Вождь обратил свой взор туда, где в немом отчаянии сидели легионы, и затем обратился к Хануману, лучшему из владык ванаров, с такими словами:
— Почему ты неподвижен, молчалив и стоишь в стороне, о герой с бесстрашным сердцем? Ты хранишь в памяти законы, правящие родом ванаров; ты силен, как наш царь Сугрива, и отважен, как сам Рама, вольный и разить, и спасать. Слава о тебе гремит повсюду, подобно славе той прославленной птицы, сына Ариштанеми, царя всех пернатых, подвластных крылу. Часто я видел, как этот монарх проносился над пучиной с шумом в крыльях и уносил в своих могучих когтях огромных змеев, извивающихся в воздухе. Твои руки, о герой, мощью равны его широким крыльям, распростертым для полета; и силой деяний, и отвагой сердца ты вполне можешь сравниться с ним. Почему же, наделенный мудростью, силой и умением, ты все еще медлишь, о герой?
Апсара, прекраснейшая из нимф, прославленных небесным очарованием, милая Пунджикастхала, стала супругой знатного ванара. Ее небесное имя было забыто, и звали ее Анджаной, когда она, проклятая богами, пала с небес, чтобы жить на земле в облике ванары, возродившись в смертном теле как дитя Кунджара, лесного владыки. Чудесно прекрасная в своей юной красе, с цветочным венцом в волосах, в шелковых одеждах тончайшей окраски, она бродила по холмам, целующим небеса. Однажды, одетая в свои пестрые наряды, она стояла на горной вершине; бог Ветра явился пред ней и дохнул на прекрасную даму. И когда он откинул ветром ее одеяние, чудесная красота ее груди и стана, шеи и плеч пленила его; покоренный ее несравненным очарованием, он сжал ее в своих любовных объятиях. Тогда она воззвала к жадному богу дрожащим от ужаса голосом:
— Чья нечестивая любовь оскорбила супругу, столь верную своим брачным клятвам?
Он услышал и так ответил ей:
— О, не тревожься и не бойся, но верь, и скоро ты узнаешь, что моя любовь, милая, не причинила тебе зла. Столь сильным, храбрым и мудрым будет славное дитя, которое я тебе дарую. Он будет наделен неутомимой мощью, а конечности его будут столь же прыгучи, как у его родителя.
Так молвил бог; и покоренная дама возрадовалась в сердце своем, не страшась позора. Там, в пещере под землей, счастливая мать родила тебя. Однажды над вершинами леса перед твоими глазами встало юное солнце. Ты вскочил в спешке, чтобы схватить то, что показалось тебе плодом на деревьях. Дитя прыгнуло — чудесный прыжок на триста лиг над землей, и, хотя разгневанный бог Дня метал в него свои яростные лучи, дитя не убоялось его. Тогда из руки Индры вылетела красная молния, окрыленная гневом и пламенем. Ребенок упал, сраженный, на скалу, и щека его была раздроблена ударом; с тех пор все прозвали его Хануманом в память о том страшном падении.
Бродячий бог Ветра увидел, как ты лежишь с окровавленной щекой и угасшим взором, и, разгневанный твоим горем, запретил дуть всякому благоуханному ветерку. Дыхание всех миров замерло, и печальные боги, охваченные ужасом, взмолились Ветру, дабы унять его гнев и смягчить горе отца. Его яростный пыл угас, и сам Брахма даровал милость: в пылу битвы никто не сможет сразить сталью сына бога Ветра. Владыка Индра, суверен небес, обратил на тебя все свои тысячи глаз и поклялся, что молния, которую он мечет с небес, никогда не причинит тебе вреда. Тебе, о могучий вождь, суждено разделить мощь бога Ветра, ибо ты — его сын и наследник. Рожденный от столь славного отца, ты и только ты можешь теперь помочь нам. В былые времена я двадцать один раз обошел все края этой земли и собрал, как велели боги, великие запасы трав с холмов и лугов, которые, будучи рассеяны над неспокойной волной, дали Амриту труженикам.
— Но ныне дни мои почти сочтены,
Сила ушла, и члены мои стары,
А ты, доблестный и лучший из всех,
Стал верной надеждой для всех остальных.
Ныне, о могучий вождь, сверши свой труд:
Яви свою мощь и силу беспримерную.
Восстань, о царевич, наш второй государь,
И перемахни чрез пучину океана.
Пусть славный подвиг твой сравнится
С деянием того, кто мерил шагами землю и небеса.
784
Так он молвил; юный вождь внимал ему,
Душа его пробудилась к мощному свершению,
И пред их ликующими взорами
Он предстал, возвысившись до исполинских размеров.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
