Она достала телефон и добавила его в друзья.
Луань Нянь сидел на скучном и затянувшемся совете директоров, когда увидел уведомление о новом запросе в друзья. В примечании было указано «Шан Чжитао», и он почувствовал, как какая-то часть его сердца словно озарилась светом, а нескрываемое хорошее настроение разлилось от самой груди к уголкам губ.
Он улыбнулся.
Приняв запрос, он открыл её фото профиля: судя по всему, это был снимок из какой-то поездки, лицо крупным планом среди снегов, щёки раскраснелись, а сама она счастливо улыбалась. Заглянул в её «Моменты» — там было девственно чисто, совсем ничего.
Примерно в 2017 году в приложении для общения появилась функция воспоминаний, и Луань Нянь от скуки решил её попробовать. Первым пунктом шёл вопрос: «Кто был вашим первым другом и поддерживаете ли вы всё ещё связь?» Луань Нянь увидел маленькую аватарку Шан Чжитао тех лет. Он помнил, что в день, когда они добавили друг друга, она, кажется, была в командировке и прислала ему приглашение.
— Что это? — спросил он тогда.
— Просто скачай, — ответила она.
Луань Нянь добавил её.
Тот день воспоминаний едва не вывернул Луань Няню душу. Он подумал о том, что человек, которого он добавил самым первым, исчез.
«Я искал её, я знаю, где она. Я жду подходящего момента, чтобы появиться, но этот момент всё никак не наступит».
Сидя в конференц-зале, он отправил Шан Чжитао вопросительный знак: «?».
— Спасибо за молоко с османтусом.
— Не за что. Надеюсь, ты поскорее найдёшь себе парня, который умеет готовить, — это были слова, сказанные в сердцах.
Шан Чжитао, прочитав это сообщение в такси, развеселилась.
Водитель спросил её: — Что-то хорошее случилось, девушка?
— Нет. Просто встретился один забавный человек.
Шан Чжитао с головой погрузилась в учёбу.
Логика онлайн-рекламы была крайне сложной; её суть заключалась в том, чтобы досконально разобраться в показателях данных, и тогда методология выстраивалась сама собой. Она требовала, чтобы все сотрудники компании умели считать и помнили все отраслевые термины.
CPM, CPC, CPA, CTR… Когда выводился список из сотни аббревиатур, нужно было ткнуть в любую, и сотрудник должен был чётко объяснить её значение, а при виде цифр — уметь их рассчитать. У девушек, конечно, проблем не возникло: раньше они целыми днями пропадали в системах и на бэкэндах, возясь с материалами и изучая данные. А вот парни взвыли: толпа привыкших к совещаниям людей внезапно столкнулась с показателями данных, и их мозги тут же «зависли».
Глядя на их унылые лица, Шан Чжитао долго не могла удержаться от смеха, про себя называя их «глупенькими».
Внезапно она вспомнила, как Луань Нянь вечно ей выговаривал:
— Ты голову дома не забыла?
— Ты можешь хоть иногда пользоваться мозгами?
— Для чего ты их бережёшь, если не используешь?
Она бы никогда так не сказала своим сотрудникам. Луань Нянь был слишком суров к людям.
В обед, когда она ела на крыше офиса, Луми прислала ей видео: Луань Нянь распекал подчинённых на совещании, и присутствующие не смели пикнуть. Шан Чжитао вмиг перенеслась в тот ужас, который испытывала на собраниях с его участием.
— Видала? Упрямый осёл может стать только ещё упрямее, превратиться в старого осла с повадками самого упёртого натурала. Но осёл — он и в Африке осёл.
— Не боишься, что он узнает, что ты так о нём говоришь?
— Я его не боюсь. — Луми прислала стикер с надписью «кого это я когда-то боялась?»: — Могу смело заявить, что я второй человек в компании, который осмеливается его бесить. Первая — Трейси.
— А за пределами компании, думаю, есть только один человек по имени Шан Чжитао, который осмеливается это делать.
— Нет уж, я не смею, — тут же пошла на попятную Шан Чжитао.
Ветерок на крыше был очень приятным, и Шан Чжитао начало клонить в сон. Благодаря выпитому стакану молока с османтусом она чувствовала, что сегодняшний день проходит весьма удачно. После такой беспросветной учёбы к выходным ей вдруг нестерпимо захотелось выбраться куда-нибудь погулять.
И вот, взяв в аренду машину, она отправилась за город вместе с Лу Кэ.
Заселившись в первый попавшийся гостевой дом в деревне, она повела Лу Кэ бегать. Лу Кэ обожал вылазки на природу, и человек с собакой самозабвенно развлекались. Луань Нянь дозвонился только с третьего раза. Сняв трубку, она спросила: — Что случилось?
— Ты где?
— Уехала отдохнуть.
— Я приехал повидать Лу Кэ.
— Лу Кэ со мной.
Луань Нянь не ожидал, что, прилетев рано утром на самолёте, поцелует замок, и спросил: — Ты можешь в следующий раз предупреждать, прежде чем уезжать куда-то?
— А ты предупредил, что собираешься навестить Лу Кэ?
В следующий раз Луань Нянь предупредил заранее, и тогда Шан Чжитао оставила Лу Кэ ему, а сама уехала развлекаться. Они так и не пересеклись.
— Если тебе неудобно мотаться из отеля ко мне домой и обратно, можешь остановиться в гостевой спальне. Так ты сможешь проводить с ним больше времени, — сказала она Луань Няню.
— Не боишься сплетен соседей?
— А чего мне бояться?
Разве сплетен было мало? Зрелая одинокая девушка-предприниматель — сколько ярлыков на неё уже навесили. Истории сочиняли складные, даже описывали внешность её «покровителя»: мужчине за пятьдесят, лысый, с животом, носит золотые часы, с виду очень богатый, уходит от неё на рассвете.
Если бы соседи увидели Луань Няня, возможно, слухи стали бы чуть приятнее. Ему чуть за тридцать, красив, статен, держится высокомерно, манеры безупречны — решили бы, что она на деньги старого любовника содержит молодого красавчика.
И Луань Нянь действительно поселился в гостевой спальне.
В его чемодане было всё необходимое, он относился к дому Шан Чжитао как к отелю. В её квартире всё было хорошо, кроме одного — почти нечего было есть. Луань Нянь не понимал, как женщина может так жить, поэтому отправился в супермаркет и накупил кучу фруктов, овощей, мяса, рыбы, яиц и морепродуктов, забив ими холодильник.
Вечером он приготовил мясной фарш и, как прежде, сделал для Лу Кэ мясные тефтели на пару.
Лу Кэ и не чаял, что за свою жизнь ещё отведает такое; он сидел рядом, высунув язык и ожидая, а слюни с тихим стуком капали на пол. Услышав звук, Луань Нянь обернулся к нему: — Тебе не стыдно?
— Ты что, мяса никогда не видел?
— Посмотри на себя, бестолочь!
Луань Нянь отчитывал Лу Кэ, одновременно подтягивая его к себе, чтобы расчесать шерсть: — Абонемент на мытьё, купленный несколько лет назад, всё ещё не закончился, его продлевали уже четыре раза. Выпадет ли мне ещё когда-нибудь шанс отвести тебя помыться?
Лу Ми потерлась головой о него, словно говоря: «Думаю, да».
Когда Луань Нянь уезжал, Шан Чжитао ещё стояла в пробке на окраине города. Она увидела его сообщение: «Я уехал».
— Счастливого пути.
Вернувшись домой, она открыла холодильник в поисках еды и обнаружила, что он доверху забит продуктами: фрукты, овощи — всё было на месте. В морозилке она нашла морепродукты, рыбу и мясо.
Там же лежала записка: «Мясные тефтели Лу Кэ на первой полке, разогревай ему по три штуки за раз».
Она позвонила ему и, услышав на фоне объявление о посадке, спросила: — Ты приедешь навестить Лу Кэ на следующей неделе?
— Если время позволит.
— Ты видел моих соседей, когда гулял с собакой?
— Видел.
— Они что-нибудь говорили?
— Спросили, не твой ли я парень.
— О.
Шан Чжитао коротко отозвалась, а спустя мгновение услышала голос Луань Няня: — Я сказал, что да.
— Как угодно. Всё равно у меня плохая репутация, — сказала Шан Чжитао и повесила трубку.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
