Глава триста пятнадцатая. Усмирение сердец драконов в Кристальном дворце!
«Какая коварная затея».
Ли Чангэн разделил внимание: один бумажный даос сопровождал Сяо Лунцзи на прогулке по Дворцу дракона, а другой находился в заднем покое великого храма Хайшэня, отослав только что принесшего весть комара «бла-бла».
Вслед за этим он начал обдумывать ответные меры.
Сказать по правде, в этом была и его вина. Вероятно, он прятался слишком тщательно, не оставив Западному учению подходящих лазеек, и те в итоге переключили внимание на саму структуру культа Хайшэня.
Великое учение, за спинами которого стоят двое святых владык, — второразрядная, но топовая сила Первозданного мира, — после долгих раздумий решило уничтожить крошечное селение Сюнчжай племени ужэней и перебить божественных посланников культа Хайшэня во всех их поселениях!
Это была чистой воды месть и вымещение злобы!
И хотя этот метод казался нелепым, Ли Чангэн почувствовал себя крайне неуютно…
Тщательно все обдумав, он пришел к выводу, что его собственной вэнь1 все же немного недоставало.
В пору юношеского легкомыслия он полагал, что вэнь — это всесторонняя и абсолютная безошибочность.
Теперь же, когда он стал немного взрослее, к нему пришло запоздалое понимание: при управлении какой-либо силой истинная осмотрительность заключается в том, чтобы намеренно выставить напоказ ложную брешь. Это позволит направить действия противника, заставив его ударить именно по этой уязвимости, и тем самым даст своей стороне больше времени на ответный ход.
Однако сейчас было не время для самоанализа — требовалось немедленно выработать план действий.
Если Западное учение захочет уничтожить культ Хайшэня, ему достаточно послать несколько свирепых зверей, чтобы те начали повсюду истреблять посланников и храмовых служителей. За короткий срок это принесет ужасающие плоды.
К счастью, Ли Чангэн…
Подготовился заранее.
Бумажный даос, находившийся в заднем покое, немедленно скрылся под землей, и еще семь-восемь бумажных даосов приступили к выполнению своих задач.
В кратчайшие сроки он перенесет Сюнчжай, отправив большую часть ужэней на Дуншэншэньчжоу, а «элитных» божественных посланников соберет в «безопасном убежище» под великим храмом Хайшэня.
Хотя на этот раз Западное учение собиралось взяться за племя ужэней, Ли Чангэн решил заодно предупредить и охраняющих разные места защитников из рода истинных драконов, чтобы те временно отступили в Южное море…
Кроме того, чтобы прикрыть своих превосходных агентов, находящихся в подполье в тылу врага, Ли Чангэн приказал развесить у всех храмов Хайшэня объявления:
«Божественные посланники собираются для массового повышения духовных сил. Просим верующих в ближайшие дни возносить благовония самостоятельно у себя дома».
Закончив с этим, Ли Чангэн все еще чувствовал, что чего-то не хватает.
Дела рода драконов тоже подошли к критической точке. Если он вдруг отвлечется и допустит оплошность, враг может этим воспользоваться.
Хотя племя ужэней в самом начале и «обставило» его, все эти годы они преданно и усердно обманом добывали еду и питье… кхм, усердно развивали культ Хайшэня!
В том, что Ли Чангэн сумел заполучить так много заслуг от подношений, была и их неизгладимая заслуга. Раз уж он мог их защитить, то не позволил бы им проливать кровь впустую…
Поразмыслив, Ли Чангэн отправил бумажного даоса стадии Золотого бессмертного вместе с несколькими жрецами, обладающими незаурядным актерским мастерством — например, тем самым Сюн-лаосанем, «бьющим женщин по ночам», — прямиком в Юмин Дифу.
Если племя ужэней столкнется с угрозой, будет вполне логично, если мастера племени У встанут на их защиту.
Ли Чангэн не собирался использовать мастеров племени У даром. Он не поскупится на ответные дары, и чего бы ни не хватало соплеменникам в подземном мире, он велит подготовить это в избытке.
В конце концов, это всего лишь сделка ценой в несколько десятков тысяч голов духовных зверей!
Пока велись эти приготовления к бою, Ли Чангэн вместе с Сяо Лунцзи спустился в морские воды и достиг акватории, где располагался Дворец дракона Восточного моря.
— Подожди немного, — сказал Ли Чангэн. — Мне нужно отвлечься и уладить кое-какие дела.
— Хорошо~
Сяо Лунцзи послушно согласилась и встала позади Ли Чангэна, любуясь дивными морскими пейзажами.
Какими бы глубокими и бескрайними ни были четыре моря Первозданного мира, в них всегда теплился призрачный свет. Большинство бессмертных и культиваторов в совершенстве владели техниками «зрения во тьме», поэтому созерцание подводных красот для них было подобно разглядыванию цветов средь бела дня.
Вскоре Ли Чангэн привел мысли в порядок, распределил задачи по всем поселениям Сюнчжай и обратился к Сяо Лунцзи:
— Готово, идем во Дворец дракона.
— Хайшэнь, у вас возникли какие-то трудности? — серьезно спросила Сяо Лунцзи. — Прошлой ночью а-нян наставляла меня: хотя в Небесном чертоге сейчас мало воинов и генералов, мы не можем позволить вам, Хайшэнь, хлопотать в одиночку. Если возникнут трудности, пожалуйста, не медля сообщите об этом Небесному чертогу. Хм… А-нян сказала именно так.
— Ха-ха-ха, — рассмеялся Ли Чангэн. — Благодарю няннян за заботу. Если я столкнусь с бедой, то не стану нести это бремя один, ведь интересы Небесного чертога — превыше всего!
Сяо Лунцзи легонько моргнула и внезапно осознала…
Хайшэнь действительно мастер слова.
Его речи — всегда уместные, точные, непринужденные и полные глубокого смысла — лились из него сами собой!
Достав нефритовый талисман, Сяо Лунцзи тут же записала свое наблюдение.
Вновь взглянув на спину Хайшэня, она почувствовала, что он становится все более непостижимым… во всех смыслах.
Впереди послышался многоголосый драконий рев, морская вода закипела, а косяки рыб в панике бросились врассыпную.
Зная о прибытии Ли Чангэна, род драконов, когда до Кристального дворца оставалось еще пятьсот километров, выслал огромную армию для торжественной встречи.
В этот момент Сяо Лунцзи услышала внутри барьера из бессмертной силы тихий, глубокий вдох.
Сяо Лунцзи приподнялась на цыпочки и подалась вперед: лицо Хайшэня было сосредоточенным, а во взгляде читалась такая решимость, какой она не видела на протяжении всего пути.
— Хайшэнь, неужели дела с родом драконов сопряжены с такими трудностями?
— Терпимо.
Ли Чангэн слегка сжал кулаки. Он был полон решимости выиграть эту битву!
С сего дня решится судьба мира, и в зале Линсяо я стану великим сановником!
Он и представить не мог, что в нем, Ли Чангэне, тоже может всколыхнуться некое подобие героического порыва!
Стоявшая рядом Сяо Лунцзи чутко уловила перемену в настроении Хайшэня, и ее сердце невольно затрепетало от волнения.
«А-де говорил, что у Хайшэня есть один недостаток — он слишком вэнь и прежде чем начать действовать, обдумывает все по многу раз. Но то, что я вижу сегодня, совсем не похоже на слова а-де…»
Не успела Сяо Лунцзи закончить свою мысль, как вперед выступил мастер из рода драконов. Громко рассмеявшись, он издали поклонился богу морей.
И в то же мгновение Хайшэнь растерял весь свой величественный вид. Всего секунду назад он был преисполнен героического пафоса, как вдруг… прищурился и расплылся в благодушной, услужливой улыбке.
- вэнь (稳, wěn) — концепция «осмотрительности» и «надежности», кредо главного героя, предполагающее исключение любых рисков через тщательное планирование и осторожность. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
