Линь Ваньсин узнала настоящее имя одноклассника с короткой стрижкой и спросила:
— Ты не знаешь, из какого класса Чэнь Цзянхэ?
— Учитель, Чэнь Цзянхэ — это отброс из первого класса, — со смехом сказал Цинь Ао, но затем словно что-то вспомнил и нахмурился. — Он приходил к тебе одолжить мяч? — спросил Цинь Ао.
На губах Цинь Ао всё ещё играла улыбка, но из-за шрама в уголке глаза его взгляд стал холодным и свирепым, а во всём его облике появилось какое-то странное несоответствие.
— Да, — ответила Линь Ваньсин.
— Учитель, у этого Чэнь Цзянхэ проблемы с головой, в следующий раз ничего ему не давай.
— В каком смысле проблемы? Расскажи подробнее, — Линь Ваньсин достала из рюкзака коробочку «Pocky», открыла её и протянула одну палочку юноше.
Цинь Ао замер и, глядя на протянутую шоколадную палочку, произнёс:
— Учитель, в классе нельзя есть снеки.
— Ой… извини, — Линь Ваньсин поспешно дожевала палочку.
— Ты правда учитель?
— Ты ведь хорошо знаком с Чэнь Цзянхэ, — Линь Ваньсин отряхнула ладони. — Твой тон, когда ты задаёшь этот вопрос, очень похож на его.
Как и следовало ожидать, Цинь Ао с крайне недовольным видом изобразил «кто это на него похож?», всем своим существом выказывая упрямую горделивость.
— Раз уж вы так хорошо знакомы, может, поможешь мне узнать, где он сейчас? — снова спросила Линь Ваньсин.
——
Чтобы выяснить точное местонахождение Чэнь Цзянхэ, пришлось приложить усилия.
По словам учеников 1-го класса 3-го года старшей школы, Чэнь Цзянхэ не пришёл на занятия во второй половине дня. Он слыл в классе известным задирой, и отношения с окружающими у него были скверными. В конце концов за дело взялась первая красавица класса; она несколько раз позвонила Чэнь Цзянхэ и только тогда выведала, где он находится.
Линь Ваньсин вышла через задние ворота 8-й средней школы и через пять минут ходьбы на север увидела старый спортивный комплекс.
Вся архитектура была выдержана в стиле восьмидесятых-девяностых годов, и серо-белые бетонные стены, казалось, вмиг перенесли время на несколько десятилетий назад.
Открытый бассейн был затянут чёрным пылезащитным чехлом; обойдя его, она увидела пустое футбольное поле.
Закат был ослепительно ярок, бетонные трибуны по обе стороны поля были рассечены косыми лучами солнца — одна сторона пылала оранжево-красным, другая тонула в тёмно-серых сумерках.
На поле находилось несколько молодых людей и мужчина средних лет.
Линь Ваньсин, стоя в тени, быстро узнала среди них Чэнь Цзянхэ.
Подросток с волнением смотрел на стоящего перед ним мужчину. До Линь Ваньсин доносились лишь обрывки фраз вроде «у тебя большой потенциал» и «верь мне».
Она обошла Чэнь Цзянхэ со спины и поднялась на трибуны, и только тогда заметила, что там сидит ещё один человек.
Ряды трибун стального цвета возвышались друг над другом. Цин Нянь был высоким и длинноногим, его чёрная бейсболка была натянута так низко, что с того места, где стояла Линь Ваньсин, его лица почти не было видно.
Свет был мутным, словно в тумане, но белые линии разметки на трибунах ярко сияли.
Она поднялась на трибуну и села рядом с ним.
Поначалу никто из них не проронил ни слова.
С того места, где они сидели, она не могла разобрать, о чём именно говорят люди внизу.
Ей лишь казалось, что это долгий и непростой разговор.
Мужчина подбадривал Чэнь Цзянхэ, затем молодёжь на поле разделилась на две группы и начала простую двустороннюю тренировку; судя по всему, заканчивать они не собирались.
Она снова вытащила из сумки недоеденную пачку «Pocky» и с хрустом съела пару палочек.
— Это тренер? — повернувшись, спросила она соседа.
Закат угас ещё сильнее, на самом верху трибун зажглись два фонаря, но сломанных было гораздо больше.
Цин Нянь повернул голову, слегка приподняв взгляд.
Глаза у него были очень светлыми, губы — тонкими, а куртка небрежно наброшена на колени; во всём его облике сквозила отрешённость.
Придерживая упаковку, Линь Ваньсин вытолкнула одну палочку и протянула ему.
Цин Нянь продолжал смотреть на неё, не совершая никаких действий.
— Будешь? Не стейся, — добавила Линь Ваньсин, решив, что он робеет.
Услышав это, Цин Нянь наконец поднял руку.
Рукава его рубашки были закатаны, обнажая крепкое запястье. В последних отсветах заката он протянул тонкие пальцы с чётко очерченными суставами…
А затем…
…забрал всю пачку целиком.
На несколько секунд Линь Ваньсин опешила.
Лишь когда раздался негромкий хруст печенья, она пришла в себя.
Она посмотрела на свою пустую ладонь, а затем с недоумением уставилась на упаковку «Pocky» в руках Цин Няня.
— Я…
Цин Нянь бросил на неё равнодушный взгляд.
Линь Ваньсин на мгновение задумалась и жалобно проговорила:
— Я вообще-то проголодалась, верни, пожалуйста.
— «Не стесняйся»?
— Я имела в виду, возьми одну, — подчеркнула она. — Одну.
Цин Нянь и не подумал возвращать пачку. Он вытащил ещё одну палочку, слегка зажал её в зубах и лениво спросил:
— Ты хочешь знать?
— А? Знать что? Твой номер телефона? Сейчас молодые люди просто добавляют друг друга в WeChat.
— Хочешь знать, что они там делают? — Он сделал паузу и откусил кусочек шоколада. — Хотя если бы я был на твоём месте, я бы просто спустился вниз.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
