Пятая сестра стала говорить еще откровеннее:
— Впрочем, мне кажется, это даже к лучшему… В тот год, когда Третий зять сдал экзамены на цзиньши, он ещё не успел уехать в столицу, а свекровь Третьей сестры уже принялась хлопотать о наложнице для сына. Мол, Третья сестра должна оставаться дома, служить старшим, вести хозяйство и растить детей, а Третий зять служит на чужбине, и без присмотра ему нельзя. Не умри она так рано, у Третьего зятя давно появились бы другие женщины…
Пока они беседовали, в бамбуковой роще за спиной Фу Тинъюнь неожиданно раздался странный шорох.
Она невольно повернула голову. И увидела, как среди бамбуковых стеблей мелькнул край светло-зелёного шёлка.
Фу Тинъюнь нахмурилась и строго спросила:
— Кто там?
Человек в бамбуковой роще замялся.
Юйвэй и остальные служанки, услышав шум, сразу же подошли ближе.
Бамбуковые листья затрепетали, и из рощи, опустив голову и робко переступая ногами, вышла женщина в накидке цвета морской волны и светло-зелёной плиссированной юбке-сянцюнь.
Фу Тинъюнь с облегчением вздохнула. К счастью, это не был посторонний мужчина.
Юйвэй и служанки тоже успокоились.
Женщина присела в поклоне перед Фу Тинъюнь.
— Госпожа Чжао, — тихо пробормотала она, — я не со зла… Я молилась в зале, а когда увидела, что кто-то идет, решила укрыться… Кто же знал… что вы заговорите о личных делах… Я хотела тихо уйти…
Речь её звучала немного путано, но суть произошедшего Фу Тинъюнь поняла.
Глядя на женщину, чьи чёрные волосы были стянуты в простой пучок одной серебряной шпилькой, без других украшений, а одежда хотя и выглядела качественной, но была пошита по фасону прошлых лет, можно было подумать, что перед ними представительница обедневшего рода. Но с тех пор как Фу Тинъюнь приехала в столицу, она не зналась с такими семьями…
Фу Тинъюнь в замешательстве спросила:
— Вы меня знаете?
Женщина подняла голову.
Черты её лица были чистыми и миловидными, однако сама она выглядела очень худой, отчего её большие глаза казались трогательными и жалкими.
Словно они где-то уже встречались?
Фу Тинъюнь с извиняющейся улыбкой проговорила:
— Простите мою плохую память, никак не вспомню, из какого вы дома…
Женщина покраснела до ушей и тихо пробормотала ответ. К сожалению, голос её был слишком тихим, и Фу Тинъюнь ничего не разобрала. Видя её смущение, Фу Тинъюнь снова улыбнулась и спросила:
— Вы говорите так тихо, что я не разобрала ни слова.
Женщина ещё больше смутилась, но её голос стал немного громче:
— Я ношу фамилию У, я родственница госпожи У…
Фу Тинъюнь вспомнила:
— Так вы та самая родственница госпожи У! — Не успели слова отзвучать, как она сообразила, что девица У теперь стала наложницей Юй Цзинсю, и подобное обращение уже неуместно. С улыбкой она исправилась: — Наложница У тоже приехала в монастырь Танчэсы помолиться? — В душе её зародилось удивление: с чего бы людям из рода Юй приезжать в монастырь Танчэсы именно сейчас? К тому же её раздосадовало, что в этом монастыре ей вечно попадаются люди из рода Юй…
Наложница У нерешительно ответила.
Фу Тинъюнь не желала иметь никаких дел с родом Юй. Она подала знак Пятой сестре, с улыбкой кивнула наложнице У и проговорила:
— Наложница У, не будем вам мешать, мы пойдём.
Однако наложница У замерла на месте, её взгляд упал на живот Фу Тинъюнь, и она невпопад произнесла:
— Госпожа Чжао… снова ждёт ребёнка… — В её тоне прозвучала явная зависть.
Фу Тинъюнь с улыбкой кивнула.
Пятая сестра же посчитала, что женщина перед ними ведет себя странно. Шагнув вперёд, она загородила собой Фу Тинъюнь и повлекла её назад.
Хотя глаза наложницы У смотрели на Фу Тинъюнь, взгляд её был тусклым и лишённым жизни. Словно не замечая, как Пятая сестра уводит Фу Тинъюнь, она неожиданно проговорила:
— А мой ребёнок… умер… — И из её глаз потекли слёзы.
Пятая сестра, будучи хозяйкой дома, сразу поняла, что за этим кроется семейная тайна. Ей стало неуютно. Подавая знак Юйвэй оберегать Фу Тинъюнь, она торопливо повела сестру прочь, на ходу тихо спрашивая:
— Из какого она дома?
Юйвэй и остальные служанки обступили их со всех сторон, защищая Фу Тинъюнь и Пятую сестру.
— Она наложница Юй Цзинсю! — Фу Тинъюнь вспомнила рассказы Чжао Лина, и глядя на наложницу У, тоже посчитала её поведение странным, поэтому поспешила вслед за Пятой сестрой.
— Что?! — Пятая сестра остановилась, с изумлением уставившись на неё и широко раскрыв рот от удивления.
Юйвэй нахмурилась и строго посмотрела на наложницу У.
— Столица ведь не такая большая, — с улыбкой увлекая Пятую сестру за собой, ответила Фу Тинъюнь. — К тому же эта наложница У — родственница господина У, жившего по соседству с нами. В том, что мы знакомы, нет ничего удивительного.
— В таком случае тебе лучше сменить жильё! — нахмурилась Пятая сестра. — Зачем тебе связываться с ними?
Фу Тинъюнь понимала, что Пятая сестра опасается за её репутацию.
— С какой стати мне переезжать? — не придавая значения, улыбнулась она. — Я ничего плохого не сделала. Если кому и съезжать, так это им!
Пятая сестра хотела что-то возразить, но за их спинами раздался крик наложницы У:
— Госпожа Чжао, подождите!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
