Та девушка красноречиво рассуждала перед императором.
— Ваше величество, это хорошая идея, — сказала она со сверкающими глазами, делая шаг вперёд. — Подумай, если я стану императрицей, мой отец станет отцом императрицы. Он будет не просто подданным, он также родственник маленького Дянься. Ваше величество, ты веришь, что мой отец сможет сохранить жизнь мне и маленькому Дянься, так почему бы просто не поверить, что мой отец поможет маленькому Дянься твёрдо удерживать трон?
Император в тот момент, казалось, хотел что-то сказать, но девушка не дала ему такой возможности, сделав ещё один шаг вперёд.
— Ваше величество, даже если вы не верите, мир поверит.
Глаза девушки сияли — то ли от волнения, то ли от праведного негодования.
— Если я стану императрицей, мой отец будет трудиться до изнеможения, не жалея себя, и пойдёт на всё, чтобы я удержалась на этом месте.
— Что бы он ни совершил, даже если это будут дурные дела, в глазах людей в этом не будет ничего странного.
— Ваше величество, неужели ты не хочешь посмотреть, до какой степени мой отец готов дойти ради меня и маленького Дянься?
Услышав это, император, до того лежавший на драконьем ложе с измождённым видом, вдруг громко расхохотался.
— Хочу, — смеясь, он захлопал в ладоши. — Я и вправду хочу посмотреть, как генерал Чу станет отцом императрицы.
Император, впавший в безумие из-за того, что оба его сына были низложены, поддался искушению этой безумной идеи Чу Чжао и согласился.
Дэн И прервал свои воспоминания и посмотрел на девушку, стоявшую перед ним в этот самый миг.
— Чу-сяоцзе, ты когда-нибудь задумывалась? — сказал он. — После смерти его величества хоть потоп — его это не коснётся, но как же ты? Этот потоп обрушится на тебя всей своей мощью.
Договорив, он увидел, как девушка усмехнулась.
— Когда я ещё ничего не сделала, меня уже било этим потопом, — пробормотала она.
Что это значило? Дэн И хотел спросить, но вошёл страж и доложил, что прибыл Се Яньфан.
Дэн И тоже слегка улыбнулся.
— Дянься-кронпринцесса, — произнёс он. — Безопасность маленького Дянься на самом деле зависит не от меня. В конце концов, если маленького Дянься не станет, я всё равно смогу быть тайфу, но если его не станет, Се-сань-гунцзы не сможет стать гоцзю. Твои приятные речи лучше говори ему почаще.
Чу Чжао кивнула, но тут же покачала головой.
— Тайфу относится к Дянься с бескорыстной преданностью, — негромко проговорила она. — Се-сань-гунцзы движим личными интересами родственника. Мне приятнее говорить хорошие слова тайфу.
Сказав это, она вновь улыбнулась.
— Тайфу держит слово. Сказал, что задолжал мне обед, — значит, вернёт долг.
Дэн И невольно рассмеялся:
— Чу-сяоцзе, если ты заставишь Се-сань-гунцзы задолжать тебе обед, он отплатит тебе гораздо большим количеством одолжений.
Чу Чжао кивнула:
— Се-сань-гунцзы действительно возвращает долги, но, боюсь, он не даст мне возможности сделать так, чтобы он задолжал мне обед.
Дэн И хмыкнул:
— Это потому, что я беден, а у Се-сань-гунцзы нет недостатка в деньгах.
— Дэн-дажэнь! — в сердцах воскликнула Чу Чжао, не зная, смеяться ей или сердиться.
Она не верила, что Дэн И не понял смысла её слов. Она хвалила его или, по крайней мере, имела в виду, что они оба — люди со стеснёнными обстоятельствами, и именно из-за бедности смогли сойтись благодаря одному обеду, а за благодеяние в виде пищи нужно обязательно отплатить.
Дэн И поднял руку, останавливая спор с девушкой, и обратился к стражнику:
— Проси сань-гунцзы войти.
Стражник ответил утвердительно, но не ушёл, а спросил:
— Се Яньлай пришёл вместе с ним. Его тоже пригласить или ему следует подождать?
Дэн И взглянул на Чу Чжао.
Чу Чжао, не обращая внимания на его взгляд, прямо сказала:
— Пусть входит, пусть тоже послушает. — Помолчав, она добавила: — Впрочем, он не факт что захочет входить.
Стражник развернулся и вышел, в зале воцарилась тишина.
Дэн И посмотрел на девушку, которая перестала мерить шагами комнату и теперь выглядывала наружу.
— И ещё, — сказал он. — Благодарю тебя за заботу о моей матери.
Чу Чжао посмотрела на него и улыбнулась:
— Дэн-дажэнь связался с семьёй?
Когда она решила отправиться в императорский город, она не знала, что Дэн И находится там. Помнив, что судьбой ему предначертано стать тайфу, она спросила у разведчиков армии Лунвэйцзюнь, знают ли они дом Дэн И. Разведчики действительно знали такого человека, и она отправила туда несколько человек, чтобы с Дэн И не случилось беды.
Позже, встретившись с ним во дворце, она об этом не упоминала.
Пока Дэн И был во дворце, люди армии Лунвэйцзюнь присматривали и за его семьёй.
Дэн И кивнул:
— Мой отец и брат рано умерли, осталась лишь слепая старая мать. Я думал, что не смогу о ней позаботиться, и в сердце жил прискорбный груз. — Он взглянул на Чу Чжао. — Чу-сяоцзе, это стоит гораздо больше, чем один обед.
— Это просто замечательно! — рассмеялась Чу Чжао. — Тайфу-дажэнь излишне вежлив, это пустяки, я почти ничем не помогла. У Дэн-дажэня необыкновенная судьба и великое благословение.
Однако по её виду нельзя было сказать, что это пустяки. Глядя на сияющую от радости девушку, Дэн И невольно улыбнулся и покачал головой. Он не стал ничего добавлять, так как за дверью послышались шаги.
— Се Яньфан приветствует тайфу-дажэня.
Услышав, что Дэн И готов их принять, Се Яньлай, несмотря на слова стражника о том, что он тоже может войти, остался снаружи.
— Скажи ей, что маленький Дянься ищет её, — обратился он к стражнику.
Это прозвучало довольно бессвязно, но стражник кивнул и согласился.
Се Яньлай поклонился Се Яньфану:
— Я пошёл на службу. — С этими словами он развернулся и зашагал прочь.
— Яньлай! — окликнул его Се Яньфан.
Се Яньлай остановился и обернулся к нему.
— Если что-то будет нужно, только скажи, — произнёс Се Яньфан.
Се Яньлай усмехнулся:
— Хорошо, так и сделаю. — После чего стремительно удалился.
Ду Ци заметил:
— Раньше он не был таким послушным.
Се Яньфан взглянул на него:
— Раньше и ты не говорил о нём так много. Тебя это беспокоит или ты боишься?
Лицо Ду Ци застыло, он склонил голову:
— Подчинённый признаёт свою ошибку.
Се Яньфан больше ничего не сказал. Кивнув стражнику, он направился к залу. Подойдя к дверям, он не вошёл сразу, а снова попросил разрешения.
Изнутри послышались торопливые шаги, сопровождаемые звонким девичьим голосом:
— Сань-гунцзы!
Се Яньфан поднял голову и увидел подбежавшую девушку.
Он не почувствовал особого удивления, напротив, многое для него прояснилось.
Раз маленький Дянься вернулся во дворец, значит, в семье Чу он был в безопасности. Совершенно естественно, что Чу-сяоцзе, обеспечившая безопасность маленького Дянься, последовала за ним во дворец.
Те незнакомые войска.
То, что Се Яньлай смог удержать город и фактически стал предводителем.
Привязанность маленького Дянься к Се Яньлаю.
Та «старшая сестра», которую искал маленький Дянься.
Се Яньлай переступил через порог:
— А-Чжао-сяоцзе.
Чу Чжао замерла перед ним:
— Ты пришёл, как хорошо! С тобой всё в порядке? — Она оглядела Се Яньфана со всех сторон.
Слыша её вопросы, Се Яньфан наполнился сложными чувствами.
— Это я оказался бесполезным, впустую потратив твои неоднократные предупреждения, — сказал он и посмотрел на Чу Чжао. — К счастью, ты была рядом, и маленького Дянься удалось спасти.
На душе у Чу Чжао тоже было неспокойно. Она не ожидала, что даже предупредив Се-сань-гунцзы, не сможет предотвратить случившееся.
— В этом нет твоей вины, — проговорила она. — Видимо, такова судьба.
Она кивнула.
— Хорошо, что маленького Дянься уберегли.
Се Яньфан тихо вздохнул и посмотрел внутрь зала. Чу Чжао поспешно указала путь:
— Сань-гунцзы, проходи скорее, Дэн-тайфу тоже ждёт тебя. Мы находимся в городе и не знаем, что происходит снаружи.
Се Яньфан прошёл за ней несколько шагов и увидел мужчину, сидящего за письменным столом.
Ему было чуть за тридцать, лицо его было чистым и благообразным, брови длинными, а губы тонкими. Он не выдавал своих чувств, а придворное одеяние придавало ему величественность, не свойственную его возрасту.
Это и был Дэн И.
Се Яньфан склонился в поклоне:
— Приветствую Дэн-тайфу.
Дэн И отложил свитки и встал:
— Се-гунцзы, не нужно лишних церемоний. Что произошло с наследным принцем? Как Третьему принцу удалось напасть на наследного принца-дянься и убить его?
Се Яньфан выпрямился и ответил:
— Если быть точным, сначала наступила смерть наследного принца, а нападение Третьего принца произошло уже после.
Что?
Дэн И и Чу Чжао были поражены. Наследный принц погиб не от рук Третьего принца?
Се Яньфан продолжил:
— Наследный принц-дянься умер при поднятии треножника.
Поднятие треножника (举鼎, jǔ dǐng) — древнее испытание силы, заключающееся в поднятии тяжёлого бронзового жертвенного сосуда.
Дэн И и Чу Чжао переглянулись. Это…
— Но я всё разузнал. Наследный принц долго и многократно тренировался в поднятии треножника, несчастного случая произойти не должно было. Вероятно, это был чей-то расчёт, — сказал Се Яньфан. — Когда я прибыл на место, там уже всё было разрушено, ничего нельзя было увидеть.
Поэтому у него не было доказательств.
— И всё же, Третий принц действительно намеревался совершить покушение на Наследного принца и не остановился, даже услышав весть о его кончине, желая истребить всех до единого.
— Поэтому прошу Тайфу объявить всей Поднебесной: Наследный принц пал от рук Третьего принца во время покушения.
Сказав это, он совершил поклон.
— Прошу Тайфу сберечь доброе имя Наследного принца, а также достоинство маленького Дянься.
Наследный принц, погибший при попытке поднять треножник, — это и впрямь бесславно; в исторических хрониках такое стало бы посмешищем. К тому же это смягчило бы вину Третьего принца, а Се Яньфан не мог позволить ему получить ни единого шанса на спасение.
Это делалось ради Наследного принца и тем более — ради маленького Дянься.
Дэн И бросил взгляд на Чу Чжао.
«Видишь? Вот кто по-настоящему печётся о безопасности и чести маленького Дянься».
Чу Чжао поджала губы. Тайфу учил её, как поступать и как разбираться в людях. Она про себя усмехнулась. Ей не нужны его поучения, она и так всё прекрасно понимала.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
