— О, почтенный наставник? Разве я теперь не «маньяк-попрошайка»? — переспросил Лю Гуанвэнь. Он думал, что это прозвище я ему дал. Я поспешил возразить: нет-нет, ну что вы, как вы могли такое подумать, я же исключительно о вашем здоровье забочусь. Лю Гуанвэнь хмыкнул и сказал, что во мне действительно видна хватка Чжао Ганьчжэ в молодости и тот не ошибся в человеке.
— Что касается ножа, пока Сунь Цян не взят под стражу, нельзя сказать, что ты полностью вне подозрений. Ты не думал о таком варианте: если бы Сунь Цян погиб или бесследно исчез, то что бы ты делал? Всё так же ничего не смог бы доказать, — спустя некоторое время произнёс Лю Гуанвэнь.
Я призадумался: он был прав.
— И что мне тогда делать, Вэнь-гэгэ?
— Пойдём со мной к Чжан Чэнго домой, проведаем их. Столько времени прошло с тех пор, как с ним это случилось, в доме остались одни вдова да сирота. Вы же как-никак были знакомы, он напоследок тебя обедом угостил. А до сих пор неясно, не ты ли прибрал к рукам те вещицы за десятки тысяч… — с этими словами Лю Гуанвэнь зашагал в сторону дома Чжан Чэнго.
— Да не брал я у него ничего! — оправдывался я, поспевая за ним.
Когда мы добрались до дома Чжан Чэнго в жилом комплексе «Жунфан Хуаюань», У Ся как раз закончила обедать и собиралась укладывать сына на дневной сон. С виду она была ухоженной женщиной лет сорока с небольшим, высокая, с лёгким макияжем на лице — в молодости, должно быть, была настоящей красавицей.
Впустив нас в дом, У Ся первым делом приложила палец к губам, призывая не упоминать об отце при сыне, Чжан Ляне. Мы с Лю Гуанвэнем всё поняли и кивнули. Чжан Лян был очень высоким, под два метра. Он с недоумением посмотрел на нас, пока мать не спровадила его в малую спальню. Выходя оттуда, У Ся прикрыла дверь, а затем провела нас в хозяйскую спальню и так же плотно закрыла за нами дверь.
— Вы сыну про отца так и не сказали? — спросил Лю Гуанвэнь у У Ся.
— Эх… — ответила она лишь тяжким вздохом, в котором чувствовались безысходность, печаль, беспомощность и, казалось, какая-то недосказанность.
— Но ведь это не выход. Парень уже взрослый, всё понимает. Неужели он не спрашивает, почему отца так долго нет? — сказал Лю Гуанвэнь.
— Спрашивает, конечно. Я говорю, что отца отправили в командировку, в инспекционную поездку. Хочу дождаться, пока он сдаст вступительные экзамены в университет, и только тогда всё рассказать, чтобы не отвлекать его… — ответила У Ся.
— Самостоятельный набор? Значит, мальчик хорошо учится. В какой университет подали документы? — будучи отцом такого же абитуриента, Лю Гуанвэнь живо заинтересовался темой.
— Учится неплохо, в двадцатке лучших по параллели. Хотел в Пекин, но учителя сказали, что с такими баллами это рискованно, посоветовали не испытывать судьбу. Так что в этот раз подали в университет D, — сказала У Ся.
— Эх, какой молодец, не подвёл родителей… — снова раздался вздох, но теперь уже от Лю Гуанвэня. Вероятно, он вспомнил своего сына, Лю И, чьих баллов на прошлом экзамене не хватило бы даже для поступления в электротехнический колледж по соседству с университетом D. Почему-то мне тоже стало неловко — может, из-за того, что Лю Гуанвэнь просил меня подтянуть Лю И по учёбе, а я только и делал, что играл с ним в видеоигры.
— Вы пришли, потому что появились новости о Чэнго? — спросила У Ся нас с Лю Гуанвэнем. В её взгляде смешались надежда и страх. Оно и понятно: приход полиции может означать новости, но раз Чжан Чэнго не вернулся сам, новости эти, скорее всего, не сулили ничего хорошего.
— Вы только не волнуйтесь, о местонахождении Чжан Чэнго нам пока ничего не известно. Мы пришли, чтобы прояснить некоторые детали, — сказал Лю Гуанвэнь.
У Ся с облегчением выдохнула. Для неё сейчас отсутствие новостей само по себе было хорошей новостью.
— В прошлый раз в управлении ваш офицер по фамилии Чэн уже допрашивал меня. Я рассказала ему всё, что касалось отца моего ребёнка. Зачем же вы пришли сейчас? — спросила У Ся.
— О, дело вот в чём: в ходе расследования другого дела мы обнаружили новые обстоятельства, которые могут иметь отношение к Чжан Чэнго, поэтому и зашли спросить, — ответил Лю Гуанвэнь.
У Ся безучастно кивнула. Я же, напротив, опешил. «Другое дело»? «Новые обстоятельства»? Почему я не в курсе? Лю Гуанвэнь обычно и носа на улицу не показывает, откуда у него взялись какие-то новые обстоятельства для расспросов?
— Вы слышали, чтобы Чжан Чэнго упоминал некоего дядю Сань? — спросил Лю Гуанвэнь.
Я уставился на Лю Гуанвэня как на инопланетянина, совершенно не понимая, о чём он говорит.
— Дядю Сань? Третьего дядю Чэнго? — спросила У Ся.
— Нет, это, скорее всего, чьё-то прозвище, — пояснил Лю Гуанвэнь.
— Кажется, что-то такое припоминаю, — ответила У Ся Лю Гуанвэню после долгих раздумий.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
