— Разве ты не велел мне всё время убираться? Я вернулась, а ты всё ещё хочешь, чтобы я ушла… Тогда мне остаётся только уйти, уйти далеко от тебя, не возвращаться всю жизнь, я никогда больше не появлюсь перед тобой. Ты знаешь? Китай, почва под нашими ногами, если пройти сквозь центр земли — это Южная Америка. Мы стоим примерно на двух концах одного диаметра Земли, но разделены половиной мира, это самое короткое и в то же время самое длинное расстояние на Земле.
— Мяо Цзин… — его глаза были готовы лопнуть от ярости, — ты…
Голос девушки был мягким, пропитанным тишиной и мраком полуночи, она тихо шептала:
— Внутри страны или за её пределами, далеко или близко, какая разница… Всё равно я совсем одна, даже если я умру от какого-нибудь несчастного случая, если меня обманет мужчина, если что-то случится, никому не будет дела. Всё равно я та, кого бросили…
Услышав в трубке подавленный мягкий голос, он почувствовал, как в груди смешались пять вкусов1:
— Мяо Цзин.
— Чэнь И, тебе не нужно объяснять, я понимаю. Я знаю о том, что было в прошлом, и знаю правду. Я знаю, что у каждого есть свои невысказанные страдания и свои причины, я не могу винить никого, включая тебя, Чэнь И. Я понимаю и благодарю тебя за всё, что ты сделал, я готова на колени пасть, чтобы поблагодарить тебя за то, что ты когда-то для меня отдавал, но тебе не нужна моя взаимность, и это не может изменить фактов… Чэнь И, я всегда одна, меня всегда бросают раз за разом…
Мяо Цзин повесила трубку.
Чэнь И словно услышал свист ветра от проносящегося мимо поезда; когда он снова позвонил, телефон Мяо Цзин был уже выключен.
Его голова была полна ругательств, лицо стало холодным и суровым, он крепко стиснул зубы, лицо напряглось. Он с ненавистью ударил кулаком в стену, сделал несколько шагов туда-сюда, взъерошил свои короткие волосы и, наконец, запрокинув голову и закрыв глаза, глубоко выдохнул. С мертвенно-бледным лицом он размашистыми шагами направился к выходу.
— Брат И, брат И.
— Я найду её! — бросил он Бо-цзаю на ходу.
Если она не сошла с ума, она должна понимать, в каком положении окажется девушка, проделавшая путь в десять тысяч ли через полмира. Она совсем одна, худая до невозможности, в далекой, незнакомой и небезопасной стране — случись какая беда, тамошний мужчина сможет убить её одним ударом кулака…
Если они с ней окончательно разойдутся на разные края неба, если с ней что-то случится там, где он не сможет до неё дотянуться…
Чэнь И, обуреваемый огненной тревогой, помчался на вокзал.
Ночной вокзал Тэнчэна был тихим и пустынным. На самом деле она бывала здесь много раз, с восьми до восемнадцати лет, приходя сюда снова и снова по разным причинам. Он тоже несколько раз провожал её сюда, оставлял здесь и прощался с ней. В зале ожидания было всего несколько человек. Он искал её в спешке и смятении, но нигде не видел её силуэта. От охватившей его паники всё тело отозвалось болью, он обливался потом. Он громко выкрикивал имя Мяо Цзин, его мужественные черты лица исказились от тревоги, он выбежал прямо на платформу, мечась в поисках по пустому полуночному перрону.
По ту сторону путей, скрытая за рекламным щитом, на другой платформе стояла группа усталых и молчаливых пассажиров; они спустились на эскалаторе и теперь разошлись, встав за желтой линией в ожидании поезда, среди них была одна стройная фигура.
Чэнь И замер на месте.
Она спокойно смотрела на него; её чистое лицо и глубокие, тихие глаза напоминали искусно выточенное произведение искусства.
Он тяжело дышал, упершись руками в бока, вытирал горячий пот со лба и пристально смотрел на неё хмурым взглядом, подобно рассерженному льву.
Раздался гудок и объявление по вокзалу, прибывающий поезд медленно въезжал на станцию Тэнчэн. Увидев состав, пассажиры зашевелились, переговариваясь и готовясь к посадке. Мяо Цзин опустила голову, не глядя на него, подхватила стоявший рядом чемодан, нашла место, соответствующее её вагону, и стала ждать, пока поезд остановится перед ней.
Он дрожащим голосом выкрикнул её имя. Кровь внезапно прилила к голове, пробуждая в нём то самое безрассудство и дерзость из тех времён, когда он подростком занимался паркуром и лазил по зданиям. На самой высокой скорости, на которую был способен, он бежал, прыгал, скользил, перемахивал через препятствия, стремясь к этой хрупкой фигуре.
Чэнь И заскочил в вагон в самый последний момент, перед тем как двери закрылись.
Поезд качнулся и медленно тронулся.
Не успев перевести дух, он в спешке пробирался через вагоны среди усталых путников, ища её, и в конце концов увидел Мяо Цзин в углу на стыке двух вагонов.
Его высокая фигура медленно приближалась. Она стояла, прислонившись к стене вагона, и смотрела в окно на пролетающие в ночной тьме редкие огни и смутные очертания города. Увидев в отражении стекла его тень, она обернулась и встретилась с его холодным и гневным взглядом.
Чэнь И стоял перед ней, уперев руки в бока, его грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Его тень накрыла её; он был суров, словно ледяная гора, а в глазах полыхала ярость.
Её глаза внезапно засияли, подобно звёздам, словно промелькнул метеор, но затем в них постепенно вернулось спокойствие. Она слегка поджала губы, длинные ресницы дрогнули, а в глазах задрожали едва заметные слезы, когда она печально посмотрела на него.
Оба стояли не шевелясь, долгое время не произнося ни слова.
— Чего ты в конце концов хочешь? Мяо Цзин, о чём ты вообще думаешь? — его лицо было землисто-серым и напряженным, а дыхание напоминало только что затихший вулкан. — Ты хоть понимаешь, что ты делаешь?
— Понимаю, — она казалась отрешенной и лишь спустя долгое время зашевелилась, достала из сумки папку и спокойно протянула ему. — Здесь твое удостоверение личности, паспорт, билет на поезд, билет на самолет до Колумбии, важные домашние документы и все твои банковские карты.
Чэнь И в оцепенении и удивлении уставился на то, что было у неё в руках.
— Чэнь И, либо ты выберешь жизнь в десяти тысячах ли от меня, либо решишь пойти со мной. — Мяо Цзин глубоко вздохнула. — Уехать за границу. Там никто не знает Чэнь И из Тэнчэна, Чэнь И, которого заставили учиться в профессиональном училище, Чэнь И — мелкого бандита, кормящего семью, Чэнь И — информатора, сносившего унижения ради важного дела. Там будет только один крутой, красивый, дерзкий и умный Чэнь И, который умеет играть в бильярд, гонять на машинах, верен друзьям и сможет выжить в любом месте, куда бы его ни забросили.
На её упрямом личике было предельно серьезное выражение:
— Я буду усердно работать, усердно зарабатывать деньги, теперь настала моя очередь учить тебя, защищать тебя, заботиться о тебе и дать тебе жизнь, которую ты хочешь.
Его чувства сменялись от изумления к оцепенению, от отвисшей челюсти до долгого безмолвия. В конце концов он усмехнулся от злости на неё, не в силах вымолвить ни одной связной фразы.
— Мяо Цзин… ты… ты, мать твою…
Он с трудом провел рукой по волосам:
— Что ты, мать твою, творишь?!!!!!
— Я вернулась в Тэнчэн только из-за тебя, только потому, что хотела быть с тобой. Чэнь И, я люблю тебя… — глаза Мяо Цзин покраснели. — И я хочу, чтобы ты любил меня, очень-очень сильно любил, хочу, чтобы ты сам удержал меня, хочу, чтобы ты больше не отталкивал меня.
Он завороженно смотрел на человека перед собой.
Мяо Цзин сделала шаг вперед и встала перед ним, задрав голову. Слезы покатились из её глаз, и она, выглядя жалкой, едва слышно взмолилась:
— Гэгэ, я правда не хочу больше быть одна…
Чэнь И словно рассыпался в прах от этих слов, сердце его пронзила острая боль. Он порывисто обнял её, крепко прижимая к себе.
Как и всегда в тихий полночный час, мчащийся на скорости поезд покинул Тэнчэн, оставляя далеко позади огни десяти тысяч домов и устремляясь в далекое неизвестное будущее.
В маленьком окне вагона одинокие путники крепко прижимались друг к другу.
- В груди смешались пять вкусов (五味杂陈, wǔ wèi zá chén) — идиома, описывающая сложное переплетение различных чувств и эмоций.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
