Тюрьма кошмаров была наполнена яростной энергией, и казалось, что с сопутствующим духом, хозяином этого места, вряд ли будет легко договориться.
Цзюэдай гаошоу и А-Му не проронили ни слова, совершенно не напоминая о своем присутствии. Проведя в сновидении несколько десятилетий, они мало того что не нашли выход, так даже не поняли, что это за место, поэтому им было искренне стыдно высказывать какое-либо мнение.
Сюэ Сюло, счищая разъедающую скверну со своего меча снов, произнес:
— Обычно сначала проявляют вежливость, а затем применяют силу1, но я должен напомнить всем: эта Тюрьма кошмаров, судя по всему, существует уже очень давно, и силой сопутствующего духа пренебрегать нельзя…
— Ты хочешь сказать, что не справишься с ним, — безжалостно обнажил скрытый смысл его слов Инь Чжанли. — В этом нет ничего постыдного, я и сам впервые сталкиваюсь с подобным духом и не уверен, смогу ли победить.
С тех пор как он очнулся от сна, его совершенствование восстановилось лишь на девять десятых.
Пока оно не достигло совершенства, уверенности действительно немного не хватало.
Сюэ Сюло только собирался съязвить, как услышал продолжение:
— Но я думаю, что свести бой к ничьей не составит особого труда.
— Лучше не надо. Если этот тип окажется крепким орешком и, проигрывая, решит сделать так, чтобы нефрит и камни сгорели вместе2, это будет смертельно опасно. Наша цель — просто выбраться, и если можно не вступать в бой, то лучше этого избегать, — Сюэ Сюло решил не давать ему возможности похвастаться. — Поэтому я предлагаю тайно проникнуть внутрь, разделиться и поискать, не удастся ли найти проход.
Он поднял руку и указал вдаль:
— Но в тот дворец в самом конце ходить не нужно, сопутствующий дух находится там.
Инь Чжанли кивнул:
— Похоже, его жизненные силы сильно подорваны, и он находится в уединенной медитации.
— И медитирует он уже довольно давно. Если мы скроем наше дыхание, ему, скорее всего, будет нелегко нас обнаружить, — добавил Сюэ Сюло.
А-Му совершенно не понимал, как они это определили:
— А если проход находится как раз в том дворце, где он медитирует?
Сквозь плотные ряды охранявших чудовищ Сян Хайкуй посмотрела на тянущуюся вдали череду дворцов:
— Значит, нам не повезло, и придется драться!
А-Му сложил ладони вместе и произнес «Амитабха»:
— Надеюсь, удача будет на нашей стороне.
Хотя он и сказал это, на лице Сян Хайкуй не было видно ни капли беспокойства, а в глубине ее глаз даже промелькнуло нескрываемое волнение.
После того как все приняли решение, А-Му достал из висевшего на поясе холщового мешочка деревянную многоножку:
— Я ничем не помогал по пути, но думаю, что это сможет пригодиться.
Сян Хайкуй с любопытством наблюдала за тем, как он опустил деревянную многоножку на землю, и та в мгновение ока проделала в ней нору.
Спустившись в нору, Сян Хайкуй обомлела: всего за один миг деревянная многоножка прорыла прямой подземный ход от края джунглей к центральному дворцу.
Чудовища, находившиеся наверху в лесу, ничего не заметили.
Это избавило всех от лишних хлопот, позволив пройти по подземному ходу прямо под дворец.
Прежде чем разделиться на поиски прохода, Цзюэдай гаошоу достал пять цветков вьюнка:
— С помощью этого можно в любое время передавать голос, мы все будем слышать друг друга.
«Прямо как групповой чат со связью», — подумала Сян Хайкуй, забирая цветок, а затем превратилась в маленького цзяолуна размером с ящерицу и выбралась наверх.
Ее уровень совершенствования уступал их уровням, так что в измененном обличии было безопаснее.
— Погоди, — тайно передал голос Инь Чжанли, останавливая Сюэ Сюло.
— Что такое? — отозвался Сюэ Сюло.
— Вы ищите, а я отправлюсь к тому дворцу позади и присмотрю за сопутствующим духом на всякий случай. Если после того, как проход будет найден, случится что-то непредвиденное, я задержу его, а ты, ни на что не отвлекаясь, открывай проход и уводи их.
Сюэ Сюло на мгновение запнулся:
— Ты знаешь, как выбраться из Тюрьмы кошмаров?
— Не знаю, но еще не бывало места, которое могло бы меня удержать.
При условии, что ему не о чем будет беспокоиться.
— Идет.
Сян Хайкуй ползала по дворцу, обыскивая комнату за комнатой, но так и не находила ничего особенного.
Так продолжалось до тех пор, пока она не ступила в один из коридоров, где ощутила сильнейшую ауру, вызвавшую у нее глубокое чувство дискомфорта.
Руководствуясь этим ощущением, она подошла к тайной комнате и, использовав талисман невидимости, полученный от Инь Чжанли, преодолела барьер.
Хотя этот талисман невидимости был хорош, его действие длилось лишь миг, и, оказавшись внутри, она тут же обрела видимость.
— В этой комнате есть что-то странное, — передала Сян Хайкуй через цветок.
— Что именно странно?
Раздался голос Сюэ Сюло.
— Здесь невероятно сильное давление, мне тяжело дышать, — ответила Сян Хайкуй.
Ей пришлось вернуть себе человеческий облик из формы крошечного цзяолуна.
— Комната совершенно пуста, а прямо посреди пола встроено медное зеркало.
Его диаметр составлял около метра. — Края медного зеркала сплошь покрыты резными рунами, с виду оно напоминает диск формации.
Сян Хайкуй, горя нетерпением, занесла ногу над диском формации.
— Попробуй бросить туда духовную жемчужину, — снова произнес Сюэ Сюло.
— Хорошо.
Сян Хайкуй убрала ногу, достала духовную жемчужину и бросила ее на медное зеркало.
Словно упавший стеклянный шарик, она несколько раз отчетливо стукнула: «тук-тук-тук».
Она немного подождала.
— Кажется, никакой реакции…
Тогда она бросила еще одну. На этот раз раздался всего один короткий «тук!», и руны на ободке медного зеркала мгновенно засияли!
Сян Хайкуй тут же высвободила энергию меча для защиты и стремительно отступила на несколько шагов, наблюдая, как медное зеркало выстрелило вверх лучом золотого света.
Золотой свет растекся по потолку, превращаясь из точки в широкую плоскость, на которой постепенно проступило изображение.
Сян Хайкуй закинула голову, ее зрачки начали стремительно сужаться.
Изображение являло собой просторный и величественный дворец, подпираемый несколькими десятками нефритовых колонн.
Взгляд шел сверху, со стороны места хозяина, и был направлен прямо к далеким дверям зала, поэтому в самом центре можно было отчетливо разглядеть сидящего в позе лотоса человека — Цзинжаня!
— Инь Чжанли! — передала голос Сян Хайкуй через цветок, ее дыхание слегка участилось. — Я вижу Дицзюня…
— М-м?
— Он медитирует, и это место совсем не похоже на его покои.
Сян Хайкуй подробно описала обстановку. Происходящее оказалось настолько неожиданным, что на какое-то время она даже забыла о личных счетах с Цзинжанем. — Неужели проход из этой Тюрьмы кошмаров ведет в Верхний мир?
Прошло немало времени, прежде чем раздался ответ Инь Чжанли, его голос тоже был полон недоумения.
— Как такое может быть? По описанию это похоже на дворец Тяньдао, где Небесный клан почитает Зеркало Сюаньтянь. Даже если Тюрьма кошмаров и соединяется с Верхним миром, проход не должен находиться в божественном дворце…
— Зеркало Сюаньтянь? — Сян Хайкуй знала об этом священном зеркале, Цзинжань упоминал его в разговорах с ней прежде.
Оно было величайшим сокровищем Небесного клана, оберегающим их род, и использовалось для предсказания судьбы и грядущих бед.
— Неужели Небесный клан… Нет, невозможно, Шу Лое никогда не упоминал о Тюрьме кошмаров…
Поняв по его тону, насколько все серьезно, Сян Хайкуй не успела расспросить подробнее, как в отражении над ее головой Цзинжань резко открыл холодные, суровые глаза.
Цзинжань убрал защитный золотой свет и посмотрел на Зеркало Сюаньтянь, установленное на возвышении. Его холодное выражение лица внезапно изменилось, уступив место изумлению.
Он поднялся и направился к Зеркалу Сюаньтянь.
На этом священном зеркале обычно проступали только иероглифы, почему же сегодня в нем появился человеческий силуэт?
Пусть очертания и были размытыми, в них отчетливо угадывалась Сян Хайкуй: синее легкое платье, волосы, собранные в два пучка, а за спиной — резной деревянный футляр для меча.
— Дух зеркала?
Цзинжань остановился перед Зеркалом Сюаньтянь и холодно усмехнулся:
— Зачем ты приняла этот облик? Издеваешься надо мной из-за того, что мое перерождение и преодоление испытаний потерпели крах на самом пороге успеха из-за нее?
Отражавшаяся в зеркале Сян Хайкуй не шевелилась. Она лишь плотно сжала губы, продолжая молчать.。
- сначала проявить вежливость, а затем применить силу (先礼后兵, xiān lǐ hòu bīng) — китайская идиома, означающая попытку сначала решить дело мирным путем, прежде чем переходить к силовым методам. ↩︎
- нефрит и камни сгорят вместе (玉石俱焚, yù shí jù fén) — китайская идиома, означающая полную гибель как хорошего, так и плохого; взаимное уничтожение. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
