Цзяфу растерялась. Она не ожидала, что разговор внезапно примет такой оборот, и машинально посмотрела на Пэй Юаня.
Он стоял за спиной Ань Цанчжу с обычным спокойным выражением лица. Цзяфу не могла понять, чего он хочет, но всё же сразу ответила:
— Благодарю молодого господина за доверие. Однако мне жаль: хотя у моей семьи и есть несколько кораблей, за последние два года мы перевозили совсем немного пряностей. Боюсь, мы не сможем принять этот заказ.
Ань Цанчжу не расстроился:
— Раз вы родом из Цюаньчжоу, то наверняка знаете других торговцев. Не могли бы вы порекомендовать мне несколько надежных домов?
Цзяфу виновато улыбнулась:
— Мне очень жаль, но дома я занималась только вышиванием и каллиграфией. В торговых делах я ничего не понимаю и боюсь, что не смогу помочь молодому господину.
На лице Ань Цанчжу появилась разочарованная улыбка, но вскоре он снова оживился:
— Ничего страшного. Я подумал, что господин Пэй в последнее время слишком занят и у него не остается времени на вас. Раз вы приехали в нашу резиденцию, вы стали почетной гостьей дома туси. Здесь есть несколько красивых мест. Если вы не против, я могу попросить людей показать их вам.
Он повернулся к Пэй Юаню:
— Господин Пэй, я вижу, что ваша двоюродная сестра целыми днями остается в гостевых комнатах и никуда не выходит. Наверняка ей скучно. Вы проделали долгий путь, чтобы помочь Мэнмуской управе разрешить спор, и оказали нам огромную услугу. Я должен проявить гостеприимство хозяина.
Пэй Юань невольно посмотрел на Цзяфу. Их взгляды встретились.
В уголках ее губ появилась едва заметная улыбка. Брови смягчились, глаза блестели, а выражение лица стало нежным и обаятельным.
Внезапно Пэй Юань почувствовал между ними нечто неуловимое, словно тонкая двусмысленность, о которой никто больше не знал, и которая существовала только между ними.
Это ощущение было необычайно тонким и почти неуловимым, но оно словно присутствовало повсюду.
Пэй Юань на мгновение задумался, подозревая, что ошибся. Он машинально снова посмотрел на Цзяфу, но девушка уже отвернулась, и странное ощущение мгновенно исчезло.
Цзяфу улыбнулась Ань Цанчжу:
— Не стоит утруждать себя, молодой господин. Если говорить честно, я приехала сюда вместе со старшим братом, потому что некоторое время плохо себя чувствовала и нуждалась в его лечении. Но ему пришлось отправиться в ваши земли, поэтому я тоже приехала с ним, чтобы он не прерывал лечение. Когда мое здоровье восстановится, я с радостью воспользуюсь вашим приглашением.
Ответ прозвучал безупречно. Цзяфу объяснила, почему Пэй Юань привез ее сюда, и одновременно вежливо отклонила приглашение Ань Цанчжу.
Пэй Юань словно вернулся из задумчивости и снова посмотрел на нее.
Цзяфу с искренним выражением лица смотрела на сына правителя туси.
Ань Цанчжу снова испытал разочарование. Ему ничего не оставалось, кроме как кивнуть и пожелать ей спокойно поправляться. После этого он уныло ушел.
Цзяфу вошла в комнату вслед за Пэй Юанем, поспешно принесла ему чай и с улыбкой спросила:
— Старший брат, почему вы сегодня вернулись так рано? Вечером вам еще нужно будет куда-нибудь идти?
С тех пор как они прибыли сюда, Пэй Юань ежедневно встречался с самыми разными людьми. Завтрашняя встреча имела решающее значение для всей поездки, поэтому его мысли были сосредоточены и напряжены.
Но теперь, глядя, как Цзяфу хлопочет рядом с ним, он неожиданно почувствовал облегчение и улыбнулся:
— Все дела уже устроены. Я отказался от приглашения на вечерний пир правителя. Сегодня никуда не пойду и пораньше лягу спать. Завтра предстоит важное дело.
Цзяфу обрадовалась:
— Как замечательно! Старший брат, садитесь. Я пойду проверю сладкий суп. Если он уже готов, принесу вам миску.
Пэй Юань не слишком любил сладости, но Цзяфу предпочитала именно сладкие блюда, поэтому он обычно не возражал.
Он некоторое время задумчиво смотрел ей вслед, когда девушка легко выбежала из комнаты.
Рано утром следующего дня Пэй Юань вместе с Ань Цзигуем и остальными людьми покинул резиденцию туси и отправился к заставе Аньлун, расположенной на границе Мэнмуской и Мэндинской управ.
Здесь под руководством Пэй Юаня должна была состояться встреча Ань Цзигуя и И Чэна, правителя Мэндина, целью которой было урегулировать недавно возобновившийся конфликт.
Новый спор возник из-за сюаньвэйши Ма, недавно покинувшего эти земли.
Во время своего пребывания здесь он намеренно проявлял особую благосклонность к Ань Цзигую: передал ему императорскую волю и пожаловал титул «великого правителя туси». Кроме того, одной небрежно брошенной фразой он передал Мэнмускую управу спорную заставу Аньлун, которой издавна владели обе стороны.
Это вызвало недовольство И Чэна. Как только господин Ма уехал, И Чэн заявил, что не позволит отнять исконные земли, отменил заключенный несколько лет назад союз и снова напал на Мэнмускую управу.
Местом встречи выбрали именно заставу Аньлун, чтобы обе стороны чувствовали себя в безопасности.
Равнина, на которой должны были пройти переговоры, со всех сторон оставалась открытой. Вокруг не было ни деревьев, ни скал, за которыми можно спрятать людей или устроить засаду. Каждый мог видеть, сколько воинов привела другая сторона.
Согласно прежней договоренности, Ань Цзигуй взял с собой только двадцать отборных телохранителей. Прибыв на место, он велел им остановиться на открытом пространстве в нескольких десятках шагов от переговоров, а сам вместе с Пэй Юанем занял место за столом.
До назначенного времени оставалось еще около получаса. Ичэн пока не прибыл, но остальные приглашенные правители туси уже были на месте. Их собралось больше десяти.
Все присутствующие знали Пэй Юаня. Увидев его, они один за другим подошли поприветствовать его. После короткого обмена любезностями Пэй Юань без колебаний занял место в центре. Ань Цзигуй сел слева, а место справа оставили свободным для И Чэна.
Солнце поднималось всё выше. Назначенное время уже наступило, но И Чэн так и не появился.
Ань Цзигуй начал проявлять недовольство. Правители туси переглядывались и тихо обсуждали задержку.
Через некоторое время на горизонте показалось большое темное облако пыли. Оно быстро приближалось, поднятое множеством скачущих лошадей.
Судя по размаху, людей было не меньше нескольких сотен.
Шумная и внушительная процессия постепенно подошла ближе, и стало ясно: это наконец прибыл опоздавший И Чэн.
По договоренности каждая сторона могла привести не больше двадцати телохранителей. Но переговоры еще не начались, а И Чэн уже нарушил первое условие — не только опоздал, но и явился с огромным числом вооруженных людей.
Стоявший рядом с отцом Ань Цанчжу нахмурился и сердито сказал:
— Отец, что он задумал? Я сейчас же отправлюсь и приведу сюда наших людей!
Перед отъездом, на случай непредвиденных обстоятельств, Ань Цзигуй тоже взял с собой несколько сотен воинов. Однако большую часть оставил в нескольких ли от места встречи и не привел сюда.
Ань Цзигуй тоже был разгневан. Он посмотрел на Пэй Юаня и увидел, что тот сохраняет полное спокойствие: неподвижно сидит на месте и смотрит вперед.
Немного подумав, Ань Цзигуй сдержал гнев и сказал:
— Вероятно, он хочет запугать нас и показать свою силу. Пока с нами господин Пэй, он не посмеет устроить беспорядок. Подождем и посмотрим.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
