Рыжебородый оценил идею:
— Отлично. Вести колонну будешь ты, Дяо.
Дяо Чжо молча развернулся и подошел к Лю Мину:
— Одолжи треккинговую палку.
Лю Мин без лишних слов протянул снаряжение, открыто выражая доверие. Дяо Чжо взял палку, но не ушел, а несколько секунд пристально буравил взглядом лица «альпинистов».
В воздухе повисла тяжелая пауза. Лю Мин занервничал, Ли Хаочжан прикрикнул сзади, требуя шевелиться, и Лю Мин поспешно похлопал геолога по плечу:
— Вытаскивай нас отсюда, парень. Мы на тебя надеемся.
— Держитесь след в след. Не отставать, — глухо бросил Дяо Чжо и зашагал к голове колонны.
Он зажмурился и двинулся вперед, выставив телескопическую палку перед собой, словно слепец трость. Он нащупывал реальные препятствия и одновременно сбивал с пути паутину и змей. Ба Юнье шла в середине цепи под конвоем, вытягивая шею: бандиты бдительно следили, чтобы они с Дяо Чжо не сближались.
Спустя минуту вся группа ахнула: Дяо Чжо широким шагом прошел насквозь через исполинский ствол векового дерева!
Иллюзия мигнула белой рябью и растаяла в воздухе, словно дым! Люди обернулись: позади них открылась совершенно иная просека, которой прежде никто не видел. Миражи рушились один за другим.
Ба Юнье шла в неописуемом восторге: знаменитый «сильный осел» Лун-гэ наверняка понял этот фокус и ушел вслепую! Значит, шеф жив и оторвался от погони!
И в этот миг из травы донеслось тихое, угрожающее шипение: «Ш-ш-ш-с-с-с!»
— СТОЙ!! — истошно заорала Ба Юнье.
Дяо Чжо замер. Его палка рассекла очередной фантом кустарника — и в ту же секунду прямо перед его ботинками возникло чудовище.
На тропе клубилась исполинская змея толщиной с бедро взрослого мужчины.
Половина мощного чешуйчатого тела тонула в листве, но передняя часть вздымалась над землей почти на метр. Капюшон хищника раздулся в плоский кожистый щит, а черные немигающие глаза буравили человека в упор.
Это была гигантская королевская кобра — царица и палач здешних первобытных джунглей!
Едва Ба Юнье успела предупредить товарищей, как королевская кобра с глухим шипением выплюнула струю яда, метя точно в лицо шедшему первым Дяо Чжо! Лишь чудом капитан успел зажмуриться: ядовитая струя оледенила его веки, не попав на роговицу, иначе ослепление наступило бы за секунды. Но даже так у Ба Юнье душа ушла в пятки: залитое едким токсином лицо не позволяло мужчине открыть глаза, а разъяренная исполинская змея готовилась к смертоносному броску. Один укус трехметрового аспида — и никакой сыворотки мира не хватит, чтобы вернуть человека с того света.
Вот оно! До Ба Юнье наконец дошел роковой просчет: блуждая по зловещему урочищу Дулунцзяна без противозмеиных мазей, они ни разу не наткнулись на мелких гадов лишь потому, что вся эта глухомань была охотничьим наделом свирепой королевской кобры, истребляющей любых соперников!
И по роковой иронии судьбы тварь встала на дыбы прямо перед Дяо Чжо.
Исполинское тело змеи вздыбилось над папоротниками: капюшон раздулся, обнажив боевой оскал. Ба Юнье обдало ледяным потом с головы до пят: с быстротой ядовитого броска не сравнится ни один спринтер в мире — рвани она вперед изо всех сил, перехватить атаку все равно не успеет…
Не открывая глаз, Дяо Чжо мгновенно оценил обстановку. Мужчина плавно повел свободной рукой назад, приказывая группе отступать, а сам принялся пятиться, мерно рассекая воздух трекинговой палкой. Но королевская кобра славится агрессивным, бесстрашным нравом: угрожающий взмах палки лишь раззадорил хищника. Издав утробный свист, змея метнулась вперед, целя в голень капитана!
— Дяо Чжо!! — истошно, на пределе голосовых связок взвыла Ба Юнье, и эхо ее отчаянного крика разорвало сумрак древнего леса.
«БАМ!!»
Грохот выстрела расколол тишину.
Пуля прочертила борозду в считанных миллиметрах от чешуйчатого бока. Тварь не задело, но пороховой грохот и пламя ошеломили гада: кобра сжалась в пружину, отпрянув назад. Ее пятнистое тело выскользнуло из листвы во всю ширь: трехметровый монстр толщиной в доброе бревно отливал черно-бурым и желтым глянцем.
Воспользовавшись замешательством конвоиров, Ба Юнье и спасатели отряда «Бэйдоу» отшвырнули бандитов с дороги, рванув вперед и выдернув полуослепшего Дяо Чжо из зоны поражения. Вторая атака змеи клацнула зубами о пустой воздух у самых носков ботинок!
«БАМ!!» — грянул второй выстрел. У Рыжей Бороды был меткий глаз кадрового наемника: пуля разворотила тело кобры посередине. Змея забилась в страшных конвульсиях, скручиваясь петлями и обнажая светлое брюхо.
— БЕГОМ!! — скомандовала Ба Юнье.
Толпа в панике понеслась сквозь чащу. Под воздействием токсичных испарений и первобытного ужаса люди потеряли последние ориентиры, опомнившись лишь на относительно сухой каменистой поляне.
Дяо Чжо тщательно промыл лицо и веки питьевой водой из фляги. Проводница повисла на его шее, уткнувшись лицом в пропахшую порохом куртку, а капитан ласково погладил ее по спине, успокаивая бешено колотящееся сердце. Казалось бы — встреча с вооруженными «крючками» была чистым проклятием, но не будь у бандитов карабинов, капитан уже остывал бы на тропе. Поистине: беда и удача в этих дебрях ходили рука об руку.
— Твою мать! Куда переть дальше?! — сплюнул сквозь зубы бандит с серьгой в ухе.
— Я запомнил шаги и ориентиры, — ровно произнес Дяо Чжо. Всю дорогу с закрытыми глазами он считал ритм дыхания и угол подъема. — Вернемся к развилке и пойдем прежним курсом.
Ба Юнье перехватила его руку:
— Дальше я иду первой.
Спасатели «Бэйдоу» зашумели:
— Ба-е, даже не думай! Не только Дяо Чжо — мы все не позволим женщине лезть на рожон!
— Пойдем по очереди: каждый ведет колонну по двадцать минут!
— Верно! Мы мужики или кто?!
Рыжая Борода с холодным презрением наблюдал за спорами китайцев. Отдохнув, отряд двинулся в обратный путь. На поляне по-прежнему лежала раненая змея: тело обмякло, а хвост вяло вздрагивал во влажном мху.
— Опаньки! — осклабился бандит в камуфляжной бандане. — Вот и горячий ужин подоспел!
У головорезов загорелись глаза: свежее мясо в многодневном рейде ценилось на вес золота. Бандит в бандане подошел к распростертому телу, всадил пару контрольных пуль из пистолета, отчего туша тяжело вздрогнула, а затем достал охотничий нож. Наступив ботинком на чешую, он отхватил голову рептилии, оставив ее висеть на лоскуте кожи.
— Сегодня попируем… — заржал наглец и потянулся сорвать голову рукой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
