— И что потом?
Ся Сяолань заметила, что у Гэ Цзяня определенно есть талант рассказчика.
— В конверте, скорее всего, были деньги, но Ся Хунся, похоже, не посмела их взять. Она бросилась вслед за тем человеком и всунула конверт ему обратно.
Хм? Отказалась от денег!
Очевидно, те люди, что искали семью Ся Хунся, выдвинули какие-то требования, на которые те не решились согласиться.
Кто бы мог подумать, что Ся Хунся теперь стала сообразительнее: не хватает любые деньги и умеет оценивать ситуацию?
Все-таки «школа жизни» закаляет людей. В памяти Ся Сяолань Ся Хунся осталась дурочкой, которую любой мог подговорить и использовать как пешку, но, повидав мир, она, оказывается, заметно выросла.
Еще два-три года назад Ся Хунся не стала бы взвешивать все «за» и «против». Ленивая и жадная до красивой жизни, она бы точно не упустила случая загрести даровые деньги.
Ся Сяолань задумалась:
— Можно ли узнать, чего они хотели от семьи Ся Хунся?
Гэ Цзянь покачал головой:
— Выглядело подозрительно, но выяснить пока ничего не удалось. Я не смел спугнуть их раньше времени.
Гэ Цзянь хотел узнать, кто послал того человека. Личность заказчика еще не установлена, и если сейчас схватить курьера, ниточка оборвется.
Ся Сяолань тоже считала, что он поступил правильно. Раз Ся Хунся не взяла деньги, сделка не состоялась. Посланцу придется объясняться перед своим нанимателем за проваленное поручение.
— Приглядывай за ними хорошенько, мне тоже любопытно.
Было бы еще лучше узнать, зачем именно им понадобилась Ся Хунся.
То, что Гэ Цзянь следил за перемещениями семьи Ся Хунся, уже было хорошо, но он не мог знать, о чем они шепчутся за закрытыми дверями. В конце концов, она не такая важная фигура, чтобы устанавливать в ее доме прослушку.
Это было бы все равно что палить из пушки по воробьям.
Ся Сяолань всегда предпочитала действовать прямо и решительно: вместо того чтобы гадать, проще спросить саму Ся Хунся.
Ся Хунбина и Ван Цзиньгуй она сразу исключила. Даже приехав на заработки в Пэнчэн, они в силу возраста закостенели в своих взглядах и вряд ли соображали так же ясно, как их дочь.
А вот с Ся Хунся стоило встретиться.
Пошли она кого-то другого, Ся Хунся могла и промолчать. Раз уж она даже от денег отказалась, значит, ее не так-то просто пронять.
Ся Сяолань решила встретиться с ней лично.
Подходящий случай найти было нетрудно. Ся Хунся торговала обедами в коробочках, и среди ее покупателей были мелкие лавочники, грузчики и множество строителей.
Ее точка не была постоянной: она могла перемещаться по всему Пэнчэну. С таким передвижным прилавком ей приходилось играть в кошки-мышки с торгово-промышленным управлением и службами по надзору за городским обликом и санитарией.
Крупные стройплощадки, рынок товаров широкого потребления у Народного моста и различные фермерские рынки — вот где обычно кочевал лоток Ся Хунся.
Верно, Ся Хунся часто заглядывала с обедами и на рынок у Народного моста.
Вот только Ся Сяолань целый год училась за границей и теперь почти не занималась делами магазина стройматериалов, а дядя Лю Юн был слишком занят, так что они ни разу не пересекались там с Ся Хунся.
Ся Сяолань хотела увидеться с ней, но, боясь спугнуть раньше времени, выбрала местом встречи рынок.
Сегодня Ся Хунся распродала уже большую часть заготовленной еды, когда из магазина стройматериалов «Аньцзя» к ней подошел продавец:
— Обеды еще остались? Принеси нам несколько порций в магазин!
— Есть, конечно! Можете сами выбрать блюда.
Продавец разом купил больше десятка порций. Ся Хунся так и просияла. Когда тот посетовал, что нести неудобно, она, разумеется, вызвалась помочь с доставкой.
Сначала она хотела отправить свою мать, Ван Цзиньгуй, но та, поработав немного, решила отлынивать и упрямо не желала двигаться с места.
Продавец торопил, и Ся Хунся, не желая устраивать скандал с матерью посреди улицы, пришлось с вежливой улыбкой подхватить пакеты и пойти за ним.
Вот почему те, у кого была приличная работа, презирали частников. Разве можно торговать с лотка и не заискивать перед покупателями? Поначалу Ся Хунся этого не понимала, но за время торговли волей-неволей научилась.
Продавец привел ее в магазин и указал на лестницу:
— Большую часть оставь здесь, а две коробки отнеси наверх.
— Ой, конечно, сию минуту!
Хотя в магазине торговали стройматериалами, внутри не было ни пылинки. Напольная плитка блестела так, что в нее можно было смотреться как в зеркало. Ся Хунся невольно оробела.
Она поднялась с обедами на второй этаж и увидела толпу продавцов, которые окружили кого-то и внимательно слушали.
Этим человеком… оказалась Ся Сяолань.
Ся Хунся хотела развернуться и бежать, но ноги словно приклеились к полу.
Она струсила!
Стоило ей вспомнить их встречу в полицейском участке, как у нее подгибались колени.
Ся Сяолань подняла на нее взгляд, и Ся Хунся окончательно замерла, будто ее парализовало.
— Хорошо, на сегодня все, идите обедать. Если будет возможность, продолжим в следующий раз.
Ся Сяолань хлопнула в ладоши. Продавцам очень не хотелось уходить — ведь нечасто выпадает шанс послушать лекцию от самой госпожи Ся.
Впрочем, те, кто работал в продажах, были людьми сметливыми. Раз Ся Сяолань велела им уйти, разве посмеют они остаться?
Ся Хунся тоже рванула было к выходу, но Ся Сяолань ее не отпустила.
Напротив, Ся Сяолань присела и произнесла:
— Давно не виделись. Присаживайся и ты.
Ся Хунся вся задрожала. Ся Сяолань увидела, что та торгует обедами, и нарочно велела заказать их, чтобы унизить и высмеять ее?!
Ей хотелось швырнуть эти коробки Ся Сяолань прямо в лицо.
Но она осмелилась только подумать об этом. Поколебавшись, она все же села.
Она примостилась на самом краю стула, готовая в любой момент сорваться с места.
Ся Сяолань достала порцию и действительно принялась за еду.
Еда из уличного лотка: рис грубый, овощи нарезаны небрежно, никакого изысканного вкуса или аромата — много соли и жира, как раз то, что нравится работягам.
Ну и порции, разумеется, были внушительными.
Ся Сяолань ела, мысленно оценивая качество.
Ся Хунся остолбенела. Она и представить не могла, что Ся Сяолань на самом деле станет есть этот дешевый обед.
Это что, черт возьми, действительно Ся Сяолань?
Насколько же Ся Сяолань теперь богата? Даже сотрудники этого магазина слушаются ее — небось, она и есть владелица. Такой огромный магазин… Будь Ся Хунся так же богата, она бы и не взглянула на уличную еду, а каждый день пировала бы, заказывая самые изысканные деликатесы.
— Ты…
Ся Хунся не выдержала, желая спросить, что Ся Сяолань задумала.
Но та лишь пододвинула к ней вторую коробку:
— Ты не ешь? Вижу, тебе еще не довелось пообедать. Я уже заплатила за это, так что угощайся.
Любой другой на ее месте не смог бы проглотить ни кусочка.
Но ведь это была Ся Хунся, которая раньше вечно пререкалась с Ся Сяолань.
А ведь верно: Ся Сяолань заплатила, с чего бы ей отказываться?
Съесть побольше — значит хоть в чем-то нажиться за счет Ся Сяолань!
Ся Хунся принялась яростно запихивать еду в рот. Даже если Ся Сяолань решит ее прикончить, она хотя бы умрет сытой!
Ся Сяолань едва не рассмеялась.
— Смотри не подавись. Не бойся, я позвала тебя не для того, чтобы унизить, и не собираюсь чинить тебе препятствия. Ся Хунся, подумай хорошенько, у нас ведь нет с тобой какой-то смертельной вражды, верно?
Не Ся Хунся пыталась увести у нее жениха. Не она мешала ей сдавать экзамены. И уж точно не она довела «прежнюю» Ся Сяолань до смерти.
Среди двоюродных сестер бывают те, кто души друг в друге не чает, а бывают и те, кто на дух друг друга не переносит. Ся Хунся и прежняя Ся Сяолань относились ко вторым.
Позлорадствовать, сказать колкость или позволить использовать себя как пешку — вот и все, на что была способна Ся Хунся.
Что же касается чего-то более серьезного — как бы сильно Ся Хунся ни завидовала, ей просто не хватало ума строить против Ся Сяолань настоящие козни.
Прошлые обиды не тянули на серьезную вражду. Даже от прежней Ся Сяолань она не получила особой выгоды.
Что уж говорить о нынешней «госпоже Ся»: стоило этой девице что-то затеять, как она тут же вляпывалась в неприятности.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
