Услышав про «три года», Цзи Син пришла в дурное расположение духа. Она пришла сюда сегодня, чтобы выяснить отношения, и бежать было некуда:
— Если на то пошло, я должна поблагодарить тебя за то, что мы с Хань Тином вместе.
От того, что она назвала Хань Тина прямо по имени, лицо Цзэн Ди слегка изменилось.
— В своё время это ты отвела меня на встречу с Сяо Исяо и Хань Тином. И это ты косвенно выставила меня из «Гуанша». Я уволилась, чтобы начать своё дело, и когда зашла в тупик, пошла к Сяо Исяо — только тогда мы с Хань Тином пересеклись. Так что за всё это стоит поблагодарить тебя.
Цзэн Ди не ожидала такой связи. Выходило, что она сама, того не ведая, свела их вместе.
Она больше ничего не сказала, достала из сумочки сигарету и чиркнула зажигалкой.
Почувствовав запах табака, Цзи Син нахмурилась и собралась уходить, но Цзэн Ди, облокотившись на перила, устремила взор на тесные выставочные павильоны первого этажа и копошащуюся толпу. Выпустив облачко дыма, она спросила:
— Ты хоть понимаешь, что он за человек?
Цзи Син остановилась и обернулась. Свод выставочного зала был полностью стеклянным; дневной свет, проникая внутрь, падал на лицо Цзэн Ди, делая её необычайно красивой.
— У тебя ко мне враждебность, она появилась ещё при первой встрече, верно? Слишком заметные женщины не нравятся своему же полу. Ты враждовала со мной, но, находясь в том положении, всё равно хотела привлечь моё внимание.
Цзи Син промолчала, пытаясь угадать, к чему та клонит.
— На том собрании твоё выступление было очень хорошим. Но я его не приняла, знаешь почему? — Цзэн Ди указала изящным подбородком вниз. Цзи Син посмотрела туда: там был стенд компании «Ханьхай».
— Потому что «Ханьхай» слишком сильна. Дело не в том, что я боюсь конкуренции, просто силы, стоящие за ней, чересчур могущественны. Пока «Ханьхай» не превратится в могучее дерево, она не потерпит никаких соперников. Поэтому я не могла этого сделать: взяться за такое — значит обречь себя на гибель. Сейчас ты прямой конкурент «Ханьхай», полагаю, давление ты испытываешь немалое.
Сердце Цзи Син необъяснимо забилось чаще, появилось смутное дурное предчувствие.
Сизый дым поднимался вверх, подчёркивая одиночество на лице Цзэн Ди, в котором сквозило странное возбуждение:
— Ты знаешь, кто инвестор, стоящий за «Ханьхай»? Хань…
Она беззвучно артикулировала слог «хань». Бешено колотящееся сердце Цзи Син внезапно ухнуло вниз, ледяная колющая боль и паника поднялись от самых пят к самой душе.
— Одна шанхайская трастовая компания владеет пятьюдесятью одним процентом акций «Ханьхай». То, что он создаёт, не оставляет остальным ни малейшего шанса на выживание. В противном случае всё обречено на провал, обречено на смерть.
Цзэн Ди слегка стряхнула пепел:
— Раньше ты наверняка считала себя везучей, думала: если бы не он, сколько раз «Синчэнь» уже могла бы погибнуть? Неужели верила, что в лице бизнес-ангела встретила настоящего ангела? Знаешь, почему он инвестировал в «Синчэнь»? Не потому, что ты такая способная, а просто потому, что твой проект пересёкся с «Ханьхай». Иначе стал бы Сяо Ижань прилагать столько усилий, чтобы свести тебя с ним? Он выложил двадцать миллионов, чтобы купить конкурента в зародыше и расчистить путь для «Ханьхай». Даже если у компании не хватало сил. Лучше перебить лишнюю тысячу, чем упустить одного. А уж даровать «Синчэнь» жизнь или смерть — всё зависит от его настроения, о нет, от его симпатии к тебе.
Нравишься ты ему — он оставляет тебя в живых; не угодишь — он тебя придушит. Ты ведь понимаешь это не хуже меня? Впрочем, жизнь или смерть — неважно, «Синчэнь», как и «Ханьхай», в конечном итоге обречена на слияние с «Дунъян Медикал», чтобы стать частью его бизнес-империи.
Цзи Син уже побледнела, её пробрал холод до самых костей, но она, храбрясь, выдавила смешок:
— Не нужно тут подливать масла в огонь и пытаться рассорить нас своими домыслами, тебе самой не кажется это низким?! То, что он контролирует «Ханьхай» — это его дело…
Цзэн Ди оборвала её:
— О таком важном деле он тебе не рассказал? А я-то думала, у вас нет секретов друг от друга.
Цзи Син открыла рот, но в голове было пусто, она не могла вымолвить ни слова. Ей хотелось сказать что-то разумное, чтобы хоть немного сохранить лицо, но сил держаться уже не осталось.
— Ты думаешь, что хорошо его знаешь. Что ж, если бы знала по-настоящему, то с твоим характером вряд ли удержалась бы рядом с ним. Такой мужчина, как он, очень хорош, правда? Женщинам трудно устоять. Но ты, наивная, никогда не задумывалась, что он в тебе нашёл, как он мог в тебя влюбиться? Ты не знаешь этого круга, но… слышала когда-нибудь об «игре в воспитание»?
Цзэн Ди медленно выдохнула дым, прищурив глаза и наблюдая за тем, как лицо Цзи Син бледнеет всё больше. Её взгляд был подобен ножу, пропитанному ядом мстительного удовлетворения и жестокости, словно она не успокоится, пока не разберёт девчонку по косточкам.
— Я слишком хорошо это знаю. Вся его амбициозность и жажда власти направлены на покорение вершин в бизнесе, а к любви и чувствам он довольно равнодушен. Игры с женщинами для него не так интересны, как политические интриги; игра с красотой не сравнится с игрой на человеческой натуре. Ты порывиста, невежественна, наивна и по-детски глупа. Как же забавно постепенно дрессировать тебя, наблюдать, как вы, идеализированная молодёжь, набиваете шишки и как вас в клочья разрывает реальная выгода, а? Ты оказалась способной ученицей, становишься всё лучше и взрослее. Хм, его интерес к тебе уже близок к финалу. Совсем как со мной: моё сегодня — это твоё завтра.
Цзи Син уставилась на неё налитыми кровью глазами, от ненависти она готова была в следующую же секунду броситься и загрызть её. Но она была всего лишь маленьким зверьком с вырванными когтями и клыками, истекающим кровью и не имеющим сил для ответного удара.
Она стиснула зубы, отчаянно пытаясь сказать хоть что-то, что угодно, лишь бы не выглядеть такой беспомощной. Ударить в ответ! Но подошедший охранник прервал её и без того путаные мысли.
— Простите, мэм, в помещении курить нельзя.
— О, прошу прощения. — Цзэн Ди нежно улыбнулась охраннику. — Извините за беспокойство.
Охранник, польщённый вниманием, так и расцвёл в улыбке:
— Ничего страшного. Просто в следующий раз будьте внимательнее.
Как только он ушёл, улыбка исчезла с лица Цзэн Ди. Она грациозно выпрямилась и холодно произнесла:
— Деточка, ты лишь радостно разворачиваешь изящные подарки, которыми искушает тебя судьба, но не понимаешь, что за этот дар в будущем придётся платить высокую цену.
Сказав это, она спустилась вниз.
…
Цзи Син вернулась домой в начале десятого вечера. Хань Тин знал, что сегодня у неё выставка и она очень занята, поэтому не беспокоил её.
Она открыла дверь ключом. На первом этаже никого не было, на обеденном столе стояла стеклянная миска с вымытой клубникой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
