Чжэньнань-ван холодно усмехнулся и произнес.
— Разрыв между домом Динго-вана и Великим Чу был лишь вопросом времени, так что это не стало неожиданностью. Вот только я не думал… что Дин-ванфэй сумеет вернуться живой.
Но, еще больше его поражало то, что после падения с такой огромной высоты не только сама Дин-ванфэй уцелела, но даже ребенок в ее чреве не пострадал. Удача Мо Сюяо и впрямь настолько хороша, что вызывает лишь ненависть. При мысли об этом лицо Чжэньнань-вана стало еще мрачнее. он не просто проиграл женщине, но женщине, которая была беременна!
— Е Ли! — Чжэньнань-ван процедил ее имя сквозь зубы.
Лэй Тэнфэн бросил взгляд на охваченного мрачной злобой отца, однако сам не чувствовал подобного гнева. Вспоминая ту изящную женщину в зеленом платье, что казалась столь кроткой, но раз за разом совершала потрясающие поступки, Лэй Тэнфэн не мог отрицать, когда пришло известие о смерти Дин-ванфэй, в его сердце шевельнулось легкое сожаление. Он не ожидал, что Дин-ванфэй вернется после пережитого бедствия и в добром здравии родит шицзы Дин-вана. В душе Лэй Тэнфэна промелькнула мимолетная зависть, но он быстро прогнал эту мысль.
— Фу-ван, мы поедем на празднование первого месяца Шицзы Дин-вана или нет?
Хотя Жуян находился не так далеко от границы Великого Чу и Силина, путь до столицы Силина был неблизким. Эту пригласительную карточку, вероятно, отправили с гонцом сразу после рождения шицзы, в ней даже не было указано имя малютки. Но, даже при таком раскладе, если они собирались успеть на пиршество, им следовало отправляться немедленно, иначе был риск опоздать.
— Поедем! Разумеется, поедем! — холодно усмехнулся Чжэньнань-ван. — Ты полагаешь, Мо Сюяо затеял все это только ради праздника в честь сына? Боюсь, в этот раз в городе Жуян будет необычайно оживленно.
Лэй Тэнфэн на мгновение задумался и, сразу все поняв, спросил.
— Фу-ван имеет в виду Нефритовую печать государства и сокровища Гаозу прежней династии?
Чжэньнань-ван кивнул.
— Именно так. Чем позволять людям тайно рыскать по Северо-Западу, ему выгоднее самому открыть двери и великодушно пригласить их к себе. По крайней мере, так все они будут под его присмотром. Мо Сюяо неплохо это придумал…
Лэй Тэнфэн нахмурился.
— Как считает фу-ван, действительно ли Нефритовая печать государства находится в руках Мо Сюяо? Согласно полученным нами сведениям… люди из дома Дин-вана втайне ищут некоего Линь Юаня, и это связано с печатью.
— Линь Юань? Линь… — Чжэньнань-ван задумался.
Лэй Тэнфэн продолжил.
— Линь, это фамилия императорского рода прежней династии. Этот Линь Юань также известен под именем Тань Цзичжи. Говорят, раньше на Северо-западе он пытался похитить Дин-ванфэй, чтобы шантажировать Дин-вана, но по какой-то причине сведения просочились, и Дин-ван его схватил. Позже Мо Сюяо отпустил его, и тот исчез, а вскоре после этого пошли слухи, что Нефритовая печать государства находится в особняке Дин-вана. Не только дом Дин-вана, но и Мо Цзинци ищет его.
Чжэньнань-ван долго размышлял, после чего произнес.
— Тань Цзичжи… я припоминаю это имя. Су Цзуйдие когда-то говорила, что он, осиротевший потомок императорского дома прежней династии.
— Потомок императорского дома прежней династии? — Лэй Тэнфэн пренебрежительно скривил губы.
Прежняя династия пала больше ста лет назад, кому теперь есть дело до каких-то потомков? Если считать подобным образом, то в мире найдется несчетное количество сирот разных эпох. При каждой смене власти кто-то из императорских отпрысков неизменно терялся среди простого люда, но кому из них действительно удавалось возродить государство? Легенда о том, как кто-то «лежал на хворосте и пробовал желчь1», передается в веках именно потому, что это, исключительный случай.
— Фу-ван давно знал о происхождении этого Тань Цзичжи?
Чжэньнань-ван, очевидно, тоже не принимал Тань Цзичжи всерьез. Он спокойно улыбнулся.
— Совершенно неважно, является ли он наследником прежней династии или мятежным подданным. Пока он помогает Мо Цзинци противостоять роду Динго-вана, он не враг для нас. Раз так, Бэньван, разумеется, сохранит его тайну. Жаль только… эту женщину, Су Цзуйдие! Если она смогла поведать о его происхождении Бэньвану, то разве не рассказала бы она об этом кому-то еще?
Лэй Тэнфэн нахмурился.
— Тогда в чьих же руках, по мнению фу-вана, находится Нефритовая печать государства?
Чжэньнань-ван немного помолчал и ответил.
— Зная характер людей из дома Динго-вана, можно сказать, что Нефритовая печать государства не представляет для них большой важности. Мо Сюяо еще более горд, чем Мо Люфан в былые годы, он ни за что не опустится до того, чтобы использовать печать для укрепления славы армии Мо.
— Фу-ван хочет сказать… — начал Лэй Тэнфэн.
Чжэньнань-ван махнул рукой.
— Нет. Нефритовая печать государства вовсе не обязательно находится у Мо Сюяо, но и не факт, что она действительно у Тань Цзичжи. Поэтому в эту поездку… на Северо-запад нам в любом случае необходимо отправиться.
Как минимум нельзя было допустить, чтобы печать попала в чужие руки.
— Сын понял, — кивнул Лэй Тэнфэн. — Фу-ван намерен лично отправиться в Жуян?
Чжэньнань-ван подтвердил.
— Ты поедешь вместе с Бэньваном. В последнее время в Силине нет никаких важных дел.
— Сын повинуется.
В императорском кабинете Дворца Чу атмосфера была еще более гнетущей. Мо Цзинци почернел от ярости. Он отшвырнул пригласительную карточку далеко в сторону.
— Мо Юйчэнь! Хорош, Мо Юйчэнь!.. Мо Сюяо, ты очень хорош…
Мо Цзинли, который также получил приглашение и прибыл во дворец, вошел в кабинет как раз в тот момент, когда приглашение с печатью рода Дин-вана полетело ему навстречу. Перехватив его рукой, Мо Цзинли с улыбкой произнес.
— Хуансюн, кто же так разгневал вас?
При виде брата от той же матери лицо Мо Цзинци стало еще мрачнее. Он холодно спросил.
— Зачем ты явился во дворец?
Мо Цзинли с улыбкой достал другое приглашение.
— Пришел поприветствовать Тайхоу, а еще… судя по всему, Хуансюн тоже получил приглашение от Дин-вана. Каковы ваши намерения?
Он небрежно раскрыл карточку. На ней размашистым почерком, напоминающим летящих драконов и танцующих фениксов, было написано имя шицзы рода Дин-вана — Мо Юйчэнь. Юйчэнь… прекрасное имя. Мо Сюяо, ты все-таки не выдержал?
Мо Цзинци холодно взирал на младшего брата. После возвращения с юга тот явно стал умнее, и совладать с ним стало труднее. Если он не прозрел внезапно сам, значит, за его спиной стоит мудрый наставник.
— А, каковы твои намерения? Раз Мо Сюяо прислал приглашение и тебе, собираешься ли ты ехать?
Мо Цзинли усмехнулся.
— Дин-ван лично прислал письмо, как же Вэйчэнь смеет не поехать? Какой подарок Хуансюн намерен преподнести Шицзы Дин-вана?
Мо Цзинци холодно фыркнул, и на его губах внезапно заиграла злая улыбка.
— Тебе и впрямь стоит поехать. В конце концов, та Е Ли тебе не чужой человек. Она ведь еще и родная старшая сестра Ли-ванфэй.
При упоминании об этом лицо Мо Цзинли тоже исказилось. Стоило ему вспомнить о своей Ли-ванфэй Е Ин, которая только и умела, что плакать, капризничать да жаловаться, а затем подумать о Е Ли, способной вести за собой войска, выступать в зале суда и имеющей за спиной поддержку семьи Сюй, как Мо Цзинли начинал мучиться от горечи. Каждый раз, когда он вспоминал, что Е Ли когда-то была его невестой, он не мог сдержать приступа досады. Что было бы, если бы он тогда женился на Е Ли? Обладая талантом, позволившим ей победить Чжэньнань-вана Силина, она, возможно, помогла бы ему не просто противостоять хуансюну, а прямо захватить столицу Чу. А еще, этот Сюй Цинчэнь, который доставил ему столько хлопот на юге… Если бы его Ванфэй была Е Ли, Сюй Цинчэнь не только не чинил бы ему препятствий, но и стал бы его помощником. Возможно, он даже помог бы ему захватить Наньчжао, а не довел бы до того, что теперь Наньчжао диктует свои условия на каждом шагу!
Увидев, как помрачнел Мо Цзинли, Мо Цзинци почувствовал, что его настроение заметно улучшилось. Он вскинул брови.
— Раз уж ты едешь, почему бы тебе не взять с собой Ли-ванфэй? Пусть повидается с Е Ли и вспомнит старое.
Мо Цзинли стиснул зубы и сухо ответил.
— Благодарю Хуансюна за совет. В таком случае Вэйчэнь пойдет готовиться. Времени осталось немного, завтра на рассвете я отправлюсь на Северо-запад.
Мо Цзинци кивнул.
— Ступай.
Как только Мо Цзинли вышел, улыбка мгновенно исчезла с лица Мо Цзинци. Неужели Мо Цзинли думает, будто он не знает, зачем тот рвется на Северо-запад? Поздравить сына Мо Сюяо с первым месяцем? Хм! Мо Цзинли желает смерти этому ребенку даже больше, чем сам император. Ведь матерью этого дитя является его бывшая невеста. Само существование Е Ли словно кричит всему миру о том, насколько Ли-ван был слеп, когда отказался от нее. Хочешь найти на Северо-западе Нефритовую печать государства? Мо Цзинли, твой аппетит не слишком ли велик?
— Император?
— Есть новости о местонахождении Тань Цзичжи? — ледяным тоном спросил Мо Цзинци у стоящего перед ним на коленях мужчины в сером одеянии.
— Император, простите, о Тань Цзичжи пока ничего не известно.
Раздался глухой удар. Мо Цзинци схватил со стола тушечницу и швырнул ее прямо в него. Мужчина в сером, разумеется, не посмел уклониться. Тяжелый камень ударил его в плечо и упал на пол. Мужчина издал приглушенный стон.
— Император, простите!
— Кучка бесполезного хлама! Ищите снова! Даже если придется разрыть землю на три чи, вы должны найти Тань Цзичжи для меня!
— Слушаюсь.
_______________________________
- Лежать на хворосте и пробовать на вкус желчь (卧薪尝胆, wòxīn-chángdǎn) — идиома, означающая упорную подготовку к мести или достижению цели через самоистязание и лишения. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
