Глава 339. Сильнейший в истории Первозданного мира мастер поддержки!
Ли Чаншоу стоял на руинах Кристального дворца, глядя на глубокую впадину на морском дне, и невольно испытывал недоумение…
Куда они бегут?
Чего все разбежались?
Изначально, когда в качестве «приглашенных гостей» выступали Ню-тоу и Ма-мянь, Ли Чаншоу полагал, что на этот раз сможет действовать более осмотрительно и ему не придется вступать в бой лично.
Затянуть время, прорвать окружение, отступить — в целом у него была высокая уверенность в успехе.
Однако когда первый план был выполнен наполовину, Великий архимаг внезапно отдал приказ, и его будущему шиди ничего не оставалось, кроме как перейти к активным действиям, сменить тактику и продемонстрировать традиционное мастерство гражданского чиновника Небесного двора и младшего архимага Сюаньду из учения Людей.
В тот момент вопрос, казалось, заключался в том, «как должным образом справиться с тысячами мастеров в одиночку».
Но на самом деле вопрос стоял иначе:
«Как мне, имея девяносто восемь процентов уверенности в возможности сбежать в любой момент, в противостоянии с тысячами противников, среди которых нет обладателей великих божественных способностей, ненавязчиво дать им понять, что они не смогут пробить мою защиту?»
Ли Чаншоу смог столь решительно сменить сценарий главным образом потому, что заранее подготовил этот запасной план и еще до начала атаки имел бамбук в груди1.
Во-вторых, здесь не было сильных противников уровня учеников святых.
Среди свирепых зверей Хаоса тоже есть сильные и слабые; Вэнь Цзин и Цзиньчань-цзы считаются среди них опасными фигурами, но эта группа зверей в Кристальном дворце Западного моря была явно слабее.
К тому же, разум этих представителей рода драконов был одурманен заклятиями Западного учения.
Хотя каждый из старых драконов обладал огромной силой, накопленной Кристальным дворцом за долгие эпохи, среди них не было по-настоящему могущественных старцев древности уровня Лун-вана Западного моря, равно как не явились и древние боевые драконы, охраняющие морские очи.
В противном случае Ли Чаншоу не осмелился бы так легко устроить взрыв!
Посмотрим же, как он этого добился…
Сначала он использовал бумажного даоса в облике тыквенного духа для контратаки, а затем принял на себя удар нескольких десятков старейшин рода драконов, чтобы оказать на противника психологическое давление и создать образ «великого мастера».
В течение всего процесса он держал под прицелом их предводителя, Ао Ши, оказывая на него словесное давление, защищаясь драгоценными артефактами и используя технику уклонения для внезапного захвата…
В этом плане самым сложным этапом было не приближение к Ао Ши с помощью техник перемещения, а успешный выход из окружения десятков драконьих мастеров.
Метод Ли Чаншоу на самом деле был прост — он вовсе не входил в окружение.
В тот миг, когда он рассыпался потоками воды, его истинное тело уже скрылось в стороне, используя мощь Тайцзи-ту, чтобы скрыть свое присутствие.
Привлекая внимание противника десятками водных струй, он тайно применил технику перемещения Неба и Земли, отправив за спину Ао Ши бумажного даоса стадии Золотого бессмертного.
Достижения Ли Чаншоу в технике перемещения Неба и Земли значительно уступали другим техникам уклонения, которыми он занимался долгие годы; при использовании истинным телом возникали бы серьезные препятствия и оставалось бы множество следов.
Однако в деле перемещения бумажных даосов в заданную точку этим методом Ли Чаншоу давно набил руку.
Когда бумажный даос нанес удар с помощью «Картины Великого Юя, усмиряющего воды» и пленил Ао Ши, Ли Чаншоу немедленно использовал метод передачи предметов на расстоянии, чтобы вернуть сокровище истинному телу. Следом явилось и само истинное тело, отвлекая внимание врага, чтобы прикрыть активацию массива Земных демонов для взрыва духовной энергии на теле бумажного даоса…
Реализация всей схемы была подобна плывущим облакам и текучей воде2, все звенья были неразрывно связаны, и не возникло ни одной серьезной ошибки.
А Ли Чаншоу от начала до конца нужно было лишь точно выдерживать ритм, чтобы создать иллюзию «полной свободы движений», заставляя окружающих теряться в догадках и не успевать реагировать, тем самым усугубляя их психологическую травму.
Так называемая «опасность» в этот период была лишь иллюзией врагов и наблюдателей.
Но что привело Ли Чаншоу в замешательство, так это то, что после этого взрыва вражеская армия…
Просто отступила.
Противник уходил быстро: отзвуки взрыва еще не рассеялись, а толпа мятежных драконов уже дружно развернулась и спешно покинула Кристальный дворец.
Уходя, многие свирепые звери и мятежные драконы ругались, выкрикивая что-то о гражданских чиновниках Небесного двора; говорили, мол, небесные полководцы — это лишь ширма, а по-настоящему свирепые люди доживают свой век среди гражданских чинов.
Явная клевета на миролюбивый и доброжелательный образ небожителей!
Стремительное отступление противника вызвало у Ли Чаншоу легкое сожаление, ведь сегодня он был готов пожертвовать более чем тремя бумажными даосами стадии Золотого бессмертного.
Количество одновременно существующих бумажных даосов стадии Золотого бессмертного ограничено, но после их уничтожения можно изготовить новых.
Почему же они отступили?
Разве эти мятежные драконы не находились под контролем Запада? Где же их хваленая готовность стоять до смерти?
Урон от недавнего взрыва был не столь уж велик: он лишь разорвал на куски большую часть старых драконов, находившихся в «зоне блокировки Неба и Земли».
От некоторых даже остались целые тела.
Но из-за того, что эти драконы-предатели стояли плотно, а пространство было заблокировано, мощь взрыва рассеялась: из оставшихся нескольких тысяч мастеров лишь тридцать процентов получили ранения, а семьдесят остались почти невредимы…
Среди окруживших их мятежников потерь было больше, но в основном это были воины из рода водных драконов стадии Истинного бессмертного, которые в полной мере воплотили в себе определение «пушечного мяса» в Первозданном мире.
При отступлении ушли не только эти тысячи мастеров, но и сотни тысяч воинов внешнего круга поспешно бежали в сторону Сячжаньбучжоу.
Они совершенно не заботились о строе, спасаясь позорным бегством.
Ли Чаншоу не успел броситься в погоню; он мог лишь с помощью еще не полностью сформированного статуса Шуйшэня успокоить бушующее Западное море, чтобы уменьшить гибель морских существ и избежать накопления излишней кармической напраслины…
Затем он мысленно проанализировал последующие шаги этого плана и почувствовал легкую досаду.
Снова не удалось их применить.
Сколько ни просчитывай, а сердца живых существ не угадаешь точно.
На этот раз он просчитался в оценке психологической устойчивости врага…
В этот момент за спиной Ли Чаншоу, в секторе, где он служил центром, малая часть Кристального двора осталась невредимой.
Очевидно, во время взрыва вмешался Та-е, защитив последних уцелевших представителей рода драконов Западного моря.
Ао Ши, вновь принявший человеческий облик, лежал позади Ли Чаншоу. Его тело было покрыто ранами, дыхание было слабым — он был тяжело ранен.
Действуя осторожно, Ли Чаншоу направил поток бессмертной силы и наложил на душу дракона Ао Ши еще несколько… десятков печатей.
Чтобы тот не вздумал подорвать себя.
Затем Ли Чаншоу обследовал местность и активировал часть бумажных даосов, чтобы встретить спешащих с трех сторон мастеров-драконов и не дать им столкнуться с основными силами мятежников, избежав ненужных потерь.
Световая завеса великого массива Пяти стихий медленно исчезла, тыквенные духи водрузили маленькие тыквы обратно на головы и превратились в бумажных человечков, которые полетели к тыквенной лозе, скрывшись в раскрывшихся плодах.
Ли Чаншоу раскрыл левую ладонь, и лоза скользнула в его рукав.
Он еще раз взглянул на глубокую яму перед собой, тихо вздохнул, обернулся и сделал два шага к Лун-вану Западного моря.
Сотня воинов из рода водных драконов инстинктивно отступила на полшага, а мастера-драконы, толпившиеся вокруг трона, смотрели на него невероятно сложными взглядами.
Позади трона на корточках сидели двое в масках боевых шаманов-у, спрятав руки в рукава и негромко переговариваясь:
— Это и есть то самое «затягивание времени», о котором говорил Шуйшэнь? И-и-го-го…
— А то как же? — Ню-тоу хихикнул. — Перебить всех врагов, чтобы выиграть время для подхода подкрепления — это тоже считается затягиванием, му-у…
— Нам идти души собирать?
— Как их собирать, если душ не осталось? Шуйшэнь идет сюда, уходим, скорее уходим!
Под этот шепот двое шаманов прыгнули за спину Ли Чаншоу и, скрестив руки на груди и волоча за собой груду железных цепей, подошли к Лун-вану Западного моря.
При поддержке статной и прекрасной Лун-му, стоявшей подле него, Лун-ван Западного моря, слегка пошатываясь, поднялся и поклонился:
— Благодарю Шуйшэня за спасение жизни.
— Лун-ван-е, не стоит церемоний, — поспешно ответил Ли Чаншоу и достал два флакона с пилюлями. — Неужели Лун-ван отравлен?
— Именно так, — Лун-ван Западного моря при этих словах испытал жгучий стыд. — Хотя Шуйшэнь предупреждал заранее, я проявил неосторожность и попался на уловку. Не думал я, что Запад уже полностью опустошил мой дворец.
Ли Чаншоу слегка встряхнул левой рукой, и Ао Ши, от которого остался лишь смутный облик, упал перед Лун-ваном и Лун-му.
Глаза Лун-вана округлились, он замахнулся рукой, желая прикончить Ао Ши на месте.
Полководцы и старейшины Кристального двора вполголоса воскликнули:
— Бися…
Лун-му тоже протянула руку, желая остановить его, но ее рука замерла, а с губ сорвалось лишь начало слова «би», после чего она умолкла.
Ао Ши уже было не суждено выжить.
***
Но Ли Чаншоу в этот миг всё же выступил вперёд и тихо вздохнул:
— Владыка Драконов, сейчас его нельзя убивать.
- 胸有成竹 (xiōng yǒu chéng zhú) — иметь в груди готовый план (буквально: иметь в груди образ выращенного бамбука). ↩︎
- 行云流水 (xíng yún liú shuǐ) — словно плывущие облака и текучая вода (означает естественность и непринужденность действий). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
