Когда она вернулась, то увидела, как из его комнаты выходит штабной советник по фамилии Мо. На нём была одежда извозчика, однако взгляд оставался острым, а черты лица — властными, сразу было понятно, что перед ней не простой человек.
Цисюань отнесла купленные рис и овощи на кухню, приготовила ему рис с овощами и понесла миску в комнату.
Он полусидел на кровати, опираясь на подушки. Лицо его было бледным.
У неё болезненно сжалось сердце. В городе всё дорожало с каждым днём, и купить что-нибудь питательное было практически невозможно. Она поставила миску перед ним.
Он вдруг как ни в чём не бывало спросил:
— Ты из Цзиньлина?
Цисюань так поразилась, что едва не выронила миску. Он, словно заранее предвидя это, быстро перехватил её дрожащую руку и беззаботно улыбнулся:
— Я ошибся. Ты ведь с юга, верно? Иначе откуда бы ты умела готовить рис с овощами?
Она поспешно кивнула:
— Да. Я приехала с юга.
Он съел всего несколько ложек и больше к еде не притронулся. Цисюань понимала, что из-за раны у него нет аппетита, но не знала, что он любит. Лицо её невольно омрачилось.
Она помогла ему лечь, а глубокой ночью он проснулся от спутанных, тревожных снов и увидел Цисюань, сидевшую у его постели. Щёки её были мокрыми от слёз.
Он в полузабытьи спросил:
— Почему ты плачешь?
Оба глаза у неё распухли от слёз. Всхлипывая, она ответила:
— Я так боялась, что не смогу тебя спасти. Если ты выживешь… я на всё готова. Неважно, будешь ты жить или умрёшь, я останусь с тобой. Если ты умрёшь, я тоже не стану жить…
Он мутным взглядом посмотрел в её решительные глаза и на мгновение застыл.
Вдруг рану пронзила жгучая боль. Он задохнулся и несколько раз подряд тяжело закашлялся. Цисюань тотчас вскочила, поддержала его и поспешно налила воды.
Он долго не мог унять кашель и наконец с трудом произнёс лишь одну фразу:
— Не будь глупой.
Слёзы сразу хлынули из её глаз.
— Я и есть глупая. Ради тебя я на всё согласна.
Цисюань казалось, будто за эти несколько дней в её жизни сосредоточилось всё счастье, которое ей когда-либо было суждено испытать.
Она день и ночь находилась рядом с ним, ухаживала за ним, стирала ему одежду и готовила еду, наблюдая, как он понемногу идёт на поправку.
В маленьком домике было тихо и спокойно. Пожилая супружеская пара из соседнего дома даже принимала их за молодожёнов и без конца хвалила, говоря, что красавец и красавица — настоящая пара.
Цисюань никогда ещё не чувствовала себя такой счастливой.
Он только начал оправляться после тяжёлого ранения, тело оставалось слабым. Тогда она тайком заложила один из своих браслетов и на вырученные деньги купила курицу, чтобы приготовить ему питательный бульон.
Но резать курицу Цисюань не умела. Она лишь беспорядочно размахивала ножом, так что на кухне развернулось настоящее сражение. Курицу она гоняла по всему помещению и едва не отрубила себе палец.
Услышав шум, он, держась за дверной косяк, вышел наружу.
И увидел, как Цисюань, сжимая тесак, выбежала из кухни и понеслась по двору за курицей, которая, склонив голову набок, отчаянно от неё убегала.
Когда Цисюань, тяжело дыша, обернулась, он стоял у двери и слегка улыбался.
В мягком утреннем свете его улыбка казалась глубокой и мужественной.
Это длилось всего одно короткое мгновение, но Цисюань навсегда запечатлела его в памяти.
Вечером, когда он пил куриный бульон, то посмотрел на несколько кусочков мяса в миске и насмешливо сказал:
— Бедная курица. Встретила человека, который даже умереть быстро ей не позволил. Как же несчастно ты закончила.
Цисюань не удержалась от смеха и убрала волосы за ухо.
Он протянул руку и легко провёл пальцем по её щеке. На пальце осталось маленькое пятнышко крови.
Она улыбнулась:
— Наверное, испачкалась утром, когда разделывала курицу.
Он слегка улыбнулся:
— Похоже на родинку, нарисованную румянами. Тебе идёт.
На его губах играла улыбка, а во взгляде была невиданная прежде нежность. Даже голос звучал необычно мягко.
Цисюань так смутилась, что не смогла сразу ответить. Она опустила голову и принялась теребить край одежды; даже уши у неё покраснели.
Лишь спустя какое-то время она тихо спросила:
— Ты считаешь меня красивой?
Он кивнул. В чёрных, словно тушь, глазах зажглась мягкая улыбка.
Цисюань подумала: если он будет относиться к ней с такой искренней добротой, она готова умереть прямо сейчас.
Когда она отнесла миски на кухню, то снова увидела того самого человека по фамилии Мо.
Цисюань знала, что поблизости находятся не только люди Пятого брата, но и люди самого раненого. Советник Мо приходил в последние дни особенно часто.
Когда она закончила на кухне и вернулась, дверь уже была открыта, а советник Мо ушёл.
Раненый лежал на кровати с закрытыми глазами. Он выглядел измученным и, судя по всему, крепко спал.
Цисюань на цыпочках подошла к нему. Увидела его пиджак, висевший на спинке стула, и решила привести одежду в порядок.
Но, коснувшись внутреннего кармана, почувствовала что-то твёрдое.
Она машинально достала предмет.
Это была фотография.
На ней улыбалась девушка.
Взглянув на неё впервые, Цисюань сразу подумала:
«Чиста, словно лёд и нефрит; прекрасна до невозможности».
Она никогда не видела такой женщины.
Та была настолько прекрасна, что могла бы покорить целую страну, но в её мягком, спокойном лице не было ни тени агрессии. Она казалась нежной, как вода, и невольно хотелось принести к её ногам всё лучшее, что есть в мире, лишь бы увидеть её улыбку.
Цисюань повернула голову и посмотрела на себя в зеркало.
Слёзы вдруг наполнили её глаза.
На следующий день она отправилась в штаб армии Юй.
Едва Цисюань вошла в приёмную, как увидела адъютанта Пятого брата.
Он улыбнулся:
— Шестая госпожа, знаете? Вы только что стали тётей.
Она замерла:
— Как это?
— Мне только что позвонила госпожа Юй из цзиньлинской резиденции. Пятая госпожа благополучно родила. Мать и дочь здоровы. Теперь Пятый господин выбирает имя для девочки.
Только тогда Цисюань поняла, о чём он говорит.
Она вошла в кабинет Пятого брата и увидела его за письменным столом. Перед ним лежал лист рисовой бумаги.
Цисюань подошла, взглянула на написанное и мягко улыбнулась:
— Синьпин? Очень хорошее имя.
Пятый брат поднял голову. Взгляд его был острым и пристальным, но он не стал обсуждать имя и прямо спросил:
— Ты приняла решение?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
