В конце седьмого месяца зарядили дожди и утихли лишь к четвертому дню восьмого месяца.
Женщиной полной судьбы, прибывшей в переулок Бэньсы для помощи, стала госпожа Ши — старшая сноха командующего авангардом Цзиньнувэй Чэнь Юньшэна. Ей было не более двадцати семи-двадцати восьми лет; обладая благородной наружностью и хваткой, она слыла весьма умелой женщиной.
Она вошла с улыбкой:
— Я уж тревожилась, что дождь не утихнет, а теперь как замечательно! Непогода прошла, завтра в самый раз отправлять приданое. — И добавила с удивлением: — Кто выбирал этот день? Словно предугадали всё до мелочей!
Дату выбрала мать. На самом деле она лишь открыла календарь на ближайшем дне, не предполагая, что после затяжных дождей наступит ясная погода.
Фу Тинъюнь слышала от стариков: если перед свадьбой идут дожди и дует ветер, а в день бракосочетания светит солнце — это лучшая примета. Дождь и ветер символизируют прошлые невзгоды, а солнце — будущую гладкую жизнь. Это означает, что все прежние тяготы развеются с уходом из родительского дома, а впереди ждут лишь счастье и благополучие. Самый дурной знак — когда перед свадьбой ясно, а после поднимается буря. Это сулит улетучившуюся радость и жизнь, полную бурь и испытаний.
Неужто их с Чжао Лином горести позади?
Девушка невольно улыбнулась.
Из смущения перед собственным торжеством она не проронила ни слова, а лишь подала госпоже Чэнь-Ши пиалу с чаем.
За последние дни госпожа Чэнь-Ши и Фу Тинъюнь успели сблизиться. Гостья вежливо отказалась от такой оказанной чести и поднялась, принимая чашку.
Жених Фу Тинъюнь был сослуживцем ее свекра равного ранга, а её муж служил лишь младшим офицером-сяовэем. К тому же свекор строго наказал: приглашение войти в роль женщины полной судьбы исходило от господина Чжао, доверенного советника Императора со времен его пребывания в прежней резиденции, и требовалось проявить высочайшее усердие. Возможно, в будущем её мужу или свекру еще придется обращаться за поддержкой к господину Чжао.
Подумав об этом, она немного помешкала, желая отослать Юйвэй, несущую поднос со сладостями:
— Я полностью пересчитала вещи, остается лишь ждать прибытия процессии из переулка Шицзя с обрядом побуждения невесты1. — Она протянула Юйвэй опись приданого: — Ты идешь вместе с хозяйкой и отличаешься внимательностью. Сверь пока опись со списком, чтобы ничего не упустить, а после поможешь распределить вещи в кладовую.
Приданое Фу Тинъюнь не было обширным, но антиквариат и каллиграфия, переданные Чжао Лином, представляли огромную ценность.
Юйвэй посчитала совет разумным, с улыбкой согласилась и прошла в соседний флигель, где лежали вещи.
Госпожа Чэнь-Ши достала из-за пазухи тонкий альбом «Весеннего дворца»2 и вполголоса шепнула Фу Тинъюнь:
— Взгляни, это пригодится в первую брачную ночь!
Лицо Фу Тинъюнь мгновенно вспыхнуло.
Шестая тетушка в свое время тоже сунула ей подобный альбом и долго давала наставления…
Смутившись, Фу Тинъюнь убрала альбом.
Госпожа Чэнь-Ши удивилась ее осведомленности и предложила:
— Неужто не взглянешь? Пока я здесь, мы могли бы обсудить некоторые подробности.
— Нет, не нужно, — торопливо ответила девушка. С Шестой тетушкой у нее не хватило духу обсуждать подобное, а уж с едва знакомой госпожой Чэнь-Ши и подавно. Желая сменить тему, она спросила: — Слышала я, что приданое выставляют во дворе для общего обозрения, а в день пира устраивают театральные представления. Гостей много, шум — не пропадут ли вещи?
Через несколько дней после ее визита во дворец прибыл высочайший указ. Чжао Лин получил в дар пару настольных ширм, а ей пожаловали статуэтки трех старцев — идеальное украшение для первой пары носилок с приданым. Она могла представить, каким пышным и торжественным станет шествие к переулку Шицзя.
Госпожа Чэнь-Ши с пониманием отнеслась к её тревоге. Одни лишь украшения в ларце Фу Тинъюнь — жемчужины величиной с лотосовое зерно, алые, точно капли крови, рубины и переливающиеся кошачьи глаза — тянули не менее чем на две тысячи лянов серебра, не говоря уже о редких сунских изданиях и эталонных тушечницах.
Она с улыбкой успокоила её:
— Я отправлюсь стелить брачную постель и передам опись местной женщине полной судьбы. Вещи будут под надежной охраной. К тому же с нами пойдет ваша личная служанка, она останется там на ночь, освоится, а по вашему прибытию поможет с подачей чая. — Вспомнив об этом, она спросила: — Кого вы решите отправить со мной?
— Пусть идет Чжэньчжу, — улыбнулась Фу Тинъюнь. — Мне еще понадобится Юйвэй, чтобы уладить здесь оставшиеся дела. Она постарше и умеет принимать решения.
Когда основные вещи перевезут, невесте останется лишь нарядиться и сесть в паланкин. Однако уборка двора от взрывов петард и возврат арендованной у семьи Сунь мебели потребуют хозяйственной руки.
— Это разумно, — одобрила госпожа Чэнь-Ши. — Чжэньчжу хоть и молода, но весьма смышлена…
Разговор окончательно перешел на свадебные хлопоты, и Фу Тинъюнь перевела дух с глубоким облегчением.
На следующее утро из переулка Шицзя прибыла процессия побуждения невесты, которую возглавлял сам Мо И.
Он стоял во дворе и задорно смеялся:
— Я приложил немало сил! Когда молодая хозяйка войдет в дом, не забудьте приготовить нам пышный пир!
Фу Тинъюнь из комнаты с пылающим лицом ответила ему шутливым укором.
Благоприятный час для обряда бракосочетания выпадал на час Свиньи3. В доме Фу Тинъюнь лишь раздали сладости соседям и накрыли два праздничных стола. Девушка поднялась в час Кролика4; госпожа Чэнь-Ши лично провела обряд «цзяомянь»5 и уложила прическу. Коуэр подала суп с семенами лотоса и лилией, а к часу Петуха6 Фу Тинъюнь уже облачилась в свадебный наряд.
Из-за душевных терзаний и чувства собственной вины Юйвэй лишь помогала с внешними приготовлениями, не касаясь личных вещей хозяйки.
Госпожа Чэнь-Ши велела Коуэр подать Фу Тинъюнь пиалу с лапшой:
— Путь неблизкий, лучше перекусить заранее. Позже времени на еду не найдется.
Фу Тинъюнь не стала отказываться. Она помнила, как её Третья двоюродная сестра выходила замуж: дом жениха находился в пятидесяти ли, на дорогу ушел весь день. Сестра поднялась до рассвета, умылась, а из-за длинного пути не смела выпить и глотка воды, боясь нужды в дороге. После поклонов её окружили родственницы мужа, не дав возможности даже тайком съесть сладость. На третий день, возвращаясь в родительский дом, сестра жаловалась, что «чуть не лишилась чувств от голода».
Пока Фу Тинъюнь ела, госпожа Чэнь-Ши занялась её макияжем.
Нанеся рисовую пудру, она долго разглядывала лицо девушки, но не спешила подрисовывать брови.
— Лицо слишком сухое? — поинтересовалась Фу Тинъюнь.
- Обряд «куйчжуан» / Побуждение невесты (催妆 / cuīzhuāng) — традиционный свадебный ритуал, при котором сторона жениха накануне или в день свадьбы отправляет в дом невесты подарки, наряды и процессию, символически торопя девушку к выходу.
↩︎ - Альбом «Весеннего дворца» / Чуньгун ту (春宫图 / chūngōng tú) — иллюстрированное руководство по интимной жизни, традиционно дарившееся невесте старшими родственницами или женщиной полной судьбы перед первой брачной ночью.
↩︎ - Час Свиньи / Хайши (亥时 / hàishí) — двухчасовой отрезок времени с 21:00 до 23:00.
↩︎ - Час Кролика / Маоши (卯时 / mǎoshí) — двухчасовой отрезок времени с 5:00 до 7:00 утра.
↩︎ - Обряд «цзяомянь» / Удаление волосков нитью (绞面 / jiǎomiàn) — древний ритуал подготовки невесты: удаление пушковых волосков с лица с помощью натянутой шелковой нити, символизирующее переход девушки в статус замужней женщины.
↩︎ - Час Петуха / Юйши (酉时 / yǒushí) — двухчасовой отрезок времени с 17:00 до 19:00.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
