Посольское подворье Великой Чу, подготовленное домом Дин-вана, располагалось всего в паре улиц от самого особняка. Например, такие государства, как Силин, Бэйжун и Наньчжао, имели в городе Личэн собственные представительства. Однако у Великой Чу его до сих пор не было, во-первых, из-за неловких отношений с домом Дин-вана, а во-вторых, потому что ни Мо Цзинли, ни Мо Цзинци не желали признавать дом Дин-вана отдельной силой. Поэтому каждый раз, когда из Великой Чу прибывали посланники, их размещением занимался дом Дин-вана. Но на этот раз Мо Цзиньюй по собственной инициативе выразил Мо Сюяо намерение Великой Чу основать в Личэне постоянное посольство, и в этом жесте отчетливо читалось желание продемонстрировать покорность.
В подворье Мо Суйюнь, избавившись от сопровождения Мо Цзиньюй-вана и свиты чиновников, вошел в свои покои. Его маленькое лицо, поначалу хранившее тень слабости и ребячества, внезапно омрачилось. Он подошел к столу, сел и погрузился в свои мысли.
До восхождения на престол Мо Суйюнь и помыслить не мог, что однажды станет правителем страны. Как и у его покойного императорского брата Мо Суоюня, его матерью была лишь неприметная дворцовая служанка. Им пренебрегали даже больше, чем Мо Суоюнем, даже имя ему дала сама мать. А возможно, он был удачливее Мо Суоюня, потому что Мо Цзинци не выбрал его тогда для наследования трона. В те годы он безучастно наблюдал холодными глазами со стороны1 за тем, какую жизнь вел в императорском дворце император Мо Суоюнь, и все прекрасно понимал. Мо Суйюнь полагал, что останется безвестным и неприметным хуанцзы, а достигнув совершеннолетия, съедет из дворца и заживет спокойной жизнью. Он и представить не мог, что в один прекрасный день Мо Цзинли, находившийся в военном походе, внезапно будет низложен, а Хуантайхоу, все императорские родственники, гражданские и военные чиновники сочтут его самой подходящей кандидатурой, после чего он станет императором Великой Чу.
Низложение Мо Цзинли действительно заставило его вздохнуть с облегчением. Хотя он видел этого императорского дядю всего несколько раз, при каждой встрече от него так веяло жутью, что волоски на теле и кости содрогались от ужаса2. Мо Суйюнь отчетливо чувствовал, что Мо Цзинли хочет убить его, нет, скорее, Мо Цзинли хотел убить всех хуанцзы, оставшихся после покойного императора. А он умирать не хотел.
Лишь сев на трон, он осознал истинные страдания своего брата-императора. В глазах Хуантайхоу, титулованной знати и могущественных сановников он, маленький император, был не более чем пешкой в их игре. Мо Суйюнь знал, что не хочет такой судьбы. Он не хотел провести жизнь в оковах этих людей. Он слышал много преданий о деяниях Дин-вана и хотел стать таким же человеком, как он.
Поэтому его почтительность перед лицом Дин-вана не была притворной. Он искренне уважал этого, внушающего трепет всему миру, ванъе и восхищался им, поэтому во время церемонии поклона не удержался и поднял взгляд на Дин-вана. Однако, встретившись с глубокими и спокойными глазами этого прекрасного мужчины с седыми волосами и в белых одеждах, он невольно растерялся. Этот отстраненный взгляд словно вовсе не замечал его, но в то же время казалось, будто он одним взором насквозь видит самые сокровенные помыслы в его сердце. Мо Суйюнь поспешно склонил голову, притворяясь испуганным, но он понимал, что наверняка уже вызвал подозрения у Дин-вана…
Мо Суйюнь прикусил губу и нахмурился. Несмотря на наличие определенной проницательности и смелости, в конце концов он был лишь ребенком одиннадцати-двенадцати лет. К тому же, за все эти годы никто не занимался его воспитанием всерьез, поэтому, столкнувшись с подобной неожиданной ситуацией, он в тот момент не на шутку разволновался. Если… если Дин-ван захочет убить его…
— Докладываю Императору, снаружи просит аудиенции Сяо-гунцзы, — донесся тихий голос стражника из-за двери.
Мо Суйюнь пребывал в дурном расположении духа, поэтому недовольно нахмурился и бросил.
— Что еще за Сяо-гунцзы? Не приму!
— Но… — стражник замялся.
Мо Суйюнь, теряя терпение, отрезал.
— По всем вопросам иди к Юй ван-шу, не беспокой меня!
Голоса за дверью быстро стихли. Мо Суйюнь про себя горько усмехнулся, эти люди совершенно не ставили его, императора, ни во что, ограничиваясь лишь формальными докладами. Хотя было немного странно, что в Личэне кто-то ищет встречи с ним, сейчас у Мо Суйюня не было настроения раздумывать над этим.
«Тук-тук-тук…»
Стоило Мо Суйюню погрузиться в раздумья, как со стороны окна послышался легкий стук. Он нахмурился и только успел подняться с места, как увидел, что окно распахнулось снаружи, и в проеме показалась голова красивого мальчика.
Мо Суйюнь слегка прищурился, долго разглядывал мальчика и наконец спросил.
— Это ты только что хотел меня видеть?
Мальчик надул губки, ловко пролез в окно, легко спрыгнул на пол и кивнул.
— Ну да, а ты почему меня не принял?
Мо Суйюнь невольно закатил глаза. Разве мы знакомы?
Снова окинув гостя взглядом, он заметил, что мальчик необычайно красив и, судя по всему, чуть младше него самого. Одет он был в самую обычную одежду, которая, однако, не могла скрыть врожденного благородства и величия. Мо Суйюнь в уме быстро перебрал всех возможных людей и спросил.
— Ты… Мо Юйчэнь?
Мо Сяобао закатил глаза и с веселой улыбкой подошел к Мо Суйюню. Осмотрев его, он рассмеялся.
— Ты и правда сообразительный. Как ты догадался о моем статусе шицзы?
Мо Суйюнь подавил желание снова закатить глаза. Во всем Личэне, кроме юного шицзы из дома Дин-вана, кто еще осмелился бы вломиться в посольское подворье, где остановился император Великой Чу?
— Сяо-шицзы почтил меня своим присутствием, что за дело привело тебя сюда? — Мо Суйюнь принял величественную позу и со всей серьезностью задал вопрос.
Мо Сяобао моргнул и как-то странно посмотрел на него.
— Дело? Посмотри на меня… какое у меня может быть дело?
Ему ведь всего десять лет, верно? Даже если он и захочет заняться делами, придется подождать, пока у него появится власть. А сейчас, он всего лишь несчастный ребенок, которого противный фу-ван выставил на встречу с будущим врагом.
Мо Суйюнь молча смотрел, как Мо Сяобао, вовсе не чувствуя себя чужим, уселся, взял со стола фрукт, вытер его и принялся грызть. У Мо Суйюня заныло в висках, интуиция, выработанная за годы жизни в императорском дворце, подсказывала ему, что этот паренек, улыбающийся с таким невинным и добрым видом, принесет немало хлопот.
Мо Сяобао посмотрел на стоящего в стороне и хранящего молчание Мо Суйюня и поманил его рукой.
— Подойди, присаживайся.
Мо Суйюнь подошел и сел напротив Мо Сяобао. Глядя, с каким аппетитом тот ест, он втайне задался вопросом, неужели Дин-ван никогда не позволяет шицзы наедаться досыта?
— Зачем ты пришел ко мне?
Мо Сяобао ослепительно улыбнулся ему.
— Позвать тебя играть. Фу-ван сказал, что раз я хозяин, то должен хорошо принять гостя. Я побоялся, что тебе будет одиноко, вот и пришел специально за тобой, чтобы пойти развлечься.
— Развлечься? — Мо Суйюнь был в замешательстве.
Не то чтобы он, как гость, не знал приличий, просто он решительно не понимал, когда это их отношения с сяо-шицзы дома Дин-вана стали настолько близкими, чтобы вместе ходить развлекаться.
Мо Сяобао вздернул подбородок и с некоторой гордостью посмотрел на него.
— Ну, как? Пойдешь или нет?
Встретившись с вызывающим взглядом Мо Сяобао, Мо Суйюнь внезапно стиснул зубы и тяжело кивнул.
— Пойду, так пойду!
Я все-таки император, неужели я испугаюсь какого-то шицзы? Маленький император, ты ведь просто уверен, что Мо Сяобао не посмеет тебя прикончить, поэтому и согласился пойти с ним играть?
Сказано — сделано. Мо Суйюнь поднялся и уже собрался открыть дверь, чтобы выйти. Мо Сяобао поспешно схватил его за руку.
— Ты что делаешь?
Мо Суйюнь удивленно посмотрел на него.
— Разве мы не идем развлекаться?
Мо Сяобао закатил глаза и указал на все еще полуоткрытое окно.
— Я вошел оттуда. Как ты объяснишь другим, почему я оказался в посольском подворье Великой Чу? Если фу-ван узнает, мне несдобровать.
— И, что ты предлагаешь?
Мо Сяобао с бесконечно невинной улыбкой указал на окно.
— Мы перелезем через стену.
— Перелезем через стену? — Мо Суйюнь едва не вскрикнул от изумления.
Мо Сяобао уже самостоятельно запрыгнул на подоконник, одной рукой уцепился за раму, выглянул наружу и только потом обернулся.
— Ты же не боишься, правда?
Мо Суйюнь глубоко вздохнул.
— Кто боится? Идем, так идем!
— Вот это другое дело, — Мо Сяобао кивнул и легко спрыгнул с окна.
Мо Суйюнь испугался и поспешно полез следом, чтобы посмотреть, он увидел, что Мо Сяобао с нетерпеливым видом прислонился к углу стены и машет ему рукой. Мо Суйюнь не владел боевыми искусствами, поэтому довольно неуклюже спустился из окна. Он следовал за Мо Сяобао, скрытно пробираясь по подворью, и им действительно удалось незамеченными выбраться через задние ворота. Очевидно, Мо Сяобао занимался подобным далеко не в первый раз.
_____________________________________________________________
- наблюдать холодными глазами со стороны (冷眼旁觀, lěng yǎn páng guān) — безучастно или отстраненно следить за ситуацией, не проявляя эмоций и не вмешиваясь в нее. ↩︎
- волоски на теле и кости содрогнулись от ужаса (毛骨悚然, máo gǔ sǒng rán) — описание состояния крайнего страха или жути, пробирающей до самых костей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
