— Свояченицы, мы свояченицы. Она развелась с мужем в родных краях и сбежала сама по себе. Я просто увидела её… и хотела посмотреть, чем она занимается.
Чжан Цуй опустила голову с самым смиренным видом.
Хотя Чжан Цуй уехала из деревни раньше Лю Фэнь, она целыми днями возилась у кухонной плиты, поэтому в её стиле одежды и внешности мало что изменилось. Даже Ся Цзыюй всегда придерживалась скромного имиджа и только недавно начала меняться. Лю Фэнь же была другой: она управляла магазином одежды, ей нужно было учиться подбирать образы для покупателей. Чтобы вызвать доверие у клиентов, ей приходилось сначала привести в порядок саму себя. Раньше, когда они были в Шанду, её поддерживала Ли Фэнмэй, но по прибытии в столицу Лю Фэнь пришлось во всём полагаться на себя, что вынудило её стремительно расти за короткий срок.
Судя по внешности, Лю Фэнь выглядела как городская женщина, притом весьма модная.
Чжан Цуй занималась продажей закусок, и запах гари и приправ, пропитавший её тело, нельзя было смыть даже в бане. Из трёх невестк семьи Ся Чжан Цуй не нужно было пахать в поле, и изначально именно она жила лучше всех последние годы. А Лю Фэнь, эта дура, неспособная родить сына, теперь стала блестящей городской дамой, и от этого Чжан Цуй изнывала от досады.
Она вжала голову в плечи, не решаясь взглянуть на начальника участка Ма, и пробормотала:
— Правда! Бедный мой деверь, такой честный человек, а она побрезговала бедностью дома, подговорила свою родню избить моего деверя, прижала к земле и заставила подписать какое-то соглашение о разводе. Сразу после развода и сбежала. Дома её найти не могли, я побоялась подойти и окликнуть её — вдруг она снова тайком сбежит.
Начальник Ма по-прежнему хранил молчание.
Чжан Цуй стала чуть смелее:
— Товарищ, она одета так вызывающе, не натворила ли она каких бед на стороне?
Чжан Цуй едва ли не прямо намекала начальнику Ма: тот сейчас помогает Лю Фэнь, и, возможно, Лю Фэнь вовсе не ограничивается одним начальником Ма в качестве любовника. С момента развода Лю Фэнь и Ся Дацзюня не прошло и двух лет, как она перебралась из деревни в столицу и превратилась из сельской бабы в городскую даму? Чжан Цуй никогда не видела такой скорости успеха. Неужели Лю Фэнь, из которой и тремя палками слова не выбьешь, смогла так подняться?
Ся Сяолань полагается на семью Чжоу.
Ещё не вышла замуж в семью Чжоу, а уже притащила родную мать вместе объедать семью мужа?
Чжан Цуй считала, что Лю Фэнь определённо полагается на мужчин; только распутная женщина могла воспитать такую «драную туфлю», как Ся Сяолань. Раньше притворялась честной, а теперь истинная натура вылезла наружу!
Она говорила долго, но почему милиционер никак не реагировал? Чжан Цуй украдкой подняла голову и обнаружила, что начальник Ма пристально смотрит на неё — от этого взгляда Чжан Цуй вздрогнула!
— Ты всё сказала?
Начальник Ма внезапно усмехнулся, и улыбка эта была совсем не доброй, а выглядела ещё свирепее.
— В-всё сказала… Товарищ милиционер, я говорю чистую правду.
Начальник Ма внезапно помрачнел:
— В твоих словах наверняка есть доля правды, но по большей части — ложь! Выглядишь честной, а на деле, оказывается, интриганка. Те, кто скрытно следят за другими, преследуют неблаговидные цели. Для начала сама отчитайся: как зовут, где живёшь, кем работаешь!
А?
Неужели она ошиблась, и этот милиционер никак не связан с Лю Фэнь?
Или он так одурманен ею, что остался равнодушен к этим словам? Как мужчина может не беспокоиться о том, что его выставляют рогоносцем? Чжан Цуй была в полном недоумении. Её уловки на начальника Ма не подействовали, поэтому она не посмела больше юлить и честно рассказала о своём положении.
Простым людям всегда было свойственно бояться милиции.
Чжан Цуй назвала адрес арендованного жилья, сказала, что дочь — студентка, и что она хотела открыть закусочную на Сидане, поэтому и встретила Лю Фэнь. Также упомянула, что её будущие сваты — государственные кадры. При упоминании семьи Ван Чжан Цуй расправила плечи:
— Государственный кадр, какой-то начальник департамента!
Она выставила имя Ван Гуанпина, чтобы припугнуть его.
Начальник Ма, конечно, решил, что она бахвалится, но Чжан Цуй клялась и божилась, чётко назвав имя и место работы, что заставило начальника Ма немного заколебаться.
Он был всего лишь начальником участка на Сидане, и до высокопоставленных кадров вроде «начальника департамента» ему было далеко!
Однако, поразмыслив, он понял, что задержание Чжан Цуй полностью соответствует процедуре. Тайная слежка за людьми — даже родственникам руководителей не позволено заниматься подобным, верно? Начальник Ма вновь проявил твердость:
— Твои показания наш участок проверит, а до тех пор будешь честно сидеть в отделении!
Чжан Цуй вздрогнула:
— Товарищ милиционер, у кого вы собрались проверять?
Начальник Ма посмотрел на имена в блокноте:
— У твоего арендодателя, у дочери, а также у твоего свата, товарища Ван Гуанпина, верно? Если знаешь номер телефона, мы можем связаться и всё проверить прямо сейчас.
Откуда Чжан Цуй было знать телефон Ван Гуанпина.
Она только что прикрывалась чужим авторитетом. Ван Гуанпин уже не был начальником департамента в министерстве образования, его перевели на другую работу. Если участок начнёт расспросы, не лопнет ли её мыльный пузырь?
— Не нужно, не нужно беспокоить свата, достаточно найти мою дочь и зятя. Мой зять и дочь учатся в одном университете.
Начальник Ма тут же всё понял: у этой женщины ни слова правды, какие там «сваты-руководители», скорее всего, дочь в университете встречается с сыном какого-то чиновника, позиции сторон не равны, и Чжан Цуй не осмелится по-настоящему беспокоить семью парня.
Отфильтровав весь этот бред, начальник Ма смог извлечь немало полезной информации.
Во-первых, Лю Фэнь не вдова, а разведена.
Во-вторых, мать и дочь Лю Фэнь, как он и думал, приезжие, занимающиеся бизнесом в столице без какой-либо опоры. И вот, назойливые родственники бывшего мужа снова объявились на пороге!
Хоть та и говорила, что побоялась подойти к Лю Фэнь, начальник Ма, глядя на Чжан Цуй, считал, что она, скорее всего, метит на деньги.
Она уже разведала все маршруты Лю Фэнь на Сидане, проследила от магазина до банка. Даже если они и впрямь бывшие свояченицы, начальник Ма не стал бы полностью доверять Чжан Цуй. Множество преступлений совершается знакомыми: люди гибнут за металл, даже родные сёстры могут покушаться на богатство, что уж говорить о «бывшей свояченице»!
Начальник Ма задержал Чжан Цуй в участке, и та втайне сетовала на судьбу.
Ся Цзыюй велела ей тайком следить за Лю Фэнь, а её поймал на месте милиционер, который к тому же знаком с Лю Фэнь. Тогда Лю Фэнь и Ся Сяолань наверняка обо всём узнают.
Сейчас её семья — не ровня Ся Сяолань.
Эта маленькая «драная туфля» жестока и беспощадна, неизвестно, как она поступит с ними на этот раз.
……
Начальник Ма отправил людей в Пекинский педагогический институт, чтобы известить Ся Цзыюй.
— Чжан Цуй — ваша мать?
Ся Цзыюй кивнула. Милиционер был вежлив:
— В таком случае пройдёмте с нами. Чжан Цуй находится в отделении Сидань, нам нужно прояснить ситуацию.
Отделение?
Ся Цзыюй не могла вытащить человека из отделения. Она догадывалась, чем занималась Чжан Цуй в последние дни.
Милиционер пришёл в форме, и Ся Цзыюй было уже не до того, поймут ли её превратно в институте. Она попросила передать известие Ван Цзяньхуа.
— Обязательно попросите его прийти в отделение милиции Сидань, пожалуйста.
Как только Ся Цзыюй ушла с милицией, её соседки по комнате, которых она попросила о помощи, переглянулись.
Милиция на самом деле проявила деликатность: они не стали обращаться к руководству института, а пригласили Ся Цзыюй выйти прямо у общежития. Её соседки были в смятении и тревоге: что же случилось? Обычных студентов милиция беспокоить не станет.
Если хорошенько подумать, Ся Цзыюй в последнее время внезапно преобразилась: отбросила скромную старую одежду и стала модной с головы до ног.
— Неужели она совершила что-то противозаконное на стороне?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
