Императрица Чу: Восшествие в Прекрасный дворец — Глава 183. Опора

Время на прочтение: 5 минут(ы)

За последнее время произошло слишком много событий.

Третий принц поднял мятеж, наследный принц погиб, император скончался, а шестилетний императорский внук взошёл на престол.

Хотя всё это и шокировало, и простой народ, и чиновники могли это принять — в конце концов, их потрясло не то, кто это сделал, а сами события.

Однако назначение Чу Чжао императрицей неизбежно должно было вызвать множество споров.

Дело было не только в самом факте, но и в выборе личности.

Её появление было слишком внезапным и неожиданным.

Императорскому внуку едва исполнилось шесть лет, а у него уже появилась тринадцатилетняя императрица. Это не могло не породить подозрений.

Чу Чжао не нужно было выходить наружу, чтобы понять это. Достаточно было одних лишь взглядов, которыми чиновники одаривали её в последние дни.

Если бы не Дэн И, следивший за всеми подобно тигру, и если бы не веявшие холодом и жаждой смерти стражники в дворцовом городе, её наверняка подвергли бы допросу ещё в день кончины императора.

Чу Чжао кивнула:

— Когда Се-сань-гунцзы рядом, я совершенно спокойна.

Се Яньфан ответил:

— Дело не во мне, а в том, что совершённые вами, А-Чжао-сяоцзе, поступки заслуживают того, чтобы люди чувствовали себя спокойно.

Чу Чжао улыбнулась:

— Даже если мои поступки не заслуживают доверия, я верю, что Се-сань-гунцзы непременно сумеет сделать так, чтобы они стали достойными.

Если бы эти слова услышал кто-то мнительный, он мог бы подумать, будто собеседник способен искажать истину, выдавая чёрное за белое и наоборот. На такое суждение было бы непросто ответить, но Се Яньфан лишь улыбнулся и решительно кивнул:

— Я непременно так и сделаю.

Се Яньфан не был мнительным человеком. Он был по-настоящему умен, а таким людям достаточно иметь одно твёрдое сердце.

Чу Чжао не стала продолжать эту тему и серьёзно произнесла:

— Всё произошло внезапно, а после воцарилась суматоха, поэтому мне так и не довелось подробно поговорить с Се-сань-гунцзы. То, что я стала императрицей — это моё требование к Его Величеству.

Се Яньфан так же серьёзно кивнул:

— Я знаю. Это наверняка было волей А-Чжао-сяоцзе. А-Чжао-сяоцзе не из тех, кого можно принудить делать то, что ей претит.

Чу Чжао не удержалась от улыбки:

— Я ведь прямо сказала, что принудила покойного императора, почему же Се-сань-гунцзы продолжает меня хвалить?

Се Яньфан покачал головой:

— Как вы могли принудить покойного императора? Это он изначально оказался в стеснённых обстоятельствах, и мы все были заложниками ситуации.

Разговаривать с умным человеком было легко, не требовалось лишних объяснений. Чу Чжао продолжила:

— Покойный император и мой отец в своё время тайно создали войско под названием армия Лунвэйцзюнь. Эти солдаты подчиняются только моему отцу. Большая их часть находится в пограничном округе, но есть и те, кто скрытно пребывает в столице. Это строгая тайна, и из-за разногласий между моим отцом и императором двадцатилетней давности это войско больше не задействовали, поэтому о нём знает лишь горстка людей.

Се Яньфан догадывался о чём-то подобном, но теперь картина прояснилась окончательно.

— Вот оно как, — произнёс он.

Неудивительно, что Ци-гунгун привёл маленького Дянься в усадьбу Чу. И уж тем более неудивительно, почему Сяо Сюнь так вёл себя с Чу Чжао, всеми силами пытаясь наладить с ней связь.

— Чжуншань-ван и его сын, вероятно, догадывались, что мой отец занимал особое положение при императоре, но о Лунвэйцзюнь они не знали, — сказала Чу Чжао. Она приложила руку к груди и с самоиронией усмехнулась: — Если бы они знали, мы с А-Юем не остались бы в живых.

Се Яньфан на мгновение замолчал.

— Не знаю, стоит ли называть это благословением Его Величества или же великой удачей, что у нас есть генерал Чу Линь.

На этот раз Сяо Юю удалось вырваться из капкана смерти. Если вспомнить, всё висело на волоске. Давние замыслы императора и генерала Чу Линя, их последующее охлаждение друг к другу, и то, что дочь генерала как раз вернулась в столицу — в этой череде событий каждое звено было незаменимым. Если бы случилась хоть малейшая оплошность, или не окажись хоть одного из участников на месте в ту ночь, и Сяо Юя, скорее всего, уже не было бы в живых.

Чу Чжао тоже задумалась. Следовало бы сказать, что это великая удача, что она уже однажды умирала. Конечно, произносить такое вслух не стоило.

Се Яньфан продолжил:

— Поэтому вы, А-Чжао-сяоцзе, приняли решение, ухватившись за возможность, и попросили Его Величество даровать вам титул императрицы. Это лучший способ помочь А-Юю удержаться на троне.

Чу Чжао кивнула:

— Только так армия Лунвэйцзюнь может перейти под начало императора. В конце концов, после этих потрясений верных и надёжных войск осталось немного. Чжуншань-ван уже проявил свои амбиции и теперь не станет их скрывать. Император мёртв, наследный принц мёртв, а мой отец… тоже скоро умрёт.

Девушка слегка опустила глаза, её руки, лежавшие на коленях, сжались.

В эти дни она была напряжена и поглощена делами, и лишь внезапно вспомнила: отец скоро умрёт. Как ей повидаться с ним?

Сможет ли она теперь покинуть столицу?

По крайней мере, сейчас — нет.

Кто бы мог подумать: она не вышла за Сяо Сюня, но всё равно стала императрицей и по-прежнему не может уехать из столицы…

Что-то тёплое коснулось её руки.

Чу Чжао пришла в себя и увидела, что к её руке подносят тёплую чашку чая.

Она подняла взгляд и встретила мягкий, сочувствующий взор Се Яньфана.

— А-Чжао-сяоцзе, — произнёс он. — Вы уже прошли через столько опасностей, сумели спасти жизнь А-Юю — нет ничего невозможного. Даже для самой трудной задачи найдётся решение.

Чу Чжао сжала тёплую чашку и кивнула:

— Да.

Запрокинув голову, она осушила её одним глотком.

За дверью послышались дробные шаги, сопровождаемые тихим голосом:

— Цзецзе…

Чу Чжао обернулась и увидела за колышущимся белым пологом у входа маленькую фигурку в траурном одеянии.

— А-Юй, — она поспешно махнула рукой. — Иди скорее сюда.

Сяо Юй перешагнул через порог. Се Яньфан поднялся и поклонился:

— Приветствую Его Величество.

Хотя церемония восшествия на престол ещё не состоялась, Сяо Юй уже был новым императором.

Сяо Юй, опустив глаза, подошёл к Чу Чжао. Она взяла его за руку:

— Я обсуждаю с твоим дядей нынешнее положение дел.

Сяо Юй тихо отозвался и лишь тогда посмотрел на Се Яньфана:

— Третий дядя, вольно.

Се Яньфан выпрямился, глядя на ребёнка, стоящего рядом с Чу Чжао. После череды трагических событий и траура по покойному императору лицо шестилетнего мальчика выглядело изнурённым.

Но что поделаешь? Раз уж всё обернулось так, ему оставалось только держаться.

Се Яньфан обеими руками протянул ему чашку чая.

— Благодарю, третий дядя, я только что пил чай, — Сяо Юй покачал головой.

Се Яньфан, не проронив ни слова, поставил чашку.

— Ты голоден? — спросила Чу Чжао, не выпуская его руки. — Если устал, присядь. Не нужно стоять так ровно, императорский дедушка не станет тебя винить.

Сяо Юй кивнул, затем покачал головой и тихо проговорил:

— Ци-гунгун дал мне сладостей. А ещё Ци-гунгун задернул занавеску, чтобы я мог немного полежать здесь, подле императорского дедушки.

Проснувшись и не обнаружив рядом Чу Чжао, он отправился на поиски.

Чу Чжао усадила Сяо Юя рядом с собой и сказала:

— Сейчас тебе нужно со спокойным сердцем проводить императорского дедушку, отца и мать в последний путь.

Похороны наследного принца и его супруги проводились одновременно с императорскими.

Она взглянула на Се Яньфана.

— Обо всём остальном позаботится твой дядя, ни о чём не беспокойся.

Сяо Юй снова кивнул Се Яньфану, не проронив ни слова.

Се Яньфан опустил глаза:

— А-Юй, это твой дядя оказался бессилен, я не сумел защитить твоих отца и мать.

Сяо Юй по-прежнему молчал, лишь плотнее прижался к Чу Чжао, словно пытаясь от чего-то спрятаться.

Чу Чжао заметила его движение и поспешно погладила Сяо Юя по плечу, успокаивая. Для маленького ребёнка видеть смерть родителей — ужасное и жестокое испытание.

Но от правды нельзя было бежать.

— В ту ночь Чжуншань-ван-шицзы лично явился ко мне домой, угрозами и подкупом пытаясь заставить моего дядю убить А-Юя, — продолжила она разговор. — Он не оставил никаких зацепок, ни свидетелей, ни улик. Сейчас из-за моего положения я не могу заставить дядю признать вину и дать показания, поэтому угрозу в лице Чжуншань-вана и его сына пока невозможно устранить.

— Я приложу все силы, будьте спокойны, — произнёс Се Яньфан. — Чжуншань-ван и его сын больше никогда не станут угрозой для А-Юя.

Чу Чжао торжественно кивнула ему:

— Я верю Се-сань-гунцзы.

Она действительно верила. В той жизни Се Яньфан загнал Сяо Сюня в тупик, даже будучи в статусе мятежника. В этой же жизни всё поменялось местами, и Сяо Сюню придётся ещё тяжелее.

Услышав слова Чу Чжао, Сяо Юй поднял голову, посмотрел на Се Яньфана и повторил за ней:

— Благодарю за труды, третий дядя.

С момента встречи ребёнок впервые посмотрел ему прямо в глаза. Се Яньфан придвинулся к нему и, опустившись на одно колено, легонько коснулся его щеки.

Сяо Юй прильнул к Чу Чжао, но не отстранился от руки Се Яньфана. Он не отвёл взгляда и смотрел на лицо перед собой —

Это лицо было отчасти схоже с лицом матери, но гораздо прекраснее. Кожа Се Яньфана была белой, словно фарфор, глаза — удлинёнными, переносица — высокой, а взгляд — мягким и ясным —

— Не трудно, — тихо произнёс он. — Се Яньфан лишь желает, чтобы больше не было пронзающего сердце сожаления.

Выдающийся талант — Список глав