Он уносил её в стремительном полёте, и ни одного друга не было видно вблизи. Но на холме, что возвышался над лесом своей вершиной, стояли пять обезьян. Со своей прекрасной шеи она сняла шарф, и сверкающее одеяние полетело вниз. Вместе с серьгой, ожерельем, цепью и самоцветами оно опустилось в самую их середину.
— Быть может, эти вещи, — подумала она, — укажут мой путь и поведают моему господину, куда я скрылась.
И демон в своём неистовом возбуждении не заметил, как она сняла с шеи, рук и ног золото и камни и бросила на землю каждое сияющее украшение. Обезьяны подняли свои рыжие глаза, которые не закрывались от первого изумления, и увидели черноокую госпожу, кричавшую в небесах над ними. Высоко над их головами пронёсся великан, крепко держа плачущую женщину. Он промчался над сверкающими водами Пампы и устремился к городу Ланке. В безумной радости он уносил добычу, которой суждено было погубить его жизнь, подобно безрассудному глупцу, что прячет под одеждой змею с ядовитыми зубами. Стремительный, как стрела, пущенная из лука, он мчался над землями, что лежали внизу, величественно держа путь в вышине над лесами, скалами, озёрами и ручьями.
Наконец он миновал шумящее море, где на воле бродят чудовища, — обитель древнего царства господа Варуны, повелителя вечной пучины. Гневные волны вздымались и метались, когда Равана пересекал море с госпожой, и рыбы со змеями в диком беспокойстве являли взору сверкающие плавники и блестящие гребни. Тогда от благословенных сонмов, обитающих в воздухе, раздались небесные голоса:
— О десятишеий царь, — взывали они, — внемли: это преступное деяние принесёт тебе гибель.
Тогда Равана, мчась подобно буре и неся свою смерть в человеческом обличье — сопротивляющуюся Ситу, — спустился в славный город, царственную Ланку; город яркий и богатый, со стройными улицами и величественными дорогами, прекрасно распланированный, с толпами людей во дворах и на площадях. Так, завершив свой путь, он вошёл наконец в свой царский дом. Там, в покоях, достойных царицы, он поселил черноокую даму с изящным станом: так в своих чертогах Майя поселил прекрасную Майю, деву-демона.
Затем Равана отдал приказ всем ужасным демоницам, наполнявшим зал:
— Стерегите и охраняйте эту пленную госпожу, скрыв её от глаз мужчин и женщин. Но всё, о чём ни попросит эта красавица, должно исполняться немедля: не жалейте для неё ни жемчуга, ни одежд, ни камней, ни золота, как если бы это просил я сам. И та из вас, кто посмеет — умышленно или по небрежности — сказать хоть слово, что огорчит её душу, расстанется со своей никчёмной жизнью.
Так молвил владыка их рода демоницам, толпившимся в чертогах, и, размышляя о дальнейших действиях, вышел из покоев. Он увидел восемь исполинов, могучих и грозных, питавшихся плотью окровавленных жертв, гордых даром, что принёс им Брахма,
И, уповая на его спасительную силу, он так обратился к могучим вождям, наделенным славной властью и мощью:
— Вооружайтесь, воины, копьями и луками! Покиньте Ланку со всей поспешностью, ибо Джанастхана более нам не принадлежит — она осквернена кровью великанов. Обитель царственной власти Кхары ныне пуста и заброшена. Доверьтесь своим храбрым сердцам и мощи, отбросьте прочь постыдный страх. Ступайте и поселитесь в том пустынном краю, где сражались и пали свирепые великаны. Славное воинство удерживало те земли, не зная равных в силе и доблести. Ведомые Душаной и храбрым Кхарой, все они истекли кровью, сраженные стрелами Рамы. Оттого безграничный гнев, не знающий уз, безраздельно властвует в моей душе, и ничто, кроме смерти Рамы, не сможет утолить ярость моей мстительной ненависти. Я не сомкну глаз, пока мой враг не погибнет от этой руки. И когда моя длань сразит противника, повергшего тех князей-великанов, я долго буду торжествовать, подобно тому, кто обрел богатство в час крайней нужды. Теперь ступайте; дабы я достиг этой цели, оставайтесь, о вожди, в Джанастхане. Следите за Рамой зорким оком, выведывайте каждое его деяние и каждый шаг. Отправляйтесь в путь, не пренебрегайте ни одной хитростью; будьте отважны, решительны и осмотрительны. Пусть единственным вашим стремлением будет помощь моей деснице в убийстве врага. Я часто видел вашу воинскую доблесть, испытанную в самом пекле битвы, и, будучи уверен в вашей силе, которую столь хорошо знаю, посылаю вас жить в Джанастхане.
Великаны с готовностью вняли его угодным словам, и каждый склонил голову перед господином в должном приветствии.
Затем, исполняя его веление, они без промедления вышли за врата Ланки и поспешили вперед по своему пути, невидимые и быстрые.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
