Этот год подошёл к концу.
Шан Чжитао сидела на рабочем месте и писала заключение за год. Она достала из ящика свой список дел: вождение выучила — можно вычеркнуть; английский немного подтянула — можно поставить галочку; завела больше трёх друзей — подумав, решила, что и это выполнено.
Она внимательно оглянулась на события прошедшего года — было в них немного грусти, но больше всё же радости. Что именно вызывало грусть, она и сама не могла сказать.
Она убрала список в ящик и принялась наводить порядок на столе. Завтра рано утром ей уезжать домой, и от этого мысли на душе становилось очень хорошо. Ей выплатили больше сорока тысяч годовой премии. Тогда, когда она совершила ошибку, Луань Нянь грозился лишить её премии — выходит, просто пугал. Зная, что на карте лежат десятки тысяч юаней, она вдруг почувствовала себя человеком, у которого есть сбережения. Она уже начала планировать, как потратит эти деньги: нужно сменить очки для чтения Лао Шан и Да Чжай, а ещё купить им по паре комплектов новой одежды.
После праздников нужно подготовить подарки для соседок по комнате, Луми и Яо Бэй, а также сделать подарок самой себе. В ящике её стола лежала маленькая коробочка — новогодний подарок для Луань Няня, который она купила заранее, но так и не решилась вручить.
Луань Нянь подарил ей две сумки. Шан Чжитао не знала, сколько именно они стоили, — она их даже не открывала. Она чувствовала, что должна что-то подарить в ответ, но у Луань Няня было всё. Ей казалось, что подарок от неё будет выглядеть странно и может даже нарушить то хрупкое равновесие, которое между ними установилось.
Она долго думала и в итоге решила подарить Луань Няню корм для рыб. Точно такой же, какой стоял под его аквариумом. В выходные после английского она обошла несколько зоорынков, прежде чем нашла его. Указывая на одну из рыб, она спросила у владельца лавки:
— Что это за рыба? Как она называется? И что обычно ест?
— Красный дракон, — ответил хозяин.
— Сколько она стоит?
— Четыре тысячи. Те, что с окрасом получше, подороже.
— О, понятно.
Оказалось, Сяо Хунци — это красный дракон. Каждый раз, когда Шан Чжитао видела эту рыбу, та вела себя так, будто они старые знакомые, и плавала в аквариуме, следуя за кончиком её пальца. В Сяо Хунци было куда больше человечности, чем в Луань Няне.
— Я куплю для неё корм, самый дорогой.
— Четыреста тридцать за банку.
…Стиснув зубы, Шан Чжитао купила. И теперь, глядя на маленькую подарочную коробочку, она никак не могла набраться смелости, чтобы отдать её Луань Няню. Она видела, что коллеги уже разошлись, и Луань Нянь тоже встал, убирая компьютер в сумку. Если не подарить сегодня, завтра возможности не будет. Глубокой ночью он улетает в Америку, а она завтра утром уезжает на поезде в Бинчэн. Луань Нянь уезжал надолго: навестить родных, на совещания в штаб-квартире и творческий конкурс — он вернётся только в начале марта.
Луань Нянь вышел из кабинета. Шан Чжитао накинула рюкзак, взяла коробочку и пошла за ним в лифт. Луань Нянь увидел в зеркале лифта коробочку в её руках и её саму — встревоженную и неуверенную. Он спросил в лоб:
— Это мне?
Шан Чжитао слегка покраснела и кивнула.
Луань Нянь протянул руку, но, увидев, что Шан Чжитао стоит неподвижно, нахмурился:
— Передумала дарить?
Шан Чжитао вложила коробочку ему в ладонь и, прежде чем двери лифта открылись, сказала:
— Счастливого пути.
— Тебе тоже.
Сев в машину, Луань Нянь долго смотрел на подарок и, наконец, вскрыл его. В тот же миг его беспокойство исчезло, и он рассмеялся, глядя на банку с кормом.
Ну и ну, Шан Чжитао.
Он выехал с парковки и специально проехал перед зданием компании. Шан Чжитао, как он и ожидал, всё ещё ловила такси. Он остановился перед ней:
— Садись.
Шан Чжитао немного удивилась. Сегодня была не пятница, а завтра им обоим предстоял долгий путь.
— Не сядешь? — поторопил её Луань Нянь, видя, что она медлит.
Шан Чжитао открыла дверь и увидела свой подарок на переднем сиденье. Луань Нянь взял его, подождал, пока она сядет, и положил корм ей на колени. А вместе с ним — связку ключей. Шан Чжитао замерла, переводя взгляд с ключей на Луань Няня.
Луань Нянь смотрел вперёд и невозмутимо произнёс:
— Раз уж ты подарила такой подарок, то обеспечь и послепродажное обслуживание. Пока меня не будет, будь добра, присмотри за моими рыбами.
— …У вы дома столько ценных вещей…
— Их с собой не заберёшь.
— О.
— Спасибо за подарок.
— Не за что, вы мне тоже дарили.
Луань Нянь заметил её скованность и вдруг усмехнулся:
— Шан Чжитао, ты знаешь, когда ты самая смелая?
— А?
— Когда мы в постели, — Луань Нянь сделал паузу. — Невероятно дерзкая и невероятно смелая.
Луань Нянь порой задумывался, не живут ли в теле Шан Чжитао два разных человека: один отвечает за её дикость, другой — за смирение. Иначе почему она так быстро меняется в лице?
— Во-первых, при нашей последней встрече в этом году я хочу, чтобы ты перестала так ко мне обращаться. — Луань Нянь считал это обращение до смешного нелепым и передразнил её тон: — Вы… не целуйте там…
Луань Нянь редко говорил так много, и Шан Чжитао обнаружила, что, когда он разговорится, он бывает довольно забавным — её интонации он передал точь-в-точь. Но надо же было выбрать именно ту фразу, от которой ей становилось особенно стыдно. Она не сдержалась и рассмеялась, хотя лицо её залил румянец.
— Странно, да? — спросил Луань Нянь.
Шан Чжитао кивнула:
— Странно. Но как же мне к вы обращаться… — заметив его взгляд, она осеклась.
— Называй меня просто Луань Нянь.
— О. А во-вторых?
— Во-вторых… — Луань Нянь припарковал машину в гараже. — Ты ведёшь себя так скованно, будто мы никогда не спали вместе.
— Я не нарочно, просто мы ещё не настолько близки…
Луань Нянь кивнул:
— А, так это потому, что мы «переспали» недостаточно близко…
Он подхватил Шан Чжитао на руки, бросил на кровать и принялся расстёгивать пуговицы на своей одежде. Он снова замолчал, лишь его глубокий взгляд замер рядом с Шан Чжитао, вея почти пугающей решимостью. Шан Чжитао немного занервничала и невольно прикусила губу, но Луань Нянь тут же перехватил её. Он глухо произнёс:
— Не кусай губы. Кусай меня.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
