Васиштха все еще продолжал свою речь: государь, по своей доброй воле, с ревностным усердием и радостным воодушевлением велел Раме и Лакшмане поспешить к нему. Мать и отец с любовной заботой проводили дорогого сына обрядом и молитвой: Васиштха благословил его перед уходом; отец склонился над его любимой головой, а затем вверил сыну Кушики Раму, следом за которым шел Лакшмана.
Когда юный лотосоокий герой встал подле Вишвамитры, бог Ветра увидел его и послал ветерок, чье чистое и сладостное касание едва колыхало деревья.
С небес пролился цветочный дождь, и со звуками песен и плясок сладостно слились голоса раковин и тамбуринов, когда сын Рагху пустился в путь.
Отшельник шел впереди; за ним следовал прославленный Рама, вооруженный луком, чьи кудри были подобны воронову крылу:
147
За ним вплотную следовал Лакшмана.
Боги и Индра, исполненные радости, взирали на царственного юношу и всем сердцем желали увидеть гибель своего десятиглавого врага.
148
Рама и Лакшмана шагали вслед за этим возвышенным духом отшельником, подобно тому как юные Ашвины,
149
небесная чета, следуют за владыкой Индрой в поднебесье.
На предплечьях и кистях они носили защитные щитки, несли колчаны, луки и мечи; они казались двумя рожденными из огня богами войны.
150
Тот же, кто вел их, был подобен самому Шиве.
На прекрасном южном берегу Сарджу они прошли уже более лиги, когда мудрец кротко обратился к Раме:
— Возлюбленное дитя, коснись этой очистительной воды, как велят обряды: мой совет принесет тебе великую пользу. Не забывай слов, что я скажу, и не упускай возможности. Знай, я наделяю тебя двумя заклинаниями: могучим и могущественнейшим. Усталость никогда не одолеет тебя, ни старость, ни увядание не коснутся твоих членов. Силы тьмы не поразят тебя ни в безмятежном сне, ни в порыве неистового восторга. Нет во всей стране никого, кто был бы равен тебе силой руки.
— Когда твои уста произнесут это заклинание, не будет тебе равных ни в небесах, ни в преисподней. Никто в мире не сравнится с тобою, о безгрешный, в искусстве ответа, в удаче, знании, остроумии и такте, в мудрости замыслов и умении действовать. Прими это двойное знание и обрети славу, что пребудет вовеки. Мудрость и рассудительность рождаются из этих дивных заклятий, коим я тебя обучаю. Голод и жажда станут тебе неведомы, и высоким будет твой удел в мирах. Ибо эти два заклинания, наделенные великой мощью, — небесные дети Прародителя; они по праву украсят тебя, о вождь, о слава рода Какутстхи. Тебе от рождения присущи добродетели, с которыми ничто не сравнится, господин, ты наделен божественными дарами, и ныне эти могучие заклинания озарят новым сиянием те дары, что у тебя уже есть.
Затем Рама должным образом коснулся вод, воздел в мольбе руки, низко склонил голову и принял заклинания от отшельника, чья душа питалась созерцанием. От героя, чью мощь приумножили эти дары, исходило еще более яркое сияние славы: так блистает в своем осеннем великолепии бог дня о тысяче лучей. Юноши заботились о нуждах отшельника, как подобает ученикам при святом наставнике, и ту ночь они провели в отрадном покое на благодатном берегу Сарджу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
