Бездна — Глава 46

22 июня 2012 года, в день летнего солнцестояния, Фань Цзе снова получил нагоняй от Чжао Ганьчжэ.

В тот день я зашёл в кабинет к Чжао Ганьчжэ и ещё у дверей услышал, как он говорит по телефону.

— Алло, Паопао, ты нашёл Синь Цзижаня или нет?

— Чем ты там вообще занимаешься?! Сколько уже времени прошло?! — Слушая, как Чжао Ганьчжэ ругается в трубку, я понял, что Фань Цзе всё ещё не обнаружил Синь Цзижаня. Впрочем, вполне возможно, что в последнее время у него просто не доходили до этого руки. В конце концов, дел Сун Лайфу и Ху Сяофэя было достаточно, чтобы у него голова пухла.

Мне тоже было не по себе: с 15 мая, когда Синь Цзижаня в последний раз видели на записях камер наблюдения, прошло больше месяца, а от него по-прежнему ни слуху ни духу. Недавно коллеги по пути на вызов заглянули к нему домой и рассказали, что постель на полу уже покрылась плесенью. Судя по всему, он там так и не появлялся.

Это был дурной знак. У Синь Цзижаня не было ни гроша за душой, зато он был горьким пьяницей. Что он ел всё это время? Что пил? Где жил? Грубо говоря, при таком раскладе вполне вероятно, что он где-нибудь спился до смерти и его тело оформили как неопознанное.

— Удостоверение личности ни разу не использовалось? Ты уверен? — Чжао Ганьчжэ продолжал разговор, и выражение его лица становилось всё мрачнее.

— Даю тебе неделю. Жив он или мёртв, ты должен предоставить мне хоть какие-то вести. — С этими словами Чжао Ганьчжэ положил трубку.

Не нужно было и спрашивать — по одним его словам было ясно, что положение Синь Цзижаня незавидное.

— В крайнем случае, может, объявим его в онлайн-розыск? — предложил я. Тогда, даже если Синь Цзижань окажется в другом городе, местная полиция при обнаружении сразу даст нам знать. Но Чжао Ганьчжэ ответил, что до онлайн-розыска дело пока не дошло: пусть сначала Фань Цзе поищет. Если за неделю не найдёт, тогда разошлём официальный запрос о содействии в поиске.

— А того мужчину в белом, который был с Ху Сяофэем на видео из ресторана «Маленький Сычуань», Фань Со уже проверил? — спросил я у Чжао Ганьчжэ. Тот отхлебнул воды, покачал головой и проворчал, что не понимает, чем этот Паопао вообще занят.

Признаться честно, иногда мне было по-человечески жаль Фань Цзе. Он был ненамного старше меня, и раньше, когда он работал простым полицейским, начальство называло его «перспективным кадром» и «восходящей звездой». Но почему-то с тех пор, как его повысили до заместителя начальника отдела уголовного розыска, отношение руководства к нему внезапно испортилось. Его наставник Лю Гуанвэнь, двое руководителей участка Хэси и Чжао Ганьчжэ словно в одночасье превратились для него в помещиков, помыкающих батраком.

— Ах да, утром мне звонил Ма Чжун, заместитель начальника твоего участка, спрашивал о тебе. Похоже, у них там завал, рук не хватает. Он просил, если мои дела не слишком срочные, отпустить тебя на время помочь им. Что сам думаешь? — внезапно сменил тему Чжао Ганьчжэ.

— Ма Со ничего мне об этом не говорил. Что там за завал? — я был в некотором замешательстве.

— Вроде бы всё та же история с родственниками Сун Лайфу в отеле «Юэцзянюань». Думаю, тебе стоит вернуться. Пора бы уже там показаться. Я ведь обещал твоему руководству, что это «не скажется на твоей основной работе», и наша спецгруппа — лишь «подработка». А ты всё это время с утра до вечера пропадаешь у меня. Мне даже как-то неловко стало. Как говорится, ближний начальник важнее дальнего.

Я про себя усмехнулся: надо же, у начальника отряда Чжао, оказывается, бывает чувство неловкости!

Но раз он заговорил в таком тоне, мне оставалось только подчиниться.

Я и представить не мог, что родственники Сун Лайфу окажутся такими терпеливыми. С середины мая, когда с Сун Лайфу случилась беда и они пришли в отель «Юэцзянюань» требовать объяснений, прошло уже больше месяца, а они и не думали расходиться. Хотя в холле отеля уже не сидело тридцать-сорок демонстрантов, как в самом начале, человек десять-пятнадцать всё ещё исправно, как на работу, приходили сюда каждый день.

— Дошли до трёхсот тысяч, а они всё ни в какую. Ну и выдержка у людей! Видать, решили провернуть своё «первоначальное накопление капитала» за наш счёт. Если бы я был начальником полиции, я бы живо упёк эту банду за решётку! — выругался Чжан Чэнго.

— Вам с самого начала не стоило давать слабину. Стоило один раз уступить, и у них возникла иллюзия, что можно договориться. Будь я на их месте, я бы тоже продолжал измором брать. — После слов Чжан Чэнго лицо Ма Чжуна, заместителя начальника участка Хэси по общественной безопасности, стало совсем хмурым, однако свой гнев он направил на администрацию отеля «Юэцзянюань». Судя по всему, за этот месяц он тоже ничего путного в участке не сделал, а так же, как и Чжан Чэнго, каждый день «отбывал смену» здесь, в отеле.

— Да не моё это было решение! Какой из меня «менеджер по безопасности»? По сути, просто старший охранник на воротах. Мои слова гроша ломаного не стоят, всё решают те «господа директора», что наверху. Они наворотят дел и умывают руки, а нам потом разгребать последствия, — Чжан Чэнго, видимо, чувствовал, что с Ма Чжуном ему не тягаться, и поспешил переложить вину на своё руководство.

Встретившись с Ма Чжуном в отеле «Юэцзянюань», я ответил на пару его дежурных вопросов о работе в спецгруппе начальника отряда Чжао, и сам задал несколько формальных вопросов. Ма Чжун пояснил, что вызвал меня, потому что в участке действительно аврал. Фань Цзе и оперативников из следственного отдела забрали в управление заниматься делом Сун Лайфу. В отделе общественной безопасности остались одни старые сотрудники, которым тяжело справляться с экстренными ситуациями. Изначально он планировал взять всё на себя, но тут заболел ребёнок и попал в больницу. Жена одна не справляется, ему нужно пойти помочь, вот он и вызвал меня на подмену. Он отлучится всего на день-два, и как только решит дела с ребёнком — сразу вернётся, а тогда я смогу снова отправиться к Чжао Ганьчжэ.