— У нас самолёт днём, будьте добры, организуйте машину, чтобы отвезти нас в аэропорт, — сказал Луань Нянь.
— Пусть Шэлли вас отвезёт.
— Благодарю.
Луань Нянь не стал специально прощаться с Шан Чжитао, лишь бросил на неё равнодушный взгляд перед уходом.
У Шан Чжитао не было опыта настоящих ссор с Луань Нянем. Она даже не знала, можно ли считать то, что произошло, ссорой, и можно ли считать это примирением. Она не поехала провожать его в аэропорт, но когда Шэлли позвонила и сказала, что самолёт Луань Няня уже взлетел, вдруг пожалела об этом.
С таким трудом увиделись, и вот он уехал. Стоило ли ссориться, ведь они так долго не виделись.
Она включила телефон, чтобы посмотреть на Лу Кэ. Лу Кэ казался немного одиноким. Тётя выгуляла его и приготовила корм, но он даже не встал, как раньше, а продолжал лежать. Шан Чжитао стало очень жаль его, и она позвала:
— Лу Кэ.
Лу Кэ тихонько заскулил, но не шелохнулся. Шан Чжитао вдруг подумала, что, возможно, стоит перевезти Лу Кэ на северо-запад. Хотя жизнь там суровая, у Лу Кэ, по крайней мере, будет она. Она открыла телефон, чтобы проверить маршрут для самостоятельной поездки, планируя арендовать машину и доехать из Пекина сюда вместе с Лу Кэ, чтобы он стал псом-путешественником.
Лишь поздно ночью Шан Чжитао увидела, как он вдруг вскочил и подбежал к двери, склонив голову и внимательно прислушиваясь к звукам, а затем бросился в объятия вошедшего Луань Няня.
Луань Нянь долго успокаивал его, прежде чем тот притих. Он указал на миску и спросил:
— Что, голодовку объявил?
Лу Кэ гавкнул, подбежал к миске и зарылся в неё головой. Стоило увидеть Луань Няня, как аппетит вернулся. Шан Чжитао даже слышала, как он чавкает и как слюни капают на пол. Наконец она не выдержала и крикнула:
— Ешь помедленнее!
— Тебе-то какое дело? — Луань Нянь сидел на диване спиной к Шан Чжитао, но она знала, что эти слова адресованы ей.
— Это моя собака, — тихо пробормотала она.
Луань Нянь обернулся и посмотрел в камеру:
— Повтори-ка?
— На… ша собака.
Луань Нянь снова отвернулся, подставив ей затылок. Шан Чжитао позвала его:
— Луань Нянь.
— М-м?
— Можно я вернусь в конце сентября?
— К какому другу ты собралась?
— К парню, — ответила Шан Чжитао. — Хочу увидеться с тобой перед твоим отъездом в Голландию, ладно?
Луань Нянь каждый год один-два раза выбирался куда-нибудь с друзьями, никогда не пропуская эти поездки. В этот раз они выбрали Голландию.
Луань Нянь по-прежнему молчал. Шан Чжитао ждала долго; она ненавидела, когда он так себя вёл.
— Луань Нянь, когда я в следующем месяце вернусь в компанию к исполнению обязанностей, я хочу арендовать машину и забрать Лу Кэ на северо-запад. Чтобы больше не утруждать тебя заботами о нём. Уже поздно, я спать.
Шан Чжитао выключила наблюдение и отбросила телефон. Она ставила на то, что Луань Нянь ей позвонит. И верно, Луань Нянь набрал её номер. Он спросил:
— Что это значит?
— Это значит, что я хочу забрать Лу Кэ к себе. Тогда ты будешь свободен в своём времени, тебе не придётся постоянно думать о нём, и станет легче.
— Я его прямо сейчас на улицу выкину, а ты потом возвращайся и сама клей объявления о пропаже!
— Хорошо.
Шан Чжитао повесила трубку. Луань Нянь звонил снова, она сбрасывала; и так много раз подряд.
Она научилась плохому: ей хотелось, чтобы Луань Нянь тоже почувствовал, каково это — когда с тобой отказываются общаться. Она втихую включила камеру и увидела, что Луань Нянь звонит кому-то, но её телефон молчал. Значит, он звонил другому человеку. Он включил громкую связь, желая ранить её в самое сердце.
Шан Чжитао услышала, как он говорит:
— Сходим куда-нибудь посидеть?
— Куда именно?
— Не всё ли равно?
— Важно. От того, куда мы пойдём, зависит, что я надену.
Это был откровенный флирт.
— Посидим у тебя дома. Скинь адрес, — Луань Нянь повесил трубку и сказал в пустоту: — Шан Чжитао, сейчас я иду в гости к другу. Мы просто друзья, и сегодня ночью ничего не будет. Кроме того, не звони мне. Ты же знаешь, я не отвечу.
— Луань Нянь! — позвала его Шан Чжитао.
— Что такое, Флора? Что-то случилось? Заберёшь собаку? Прямо сейчас?
— Тебе нельзя выходить!
— По какому праву ты мне указываешь?
— Я твоя девушка! — Когда Шан Чжитао злилась, её голос дрожал, и это «твоя девушка» прозвучало особенно прерывисто. Гнев Луань Няня внезапно улетучился. Он повёл бровью, глядя на Лу Кэ. Лу Кэ склонил голову и высунул язык, словно говоря: «А-де просто невероятен».
— Завтра утром прилетишь отчитаться о работе, — с серьёзным лицом произнёс Луань Нянь в камеру. — Покупай билет прямо сейчас.
— Ладно.
Только приехав домой, Шан Чжитао поняла, что он имел в виду под «отчётом о работе»: это означало, что они оба засядут дома в будний день. Луань Нянь сказал секретарю, что у него важное дело, и велел звонить не раньше чем через три часа.
Этим важным делом была Шан Чжитао.
Никто из них раньше не позволял себе такого своенравия: работа для них всегда была важнее друг друга. Но эта ссора так измотала их, что без окончательного решения проблемы работать было невозможно.
Луань Нянь сосредоточенно «занимался» Шан Чжитао. В её глазах сияли звёзды, и он, не в силах вынести этот взгляд, резко развернул её к себе спиной. Одной рукой он ласкал её, шепча на ухо:
— Довольна моим обслуживанием в тот день?
— Если бы ты не сказал ту последнюю фразу.
— Сегодня компенсирую вдвойне, и извиняюсь за ту фразу. Прости, Шан Чжитао. — Капли его пота падали ей на спину; он убрал её волосы и поцеловал в щёку.
Шан Чжитао провалилась в перину. Ей казалось, что всё вокруг переполнено, нет ни единой щёлочки, всё вот-вот взорвётся. Она прикусила палец Луань Няня, чтобы не закричать слишком громко, но тело её сильно дрожало. Словно она никогда раньше не знала такой страсти.
— Шан Чжитао.
— Если ещё раз не возьмёшь трубку, я тебя придушу, — Луань Нянь сжал её лицо. — И ещё: если ещё раз обнимешься с другим мужчиной, я тебя тоже придушу.
Шан Чжитао взяла его лицо в ладони:
— А если ты ещё раз пойдёшь ужинать с другой женщиной наедине, я просто уйду с твоего пути.
Став взрослой, Шан Чжитао часто мирила друзей, приговаривая, что ссора в изголовье постели миром в её изножье кончается, хотя сама толком не понимала смысла этой поговорки. Помирившись с Луань Нянем в изножье постели, она в полной мере оценила мудрость предков.
Они оба не поминали ту ссору. Шан Чжитао усердно трудилась над своим проектом, а Луань Нянь всерьёз занимался делами компании. За это время он дважды летал на северо-запад, чтобы провести с Шан Чжитао выходные. Они запирались в маленькой квартире, которую снимала Шан Чжитао: ели, спали, болтали, занимались любовью. Луань Нянь прилетал поздно ночью и улетал утренним рейсом, тихо и незаметно.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
