Е Ли улыбнулась.
— О сегодняшнем случае можно больше не говорить, раз уж ты пообещал Хань Минъюэ. Хоть мне и не до конца известна истинная мощь Павильона Тяньи и Башни Цинфэн Минъюэ, мне бы тоже не хотелось враждовать с ним. Однако это лишь на один раз. Если этот человек снова что-нибудь затеет и попадет мне в руки, я не приму никаких просьб о пощаде.
— Разумеется, — после недолгого молчания Мо Сюяо серьезно посмотрел на Е Ли и пообещал. — Раз уж А-Ли не жалеет об этом, то в будущем мы с тобой будем одной семьей. Любой, кто пожелает причинить тебе вред, станет моим врагом.
Е Ли молча кивнула, но в уголках губ скользнула, едва уловимая, улыбка. Серп луны за окном постепенно опускался за конек крыши, девушка подняла голову, глядя на тающий в небе месяц, и ее ясный облик озарился спокойным мерцанием лунного света. Позади нее молодой человек, сидящий в инвалидном кресле, пристально наблюдал за ее тонким силуэтом, и в его мягком взоре теплился какой-то неведомый свет.
В одном из секретных убежищ Павильона Тяньи в столице Хань Минъюэ ввалился внутрь в крайне плачевном виде, чем немало напугал находившихся в комнате людей.
— Да-гэ, что с тобой случилось?
Фэн Юэ Гунцзы Хань Минси, которого бесчисленные родители мечтали бы лишить жизни, а бесчисленные девицы, запертые в своих покоях, обожали до безумия, на мгновение остолбенел, но тут же бросился вперед, чтобы поддержать пошатнувшееся тело брата. Хань Минъюэ махнул рукой и позволил брату усадить себя на мягкую кушетку, горько усмехнувшись.
— Нарвался на грозного бога.
Хотя он привык готовиться ко всему заранее, прыжок со скалы, каким бы осторожным он ни был, не прошел бесследно, столкновение с выступающими ветками деревьев привело к серьезным внутренним и внешним травмам. Впрочем, в его душе не было обиды, они оба прекрасно понимали, что Мо Сюяо действительно проявил милосердие. Иначе ни один из Всадников Хэйюнь не промахнулся бы, стреляя в человека, полностью лишившегося внутренней силы.
— О? Да-гэ, ты виделся с Сань-сяоцзе Е? — воскликнул Хань Минси, проверяя пульс Хань Минъюэ.
Хань Минъюэ, собравшись с силами, сел и, прищурившись, посмотрел на младшего брата.
— Откуда ты знаешь? Твои неприятности с Мо Сюяо в столице на этот раз были не из-за этой ли Сяоцзе Е?
Хань Минси неловко потер нос и виновато улыбнулся.
— Да-гэ… ну, в прошлый раз я тоже попался в руки Е Ли, и это было то же самое лекарство. Это… я ее должник, ты ведь не станешь доставлять ей хлопот, верно?
Хань Минъюэ холодно усмехнулся.
— И ты расплачиваешься по своим долгам за счет Павильона Тяньи?
Хань Минси стыдливо опустил голову и принялся теребить пальцы.
— Ну… эта гунян очень умна. Я ничего не говорил, но она сама догадалась о связи между Павильоном Тяньи и Башней Цинфэн Минъюэ. Она забрала мою нефритовую подвеску, я ничего не мог поделать.
— А, где моя подвеска! Отдай ее, не хватало еще, чтобы ты, нося ее при себе, навлек на нас еще какую-нибудь беду, — Хань Минъюэ протянул руку.
Хань Минси не посмел перечить и послушно отдал подвеску. В конце концов, ему не было дела ни до Башни Цинфэн Минъюэ, ни до Павильона Тяньи, а подвеску брата он носил исключительно ради забавы.
— Да-гэ, твои раны тяжелые? Я позову лекаря.
Видя искреннее беспокойство на лице, обычно ветреного, брата, Хань Минъюэ смягчился и тихо произнес.
— Не стоит, это не опасно, просто я не могу использовать внутреннюю силу. Лекарь не нужен. К нам приходили гости?
Лицо Хань Минси помрачнело, и он сердито фыркнул.
— Днем действительно приходила одна женщина, искала тебя, но я ее выставил.
— Минси…
Хань Минси раздраженно расхаживал по комнате.
— Да-гэ, давай вернемся в Цзяннань и перестанем во все это ввязываться, а? В прошлый раз я всего лишь подшутил над Е Ли, и Мо Сюяо едва не отрубил мне ногу и руку. Даже если ты глава Павильона Тяньи, не забывай, что он Дин-ван. Ты готов расстаться с жизнью, так еще и Павильоном Тяньи хочешь рискнуть? — Хань Минъюэ разомкнул губы, собираясь что-то сказать, но Хань Минси тут же его перебил. — И не смей говорить, что вы друзья. Чушь собачья! Даже друзья не посягают на чужих женщин. Ты что, думаешь, раз я похититель цветов, то у меня совсем нет принципов? И не забывай, что вы с ним сотворили в свое время! Как ты вообще смеешь к нему соваться?
— Минси… ты повзрослел, — тихо сказал Хань Минъюэ, наблюдая за мечущимся по комнате братом, в котором не осталось и следа от привычного легкомыслия.
Хань Минси покраснел, хмыкнул и направился к выходу.
— Пойду позову ту женщину!
Как только силуэт брата скрылся за дверью, Хань Минъюэ поморщился, потирая все еще ноющую грудь. Почему-то фраза Хань Минси «не забывай, что вы с ним сотворили» всплыла в его памяти. Взгляд Хань Минъюэ потемнел, и он про себя вздохнул.
— Нужно увеличить завтрашние дары в знак извинения… еще на десять процентов.
— Как ты докатился до такого состояния? — раздался в дверях низкий женский голос.
Хань Минъюэ поднял глаза. Стоявшая в дверях женщина была одета в просторное черное одеяние, скрывающее ее изящную фигуру. Лицо было полностью спрятано под черной повязкой, видны были лишь холодные глаза, сверкавшие недовольством.
— Разве сама не видишь? Думаешь, с Мо Сюяо так легко справиться? — холодно ответил Хань Минъюэ, приподнимаясь на кушетке.
Женщина в черном холодно фыркнула.
— Ты выполнил то, что я поручила?
Чашка в руке Хань Минъюэ, со звоном, разлетелась вдребезги, и капли прозрачного чая просочились сквозь пальцы.
— Я тебе не слуга! Следи за своим тоном!
В глазах женщины вспыхнул гнев, но она быстро подавила его и тихо сказала.
— Виновата. Минъюэ, дело нынешней ночью…
— Какая разница, выполнено оно или нет? Разве весть о похищении Е Ли уже не разлетелась повсюду? Считай, что твоя цель достигнута, — сказал Хань Минъюэ.
— Ты не сделал этого! — голос женщины внезапно стал резким. — Я велела тебе уничтожить ее!
Хань Минъюэ невольно коснулся своей шеи и горько усмехнулся про себя. Уничтожить ее? К счастью, у него и в мыслях такого не было, иначе в ту ночь уничтожили бы его самого. Эта Сань-сяоцзе Е вовсе не была такой безобидной, какой казалась на первый взгляд. Но, по какой-то причине, Хань Минъюэ не собирался делиться этим открытием с женщиной перед ним.
— Я позволила тебе, главе Павильона Тяньи и первому красавцу Цзяннани, лично заняться этим, что само по себе было для нее милостью. Почему ты этого не сделал? — продолжала возмущаться женщина.
— Довольно! — отрезал Хань Минъюэ. — Почему ты не спрашиваешь, как я был ранен и насколько тяжело? Думаешь, если бы я действительно тронул Е Ли, я бы смог вернуться сегодня живым?
— Я… — женщина на мгновение осеклась, осознав свою несдержанность, она виновато посмотрела на него и мягко произнесла. — Зачем ты пошел один? Если бы ты взял больше людей, даже Мо Сюяо со своими Всадниками Хэйюнь не обязательно смог бы навредить тебе. В нынешнем положении он не может задействовать крупные отряды.
Ледяное выражение лица Хань Минъюэ немного смягчилось от ее ласкового голоса, и он сухо ответил.
— Потому что я не могу втягивать в это Павильон Тяньи. Это наше личное дело, и я решил его сам. И ты тоже веди себя осмотрительнее, впредь не приходи ко мне по делам, связанным с Е Ли. Я больше не стану тебе помогать.
— Почему?
— Потому что в следующий раз Сюяо меня точно убьет. Я торговец и никогда не стремился испытывать на прочность границы терпения семьи Мо. Уходи и будь осторожна.
Сказав это, Хань Минъюэ, полулежа на мягкой кушетке, закрыл глаза, больше не обращая внимания на женщину в дверях. Та явно хотела что-то добавить, но, глядя на побледневшее лицо мужчины и всем своим видом выражаемое нежелание общаться, была вынуждена проглотить слова. Хмыкнув, она бросила.
— Тогда отдыхай, я ухожу.
Она развернулась и вышла. Неподалеку от двери, под большим деревом, стоял мужчина, имевший восемь частей сходства с Хань Минъюэ. Он мрачно уставился на нее.
— Можешь больше не приходить, мы немедленно возвращаемся в Цзяннань.
Женщина в чёрном слегка повернулась, её пленительные глаза сузились с оттенком пренебрежения.
— Лучше трать своё время на то, чтобы собрать побольше цветов и не суй нос в чужие дела. Мне бы не хотелось, чтобы Хань Минъюэ когда-нибудь пришёл и сказал мне, что лишился брата.
Лицо Хань Минси помрачнело, но он вновь холодно усмехнулся.
— Вот и славно, я как раз собирался посмотреть, что это за штучка такая, из-за которой мой брат совсем голову потерял.
Мало кто знал, насколько хорош Фэн Юэ Гунцзы Хань Минси в боевых искусствах, но в искусстве лёгкости он точно не знал равных, такие слухи на пустом месте не рождаются. Мужчина, только что стоявший под деревом, лишь слегка взмахнул подолом одежд и вмиг исчез. В следующее мгновение он уже оказался рядом с женщиной в чёрном и протянул руку, чтобы сорвать с её лица маску.
— Дерзость!
— Минси, остановись! — в дверях появился Хань Минъюэ. С мрачным видом он посмотрел на двух, готовых к схватке, людей. — Дай ей уйти.
— Хм! — Хань Минси с негодованием взмахнул рукой и, подобно всполоху света, взмыл вверх, исчезнув на крыше. Хань Минъюэ пристально посмотрел на женщину в чёрном, и в его взгляде читалось предупреждение. — Не смей трогать Минси.
— Ха-ха, пока он сам ко мне не лезет, зачем мне его трогать? Минъюэ, он всё-таки твой брат. А, мы ведь друзья, не так ли? — негромко рассмеялась женщина.
Хань Минъюэ отступил на шаг и с силой захлопнул дверь прямо перед её носом.
— Хань… Минъ… Юэ! — в глазах женщины промелькнуло изумление, и она выкрикнула его имя с нескрываемой злобой.
Однако она увидела, как в комнате быстро погасла свеча, очевидно, хозяин собрался спать. Легко фыркнув, она развернулась и покинула тихий, сумрачный двор.
Как только женщина в чёрном вышла за пределы неприметного двора, к ней тут же подошли несколько человек в чёрном.
— Сяозце.
Она кивнула и холодно бросила.
— Возвращаемся.
Предводитель охранников заметил, что сяоцзе не в духе, и, не смея ничего спрашивать, взмахнул рукой. Группа людей, охраняя женщину, быстро скрылась в ночи.
Неожиданно раздался свист. Стрела, несущая в себе сокрушительную мощь, пронзила воздух. Возглавлявший охрану мужчина поспешно выхватил меч, намереваясь отбить её. Но, ту стрелу было не так-то просто остановить. От удара длинный меч в его руке вздрогнул, а ладонь мгновенно онемела. Проскользнув вдоль лезвия, стрела устремилась прямиком к женщине в чёрном, которую он прикрывал собой.
— А?
—Сяоцзе!
Стрела пронеслась у самого лица женщины и намертво впилась в яблоню у дороги неподалёку. Женщина в чёрном обернулась, глядя на глубоко ушедшую в дерево стрелу, ноги её подкосились, и она едва не упала. Лишь малая доля цуня, и эта стрела, если бы и не пробила ей голову, то точно бы изуродовала лицо.
— Сяоцзе, — люди из свиты поспешили поддержать её, но женщина оттолкнула их и наотмашь влепила начальнику охраны звонкую пощёчину. — Ничтожество!
Мужчина в чёрном понуро опустил голову.
С крыши неподалёку донёсся звонкий смех.
— Фэн Чжияо!
Женщина вскинула голову и увидела Фэн Чжияо в его вызывающе алых одеждах. Он небрежно сидел на крыше и наблюдал за её жалким видом. Фэн Чжияо слегка приподнял красивые брови, левой рукой он всё ещё сжимал лук, направленным в ее сторону.
— Фэн Чжияо, как ты смеешь! — прошипела женщина сквозь зубы.
— Ой-ой, я так напуган. Разве это преступление, выпустить посреди ночи пару стрел в подозрительных личностей в чёрном? Глядишь, Лао-дажэнь Цинь ещё и поблагодарит меня за вклад в охрану порядка в столице. Как думаешь?
— Убейте его! — женщина указала рукой на крышу, её голос был полон жажды крови.
Стоило ей вспомнить ту стрелу, как она тут же захотела разорвать этого наглого мужчину на куски.
— Ц-ц-ц, хочешь потягаться со мной числом? Думаешь, я тебя боюсь? — Фэн Чжияо лениво махнул рукой.
На крыше бесшумно появилась целая группа таких же людей в чёрном. Однако у каждого в руках был лук, а наконечники стрел уже были нацелены точно в узкий переулок внизу. Глаза женщины едва не метали искры от ярости. Стиснув зубы, она высокомерно спросила.
— Фэн Чжияо, ты посмеешь убить меня?
Фэн Чжияо с сожалением покачал головой.
— Не посмею.
Услышав такой ответ, женщина явно приободрилась. Слегка задрав подбородок, она велела.
— Раз не смеешь, так катись отсюда подальше!
Чёрт! Терпеть не могу заносчивых баб! В лисьих глазах Фэн Чжияо блеснул холодный огонек. Он стремительно натянул тетиву и выпустил стрелу. Очередной снаряд, едва не задев подол платья, вонзился в землю у её ног.
— Фэн Чжияо!
Фэн Чжияо лениво смотрел на неё, и в его взгляде было ещё больше презрения, чем в её собственном.
— Перестань кричать, от этого я в тебя всё равно не влюблюсь. Кое-кто просил меня передать тебе предупреждение, хватит плести свои грязные интриги. Иначе следующая стрела прилетит вовсе не в дерево. Даже если ты не веришь в моё мастерство, тебе не стоит сомневаться в них, — он небрежно указал на замерших за его спиной статных людей в чёрном.
— Нет… Это невозможно… — женщина в чёрном с ужасом уставилась на людей за спиной Фэн Чжияо, как он мог… — Фэн Чжияо, ты посмел самовольно задействовать Черную кавалерию!
— Эх, ты лишь обманываешь саму себя, — Фэн Чжияо нетерпеливо выпрямился. — В общем, запомни моё предупреждение. Чтобы в следующий раз, когда останешься без лица, не винила меня в том, что я не передал слова.
Женщина опустила глаза и промолчала. Фэн Чжияо не собирался больше тратить на неё время. Он бросил стоящим за спиной людям.
— Дело сделано, расходимся.
Раздалось несколько резких звуков, и те, кто охранял женщину, один за другим рухнули на землю. Остался лишь предводитель, который крепко сжимал меч в напряжённом ожидании. Однако в душе он понимал, после той первой стрелы рука его была совершенно бессильна. Если прилетит ещё одна, он не сможет ни отразить её, ни сбежать.
— Фэн Чжияо, ты так запросто используешь Черную кавалерию… Не боишься, что об этом узнают во дворце? — наконец заговорила женщина.
Фэн Чжияо взмахнул рукой и усмехнулся.
— Ты лучше подумай, как будешь объяснять, почему рядом с тобой внезапно стало так мало людей.
В конце концов женщина больше ничего не сказала. Забрав единственного оставшегося стража, она в ярости покинула этот безлюдный переулок. Как только она ушла, люди в чёрном на крыше мгновенно растворились в ночи. Фэн Чжияо перемахнул через конёк крыши и спрыгнул в комнату через приоткрытое окно. Глядя на спокойно сидящего внутри мужчину, он беспомощно улыбнулся.
— Ну, как? Да-гунцзы Сюй доволен?
Сюй Цинчэнь безмятежно сидел у окна, перед ним стоял кувшин с вином и две чарки. Наполнив их, он поставил кувшин и, подняв голову, мягко улыбнулся Фэн Чжияо.
— Поблагодари от моего имени Ванъе.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
