещё так шумно.
Сянлань глубоко вздохнула:
— О небо, я знала, что она толстокожая, дерзкая и готова на бесстыдство, но не думала, что она способна на такое.
Сун Кэ сказал:
— Теперь в этих краях нет никого, кто не знал бы «Цао-нянцзы». О её свирепом нраве гремит такая слава, что никто не смеет её задевать. Позже Цао Лихуань несколько раз приходила к дому Линь и просила о встрече, но привратники её выпроваживали. Как раз в один из таких разов её встретил Сю Хун. Он разузнал все подробности и по возвращении пересказал мне это как анекдот.
Сянлань слушала, онемев от изумления, и не переставала поражаться Цао Лихуань. Любая другая женщина, запятнай она свою честь, либо наложила бы на себя руки, либо ушла в монахини, либо уехала бы куда подальше. Но эта Цао-нянцзы проявила поразительную стойкость и упорство, шла на риск и в итоге заставила Жэней жениться на ней, да ещё и устроила там такой переполох, что ни людям, ни собакам нет покоя.
Сянлань покачала головой:
— Семье Жэнь не позавидуешь. Только что я видела гунцзы семьи Жэнь, он показался мне статным и видным мужчиной. Жаль его.
Сун Кэ холодно усмехнулся:
— Просто никчёмный человек, без кругозора и знаний. Говорят, он дома сам стирает одежду и готовит еду для Цао Лихуань. Она всем заправляет, а у него ни своего мнения, ни ответственности — зря только мужчиной родился.
Сянлань, поигрывая кончиком косы, промолвила:
— Это потому, что у свекрови нет твёрдости. Если бы я была на её месте, то сначала бы отвесила невестке пару оплеух, чтобы научить правилам. А если бы та посмела дать сдачи, то я бы подала жалобу в управу, разложила бы всё дело по полочкам и попросила господина «Чистое небо» рассудить нас. Даже если бы не удалось добиться развода, пусть бы её побили палками для острастки.
Сун Кэ прищёлкнул языком и рассмеялся:
— Ой-ой-ой, и не скажешь по тебе, что ты такая. А я-то думал, ты нежная и кроткая красавица.
Сянлань взглянула на него и с полуулыбкой ответила:
— По натуре-то я кроткая, да только боюсь, что если буду кроткой и дальше, в твоём доме опрокинут кадку с уксусом и я в ней просто утону от кислоты.
Сун Кэ почувствовал в её словах скрытый смысл и переспросил:
— О чём ты?
Сянлань с улыбкой сказала:
— Да так, ничего особенного. Просто скажи прямо, что ты намерен делать с Фан Сы — оставишь её при себе или отпустишь. А то она каждый день смотрит на меня как черноглазый петух2, я же из-за этого терплю напрасные обиды.
Сун Кэ был человеком понятливым и по этим нескольким словам всё уразумел. Нахмурившись, он произнёс:
— Она дочь Го-мама, предана мне и нравится моей матери, поэтому я всегда относился к ней с уважением, но никаких иных мыслей у меня нет… — Он посмотрел на Сянлань. — Не беспокойся, я знаю, что делать.
Его взгляд был пылким, у Сянлань покраснели уши. Она стала смотреть в сторону и тихо промолвила:
— Хорошо, если знаешь.
Сун Кэ рассмеялся, снова взял Сянлань за руку и слегка сжал её ладонь:
— Мы сегодня вышли развеяться. Давай тоже пустим по воде фонарь-лотос, чтобы прогнать неудачи и попросить божеств о покровительстве.
Он увлёк Сянлань на улицу, они купили два фонаря и, одолжив кисть, он старательно вывел на лепестках лотоса несколько иероглифов. Сянлань смотрела на его лицо, ярко освещённое светом свечи: красивые брови, ясные глаза, весь он словно сиял — от него невозможно было отвести взгляд.
Сянлань заворожённо смотрела, и её сердце наполнилось нежностью.
Сун Кэ закончил писать и, увидев, что Сянлань всё ещё смотрит на него в оцепенении, с улыбкой сказал:
— Что ты на меня так смотришь? Скорее пиши на фонаре свои желания. — С этими словами он подошёл к реке и осторожно спустил фонарь-лотос на воду.
К его удивлению, Сянлань тоже присела и осторожно опустила в воду совершенно чистый фонарь.
Сун Кэ в недоумении спросил:
— Почему ты ничего не написала?
Сянлань сидела на корточках у реки и тонкой рукой касалась зелёной воды, отталкивая фонарь подальше. Улыбнувшись, она ответила:
— Его пускают, чтобы избавиться от неудач. Если дурной рок уйдёт, я уже буду довольна. Говорят ведь: «Если в судьбе суждено — будет, если нет — не проси силой». Разве можно получить желаемое, просто загадав его? — С этими словами она улыбнулась Сун Кэ.
Эта улыбка была неописуемо прекрасна: нежное лицо, озарённое мерцанием волн и светом свечей, походило на чистый жемчуг или драгоценный нефрит.
- кончик иглы против острия ости (针锋对了麦芒, zhēn fēng duì le mài máng) — образное выражение, описывающее столкновение двух равных по силе и упрямству противников. ↩︎
- черноглазый петух (乌眼鸡, wū yǎn jī) — идиома, описывающая крайне недружелюбного, смотрящего с нескрываемой злобой человека. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
