Около десяти вечера их вечеринка подошла к концу, но, к сожалению, в небе случаются непредвиденные ветер и облака — когда они вышли из караоке-клуба (KTV), внезапно хлынул ливень. Им нужно было успеть вернуться до одиннадцати, пока не закрылось общежитие, и ситуация стала довольно неловкой.
— Так, я выскочу поймаю такси, а потом вы запрыгнете, — предложил Цюй Син.
Цюй Бин тут же скривилась:
— Как только выйдем из машины, чтобы дойти до общежития, всё равно промокнем под дождём.
Син У тем временем уже развернулся и зашагал обратно в караоке-клуб. После коротких переговоров он оставил залог и взял три зонта.
Два он отдал девушкам, а один они оставили себе на троих. Такси Цин Е и остальных первым подъехало к воротам школы. Цюй Бин расплатилась и поспешно раскрыла зонт, чтобы встретить Сунь Ваньцзин, а Цин Е открыла второй. Цюй Бин не переставала их торопить:
— Скорее идите назад!
Однако Цин Е плелась в самом конце, постоянно оглядываясь, пока наконец не увидела, как остановилось другое такси. Одного зонта на Цюй Сина и остальных двоих явно не хватало. Цюй Син крикнул своим спутникам:
— Теснитесь, придём — сразу в душ!
Сказав это, он потянул Син У за собой, но тот не привык обниматься с двумя здоровыми мужчинами и неловко увернулся:
— Вдвоём идите под зонтом.
С этими словами он шагнул прямо под проливной дождь. Цин Е оглянулась на уже ушедших далеко Цюй Бин и Сунь Ваньцзин, стиснула зубы и, развернувшись, бросилась к Син У.
Цюй Син ещё издалека увидел, как Цин Е бежит по лужам, и с некоторым удивлением крикнул:
— Ты чего вернулась?
Услышав голос Цюй Сина, Син У поднял голову, его волосы были мокрыми насквозь. Ветер трепал короткую футболку Цин Е, вокруг неё во все стороны разлетались брызги, а капли дождя мочили ресницы. Она бежала к нему наперекор ветру и дождю, и два ряда уличных фонарей вмиг померкли перед ней. Син У замер на месте, пристально глядя на этот силуэт.
На одном дыхании она добежала до него и, встав на цыпочки, раскрыла зонт над его головой. Дождевые капли непрерывными струями стекали по краям, образуя туманную завесу, которая окутала их двоих.
Когда она подняла на него глаза, он уже снял очки. В этих глубоких чёрных глазах таились звёзды, чей «ослепительный блеск» был самым ярким в эту ночь. Её тело слегка дрогнуло, а Син У уже перехватил зонт из её рук.
Цюй Син крикнул ей, обернувшись:
— Старшая соученица, прости за беспокойство! С меня обед, а мы пошли!
Сказав это, он и Чжуан Сысянь, прячась под зонтом, бегом припустили к общежитию. Цин Е проводила их взглядом и услышала, как Син У сказал ей:
— Сначала провожу тебя.
Они направились к корпусу № 36. Странное дело: у Цин Е накопилась целая куча вопросов, которыми она собиралась его засыпать. Если бы сегодня не было этого совместного ужина, она, скорее всего, позвонила бы ему, чтобы потребовать объяснений. Но она и представить не могла, что судьба сыграет с ней такую шутку: он оказался тем самым младшим сокурсником, о котором Цюй Бин твердила несколько дней подряд. Что вообще происходит? Почему он ничего ей не сказал? И как он оказался в классе Y?
Все это стало самой запутанной загадкой года, но теперь, когда они шли вдвоём, она почему-то почувствовала необъяснимую скованность. Сердце то замирало, то пускалось вскачь. Она ощущала, как аура этого человека слева накатывает на неё волнами жара. Даже на расстоянии кулака её пробирала дрожь, поэтому она немного отодвинулась в сторону.
Стоило ей отступить, как Син У тут же смещался вслед за ней. Она снова отодвинулась, и Син У, скользнув по ней взглядом, произнёс голосом, который в дождливой ночи казался призрачным:
— В игре ты льнула ко мне очень охотно, почему же теперь не льнёшь?
Цин Е скрестила руки на груди и с раздражением спросила:
— Син У, что ты имеешь в виду?
Он шагал медленно, переставляя свои длинные ноги, и снова пододвинул зонт ближе к ней:
— Пояснице не холодно?
— А тебе какое дело?
— Мне смотреть на это холодно.
Сказав это, он протянул руку, пытаясь одернуть её футболку пониже. Цин Е тут же с силой хлопнула его по руке и вскрикнула:
— Ты что творишь?
— Ты в университете каждый день так ходишь?
Цин Е просто рассмеялась от злости и недовольно хмыкнула:
— Ты мне кто такой? Слишком много ты на себя берёшь!
Син У тут же остановился, его лицо не выражало никаких эмоций. Цин Е не удостоила его вниманием и решительно шагнула под дождь. Ему ничего не оставалось, кроме как поспешить за ней, и вскоре над её головой снова раскрылся большой зонт.
Когда они подошли к дверям общежития, Цин Е сердито бросила:
— Ступай, провожать не стану.
Она уже собиралась войти, но Син У схватил её за руку и притянул к себе под навес, убрав зонт. Цин Е уже успела промокнуть до нитки, капли дождя стекали по прядям волос на ресницы и при каждом моргании попадали на губы. В тусклом жёлтом свете белая рубашка Син У совсем пропиталась водой, отчётливо обрисовывая соблазнительные контуры его тела. Он смотрел на её губы, его сексуальный кадык слегка дернулся, а голос прозвучал хрипло и вкрадчиво:
— Одинока? Если я правильно помню, кто-то когда-то говорил мне, что запрещает упоминать о расставании.
Цин Е почувствовала, как густой мужской гормон окутал её со всех сторон. Она словно сжималась, становясь всё меньше и меньше, а его тёмные глаза заставляли сердце трепетать. Она никак не могла подавить волнение от встречи после долгой разлуки, но из последних сил постаралась сохранить лицо в этом хаосе эмоций:
— Верно, я говорила, что тебе не позволено упоминать о расставании, но я не говорила, что этого не могу сделать я.
Син У скривил уголок рта и полуприкрыл глаза:
— То есть ты хочешь со мной расстаться?
Цин Е выпрямилась и попыталась оттолкнуть его руку, но её сила по сравнению с силой Син У была практически ничем. Он снова притянул её к себе и, подхватив ладонью за изящный подбородок, слегка приподнял его. Внезапно он склонился к самому её лицу и снова спросил:
— Отвечай мне.
Его дыхание касалось её кожи, его широкие плечи полностью закрывали её, а расстояние между их губами было таким коротким, что казалось, они вот-вот соприкоснутся. Цин Е признала, что струсила. Дыхание сбилось в комок, она едва не лишилась опоры под ногами и лишь дрожащим голосом произнесла:
— Ещё пять минут, и меня не пустят внутрь.
Син У не шелохнулся, глубоко заглянул ей в глаза, усмехнулся и, взмахнув рукой, отпустил её.
Цин Е наконец смогла перевести дух и бросилась в здание. Син У продолжал стоять в тёмной дождливой ночи с зонтом в руках, не сводя с неё горящего взгляда. Перед тем как зайти, Цин Е внезапно обернулась и провокационно показала ему большой палец, направленный вниз:
— Пекинских девушек не так-то просто завоевать.
Син У тут же рассмеялся, и эта пленительная улыбка, расплывшаяся в ночной мгле, словно согрела холодный дождь.
Когда Цин Е поднялась наверх, Цюй Бин и Сунь Ваньцзин только вышли из душа. Се Цяньцянь тоже вернулась и уже лежала в кровати с планшетом, рисуя эскиз. У этой девчонки было много странных увлечений, и рисование ландшафтных планов садов было одним из них.
Цин Е промокла до костей. Когда она вышла после душа, Цюй Бин как раз обсуждала Син У с Сунь Ваньцзин. Вытирая волосы, Цин Е услышала:
— В отличие от нас, в тех краях образовательные ресурсы отсталые, человеку пришлось пройти через горькое учение у холодного окна в течение десяти лет, кто знает, сколько лишений он перенёс.
Цин Е нахмурилась и небрежно бросила:
— Откуда тебе знать, что он десять лет у холодного окна просидел? Может, он у себя дома только и делал, что во все тяжкие пускался.
Она отложила полотенце. Цюй Бин и Сунь Ваньцзин одновременно посмотрели на неё, и в комнате внезапно воцарилась тишина. Только когда Цин Е дошла до своей кровати, Цюй Бин наконец не выдержала:
— Цин Е, у тебя что, какие-то претензии к Син У?
Цин Е с некоторым удивлением ответила:
— Нет, какие у меня могут быть к нему претензии?
— Тебе не кажется, что ты… весь вечер его поддевала? — несколько преувеличенно спросила Цюй Бин.
— Я его поддевала?
На этот раз даже Сунь Ваньцзин молча кивнула в знак согласия.
Цин Е окончательно лишилась слов. Она снова поднялась с кровати и сказала:
— Мне просто кажется, что вы слишком наивно о нём думаете. Неужели, если он нацепил очки и надел белую рубашку, то сразу стал паинькой? И если он сказал, что не курит, вы сразу верите, что он точно не курит? С таким подходом вас любой мужчина обманет.
Цюй Бин слушала в замешательстве и переспросила:
— Значит, по-твоему, Син У — один из тех подонков, что только с виду кажутся паиньками?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
