В самопрезентации Ся Сяолань не было особенно сложных слов, она не была вычурной.
По сравнению с её внешностью, это представление казалось даже излишне простым.
Но почему же оно так притягивало?
Даже Кэтрин лишний раз взглянула на Ся Сяолань. Короткие фразы девушки не были ни жалобой, ни попыткой сыграть на чувствах, она не пыталась рассмешить публику — она просто описывала то, как учила английский язык.
Картинка была слишком живой!
Стоило закрыть глаза, и казалось, можно увидеть деревенскую девчушку, которая с любовью листает потрепанный англо-китайский словарь.
Будь то судьи или зрители, все они были слишком простодушны и не знали, что существует такой вид самопрезентации, как «торговля несчастьем». Низший уровень такой торговли — это плаксивая вдова Сянлинь, а высший — когда о пережитых страданиях рассказывают с улыбкой. Вдова Сянлинь вызывает раздражение, в то время как второй вариант легко трогает сердца.
Ся Сяолань не лгала.
Просто это происходило в её прошлой жизни, когда после окончания университета она работала в продажах и по долгу службы начала усиленно подтягивать английский.
Тогда, в начале двухтысячных, курсы английского процветали на каждом шагу, и способов повысить уровень было великое множество. Но Ся Сяолань могла выбрать лишь самый примитивный и старый метод: после университета она заново взялась за язык и почти до дыр затерла словарь. Два года она усердно училась, не поднимая головы, и, вероятно, накопив достаточно базы, спустя это время естественным образом «пробила каналы Жэнь и Ду»… Её уровень английского совершил резкий скачок — и всему виной была нужда.
Это был её реальный опыт, поэтому при рассказе она не чувствовала никакой неловкости.
Что за язык был у Ся Сяолань? Она же из продаж!
В продажах главное не в том, чтобы язык был подвешен, а в том, чтобы вызвать доверие клиента. Сейчас судьи были её клиентами, а продуктом, который Ся Сяолань продвигала, была она сама.
Сюй Гочжан подумал: «Сказанное вполне соответствует данным в её досье».
Что касается того, можно ли, зазубрив словарь, войти в двадцатку лучших на всекитайском конкурсе английского среди студентов, Сюй Гочжан не мог этого категорично отрицать. У каждого свои таланты и разная степень усердия; если другие не могут, это не значит, что не может Ся Сяолань.
Эта самопрезентация была очень гладкой. Была ли она подготовлена заранее или нет, но произношение было на высоте.
Бывают студенты, которые получают высший балл за письменный экзамен, но, стоит им открыть рот, начинают заикаться и запинаться. Сюй Гочжану приходится буквально угадывать слова, чтобы хоть что-то понять — вот насколько плоха их устная речь!
Ся Сяолань уложилась ровно в пять минут, ни больше ни меньше.
Кэтрин посмотрела на материалы в своих руках и не удержалась от вопроса:
— Вы ведь только на первом курсе, верно? В прошлом году за вступительный экзамен по английскому вы получили высший балл. Знайте, даже в Великобритании этого не так-то просто добиться, а ведь вы студентка из деревни. В сельской местности выучить английский на достойном уровне еще сложнее.
Кэтрин не преувеличивала. В Китае многие не могут получить высший балл даже по родному языку.
— Да, госпожа Кэтрин, я первокурсница университета Хуацин. Вступительные экзамены — это всего лишь один экзамен. Тот факт, что я набрала высший балл, — результат моего труда и капли везения. Но это уже в прошлом, я считаю, что важнее сосредоточиться на настоящем.
Конечно, в получении ста баллов была доля везения.
Даже если все задания с выбором ответа и пропуски заполнены верно, что могла поделать Ся Сяолань, если бы проверяющему не понравилось её сочинение и он решил бы снять один или хотя бы полбалла!
Ся Сяолань ответила очень взвешенно.
Чжань Айцюнь тоже хотела задать вопрос, чтобы дать Ся Сяолань больше возможностей проявить себя, но, вспомнив, что они знакомы, усилием воли сдержалась.
Если это всплывет позже, пойдут пересуды. К чему так рисковать, ведь до этого момента Ся Сяолань справлялась превосходно.
Ведущий в общих чертах перевел самопрезентацию Ся Сяолань. Это делалось не столько для присутствующих в зале, сколько для эффекта при последующей трансляции по телевидению.
Без перевода рядовые зрители ничего бы не поняли.
В зале Бабушка Чжоу, выслушав перевод, тут же сказала Гуань Хуэйэ:
— Непросто пришлось этой девочке, Сяолань. При таких плохих условиях для учебы она смогла так хорошо выучиться. По сравнению с ней, Чжоу И и остальные недостаточно стараются.
Чжоу Чэн, конечно, не в счет — Бабушка Чжоу больше всех баловала внука.
Её старший внук ушел в армию в пятнадцать лет, так что пробелы в гуманитарном образовании были простительны. Чэн Минь и Гу Сыянь были еще маленькими и учились, о них и говорить нечего, но вот старшая внучка Чжоу И не смогла стать хорошим примером. Семья Чжоу обеспечила ей такие прекрасные условия, а Чжоу И умудрилась учиться так скверно… Её отсутствие амбиций по-настоящему разочаровывало.
Гуань Хуэйэ рассеянно кивнула.
К счастью, старшая невестка и Чжоу И этого не слышали, иначе снова начали бы вредничать.
Гуань Хуэйэ еще не отошла от того впечатляющего прошлого, о котором Ся Сяолань поведала в прошлый раз. Чжань Айцюнь прислала билеты и позвонила, сказав, что девушка прошла в финал устного этапа. Если бы Гуань Хуэйэ не пришла, Чжань Айцюнь наверняка заподозрила бы неладное.
Стоило ей рассказать Бабушке Чжоу, как та разволновалась даже сильнее неё. Гуань Хуэйэ убеждала себя, что пришла сюда не по своей воле, а лишь чтобы сопроводить пожилую женщину.
Услышав, как Ся Сяолань рассказывала о заучивании слов по старому словарю, Гуань Хуэйэ подумала о том же, о чем и Бабушка Чжоу — ей стало невыносимо жаль девушку. Да, в эти времена мало кто жил в достатке, были люди и беднее Ся Сяолань, у которых не было даже старого словаря и возможности учиться, не говоря уже об английском — им жилось куда тяжелее. Но те люди не мелькали перед глазами Гуань Хуэйэ, она их не знала, и ей определенно казалось, что Ся Сяолань пришлось нелегко.
Сидящие в зале учитель Линь и профессор Хэ, а также выбывший Цзи Цзянъюань и остальные, уже знали содержание самопрезентации Ся Сяолань.
Слышать это на репетиции и на финале — ощущения были разными.
У пребывания на вершине есть свое преимущество: к любым твоим словам люди будут прислушиваться с предельным вниманием. Эта «торговля несчастьем» высокого уровня в исполнении Ся Сяолань действительно была способна тронуть за живое.
Цзи Цзянъюань в этот момент думал: Нин Сюэ, безусловно, заслуженный гений, но в чем Ся Сяолань ей уступает? Какими ресурсами Нин Сюэ пользовалась с самого детства, имея возможность уехать за границу еще в старшей школе? В том же возрасте Ся Сяолань, скорее всего, всё еще листала свой потрепанный словарь!
На сцене тем временем начался второй этап.
Прослушать короткий текст и пересказать всю историю.
В зале воцарилась тишина. Никто из зрителей в такой момент не посмел бы помешать Ся Сяолань слушать рассказ.
Чем дольше она слушала, тем страннее становилось. Знакомые имена — «Мелани» и «Скарлетт», эпическое произведение «Унесенные ветром», сюжет которого сжали до размеров короткого текста. Запись закончилась. Ся Сяолань предстояло самой пересказать этот текст; её мозг работал на бешеной скорости: с чего же начать?
Судьи смотрели на неё.
Кэтрин и Чжань Айцюнь были крайне удивлены — это было совсем не то задание, которое готовилось заранее.
Почему его внезапно заменили на это?
— Студентка Ся Сяолань, пожалуйста, перескажите нам историю, которую вы только что услышали.
Как у прямолинейного технаря, литературные познания Ся Сяолань были не слишком высокими, но «Унесенных ветром» она всё же читала. Прослушанный текст описывал сюжет романа, но это было сухое, скупое описание.
Если пересказывать точно по переводу, это будет полный провал.
Ся Сяолань начала рассказывать, опираясь на то, что сама читала в «Унесенных ветром»:
— 1861 год. Юная Скарлетт, живущая на американском Юге, с детства впитывала традиции южной культуры, но в её крови бурлило дикое непокорство…
Автор «Унесенных ветром» десять лет трудилась над своим шедевром, издав за всю жизнь лишь этот один масштабный роман, который сразу после публикации покорил весь мир. Даже среди присутствующих в зале студентов, вошедших в число двухсот лучших на конкурсе английского языка, и их наставников, вряд ли нашелся бы хоть кто-то, кто не читал оригинал.
Это задание выглядело так, словно Ся Сяолань просто дарят баллы.
У ветеранов телевидения тоже закрались сомнения: неужели влияние начальника управления Вана настолько велико, что пошатнуло даже позицию профессора Сюй Гочжана?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
