Проценты-то, может, и есть, да только Чжоу Чэну их еще нужно суметь получить!
Ся Сяолань приняла это за шутку. Сегодня был день рождения Чжоу Чэна, и она проговорила с ним на несколько минут дольше обычного, не желая вешать трубку.
Чжоу Чэн, напротив, проявил заботу и, сказав, что в последние дни она слишком вымоталась, работая над проектом, велел ей ложиться спать пораньше.
— Что это с ним сегодня?
Ся Сяолань слушала гудки в трубке; Чжоу Чэн впервые сам предложил закончить разговор.
Впрочем, у него могли быть свои дела, и Ся Сяолань не стала долго над этим ломать голову.
На следующее утро она, как обычно, отправилась в школу на занятия.
Было 18 апреля. Через два дня должны были объявить список номинантов.
— Ся, неужели ты совсем не нервничаешь? — Дейзи была рассеянна.
Ся Сяолань считала, что волноваться бесполезно.
— Решение о наградах примут профессиональные судьи. Я понимаю твои чувства, но нервы тут не помогут.
Посмотри на Нин Сюэ, разве она не спокойна, как всегда?
Нин Сюэ подала заявку на конкурс одна: и давление, и ожидания — всё это она несла на своих плечах в одиночку, ей не с кем было поделиться.
Порой Ся Сяолань очень хотелось спросить её: «Не холодно ли на вершине горы?»
Но, зная характер Нин Сюэ, та, скорее всего, ответила бы вопросом на вопрос: зачем, мол, оставаться у подножия горы в компании посредственностей?
Дейзи взглянула на Нин Сюэ. Та тихо сидела и читала книгу, полностью погруженная в свой собственный мир.
Ох…
На дворе уже середина апреля, а кажется, будто всё ещё снежная зима. Ся так образно выразилась: цветок, распустившийся на горной вершине наперекор метели.
На такое лучше любоваться издалека. Обычному человеку не стоит и пытаться подойти ближе — обморозится!
Нин Сюэ была невозмутима.
Джонатан тоже не выглядел напряженным.
Все словно относились к главному призу в пятьдесят тысяч долларов с полным буддийским спокойствием.
За исключением того времени, когда они разошлись для участия в конкурсе, Нин Сюэ по-прежнему оставалась членом учебной группы Джонатана.
Однако Ся Сяолань казалось, что атмосфера между Нин Сюэ и Хайди стала странной. Хайди была уже не так дружелюбна к ней, как раньше, — неужели она потихоньку выживала Нин Сюэ?
Нин Сюэ решила участвовать в конкурсе одна, чем Хайди недовольна?
Это же позволило Хайди объединиться с Джонатаном для участия в соревновании.
Эх, женщины… Вне зависимости от национальности, у каждой свои интриги.
Совсем недавно они были не разлей вода, а в мгновение ока стали чужими… Впрочем, Нин Сюэ привыкла быть одиночкой, и на ней это, похоже, никак не отражалось.
Да ладно, зачем ей лезть в дела Нин Сюэ, если ту саму это не волнует.
В полдень Ся Сяолань, как обычно, собиралась пойти в столовую вместе с Дейзи и остальными. Выйдя из кабинета с книгами в руках, она заметила в конце коридора чью-то фигуру. Человек стоял спиной к ней, и он показался ей до странности знакомым.
Какая-то белая студентка, кажется, пыталась заговорить с ним.
— Извини, у меня есть девушка. Я жду, когда у неё закончатся занятия.
Быть не может! Неужели и голос такой похожий?
Знакомый силуэт, тот же самый голос… Всё сходилось с её воспоминаниями. Шанс ошибиться был ничтожно мал!
— Ся, ты чего остановилась?
Ся Сяолань не могла отвести глаз.
— Дейзи, прости, тебе с Ричардом и остальными придётся идти в столовую самим…
Ся Сяолань направилась к нему словно во сне.
Дейзи, Ричард и Лайл даже не успели ничего понять.
Ся Сяолань подошла ближе и непринужденно взяла мужчину под руку, заявляя о своих правах перед той студенткой:
— Ты хочешь пригласить моего парня?
Девушка пожала плечами.
— У него и правда есть девушка? А я думала, он шутит!
Она просто хотела познакомиться с симпатичным азиатом и не ожидала, что он действительно ждет с занятий свою девушку — да еще и ту самую студентку по обмену с архитектурного факультета, которая в последнее время стала очень популярной.
Студентка беспечно удалилась, а человек, которого Ся Сяолань держала под руку, с абсолютно серьезным видом произнес:
— Я просто спросил дорогу. Она сама вызвалась меня проводить, а потом захотела пообедать вместе. Но ты же слышала, я ни на что не соглашался!
Ся Сяолань сжала его руку крепче. Вот ведь негодяй! Что это — сюрприз для нее?
Человек не может на крыльях прилететь из Китая в Америку. Только вчера они говорили по телефону, а сегодня он вдруг появляется в школе… Когда он звонил прошлым вечером, он, скорее всего, уже был в Штатах. Каким же скрытным оказался, умеет же он держать язык за зубами!
Ся Сяолань смотрела прямо перед собой. Она видела его шею — он как будто немного загорел.
Видела линию его челюсти.
Очертания остались такими же красивыми, но почему-то в них прибавилось решительности.
Она видела его губы… Если поднять взгляд еще выше, можно увидеть все лицо… Неужели это действительно Чжоу Чэн? А может, она в последнее время плохо спала и это всего лишь галлюцинация?
Чжоу Чэн видел, что она опустила голову, прячет взгляд, а сама так и норовит ткнуть его пальцем.
Он перехватил её шаловливую ручку.
— Сяо Лань, почему ты на меня не смотришь? Подними голову, взгляни на меня. Я же не изуродован, неужели я такой страшный?
Он приподнял её голову за подбородок, но Ся Сяолань почему-то зажмурилась. Чжоу Чэн невольно рассмеялся:
— Ну хорошо, раз ты не хочешь на меня смотреть, я сам заберу свои проценты!
Поцелуй сначала коснулся её лба.
От лба поцелуи спускались ниже, осыпая брови и глаза; его губы, словно кисть, обрисовывали черты лица Ся Сяолань.
И наконец он накрыл своими губами её алые губы.
Губы Ся Сяолань были прохладными, а губы Чжоу Чэна — горячими. Он передавал ей свое тепло, заставляя почувствовать всю глубину тоски и любви.
Глаза могут обмануть, могут показать видение.
Но разве этот поцелуй тоже мог быть ненастоящим?
Разве можно подделать это обжигающее, словно кипящая лава, чувство?
Ся Сяолань всё еще не открывала глаз.
Она обхватила Чжоу Чэна за шею, отвечая на поцелуй. В этот момент безграничного счастья несколько непослушных слезинок всё же скатились по её щекам.
Мерзавец! Чжоу Чэн, ты просто мерзавец!
Почему ты пропадал!
Почему не проводил меня, когда я уезжала!
Почему, когда она с трудом заставила себя успокоиться, перестать требовать чего-то от их отношений и просто плыть по течению, он вдруг устраивает такой сюрприз?
Ну нельзя же быть таким негодяем… Что ж, пусть она ведет себя капризно, жизнь редко дарит человека, с которым можно позволить себе подобное. Она молода, и сейчас самое время отдаться чувствам сполна: захочется смеяться — будет смеяться, захочется плакать — будет плакать!
Пока они любят друг друга, нужно любить еще сильнее.
…
— Ох… о боже…
Дейзи хотела закричать, но Ричард зажал ей рот и уволок прочь.
Любой здравомыслящий человек понимал, что сейчас не время мешать.
Подумаешь, влюбленные целуются! В университетском городке или на парковых скамейках такое видишь на каждом шагу. Было бы странно, если бы любящие друг друга мужчина и женщина не целовались.
Но то, с какой страстью целовались Ся Сяолань и Чжоу Чэн, было настоящим ударом по сердцам одиночек.
Только когда они отступили на приличное расстояние, Ричард отпустил Дейзи.
Дейзи жадно хватала ртом воздух.
— Это же прямо как в кино! Ричард, они что, фильм снимают? Но это же не киноакадемия… Боже, этот мужчина наверняка парень Ся. Неудивительно, что она отказала Дэниэлу!
Ей хватило лишь мимолетного взгляда на его профиль, чтобы почувствовать, как сердце замирает!
Какой сексуальный мужчина!
От него просто веет мужественностью!
Если бы этот китаец посмотрел на Дейзи таким же взглядом, она бы точно упала в обморок.
Дэниэл? Нет!
По сравнению с ним Дэниэл был просто симпатичным мальчишкой.
А это — настоящий мужчина, сошедший с Олимпа Аполлон!
Ричард и Лайл переглянулись. Похоже, Дейзи не выдержала стресса и от внезапного потрясения малость тронулась умом. Ладно, они и сами признавали, что парень Ся очень красив, но они были мужчинами и не могли позволить себе столь бурных восторгов.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
