— Тайцзы отправился в дом Бу? — едва Сяо Хуаян ушел, Сяо Чанминь получил известие. Он спросил подчиненного, пришедшего с докладом: — Кого он взял с собой?
— Отвечаю Дянься, он взял лишь одного евнуха и одного охранника, — почтительно доложил подчиненный.
Сяо Чанминь задумался и после недолгого молчания приказал:
— Пойди и пригласи генерала Ю Сяна.
Пинъяо-хоу больше не было, но Ю Сян по-прежнему оставался великим генералом столичного региона.
Подчиненный уже собирался уходить, когда Сяо Чанминь окликнул его:
— Подожди, пусть генерал Ю Сян приведет с собой вторую нянцзы Ю.
В прошлый раз, когда была совершена жертва ладьи ради защиты короля1 и своевременный выход из игры, именно Ю Саньнин дала совет Ю Сяну, а тот убедил Сяо Чанминя. Однако Ю Сян не стал присваивать заслугу себе; он надеялся, что в будущем Сяо Чанминь будет ценить его дочь, поэтому рассказал ему обо всем, как было.
В итоге им удалось избежать бури, и почти все произошло так, как предсказывала Ю Саньнин. Сяо Чанминь действительно проникся к ней глубоким уважением. Мужчины из семьи Сяо не отличались высокомерием и не смотрели на женщин свысока — если не вспоминать выдающихся героинь прошлого, то разве в Дунгуне не появилась недавно подобная?
Поэтому он был готов видеть в Ю Саньнин своего советника. До их великой свадьбы оставалось совсем немного времени, и раз уж Ю Саньнин обладала такими талантами, почему бы ему не дать ей больше возможностей?
Чжао-ванфу в резиденции шестнадцатого принца была украшена красным шелком, знаменуя приближение большого торжества. Ю Саньнин и Сяо Чанминь были женихом и невестой, до свадьбы оставалось меньше месяца, поэтому Ю Сян велел Ю Саньнин переодеться слугой, чтобы она могла прийти в особняк вместе с ним.
— Дянься, — отец и дочь поприветствовали принца.
Сяо Чанминь поспешно поддержал их:
— Генерал, не нужно лишних церемоний, скоро мы станем одной семьей.
Сказав это, он подал знак доверенному лицу, чтобы тот увел лишних людей. Дверь закрылась, и в комнате они остались втроем.
Лицо Ю Сяна стало серьезным:
— Дянься, если есть важное дело, только прикажите.
Сяо Чанминь мягко улыбнулся:
— Генерал, вы слишком тревожитесь. У меня нет дел, которыми стоило бы обременять вас. Просто есть нечто, что я хотел бы обсудить. В будущем мы с вами и второй нянцзы Ю будем связаны общими интересами, поэтому я и пригласил вас. Прошу, присаживайтесь.
С этими словами Сяо Чанминь пригласил их к круглому деревянному столу, на котором уже были расставлены чай, сухофрукты и пирожные. Сяо Чанминь собирался сам налить чай, но Ю Саньнин опередила его:
— Если судить по статусу и возрасту, это должна сделать я.
Сяо Чанминь не стал спорить, лишь слегка улыбнулся ей, а затем вежливо посмотрел на Ю Сяна:
— Генерал, я получил известие, что Бу Шыцзы на самом деле — девушка.
Ю Сян замер от потрясения, и даже рука Ю Саньнин дрогнула. К счастью, ее самообладание было превосходным, она не позволила чаю выплеснуться и, быстро собравшись с мыслями, подала первую чашку Сяо Чанминю.
Заметив, как быстро она успокоилась, Сяо Чанминь бросил на нее одобряющий взгляд и обеими руками принял чашу.
— Дянься, это дело чрезвычайной важности. Надежен ли источник? — Ю Сян тоже быстро пришел в себя и спросил с суровым лицом.
— Источник надежен, этот человек ни за что не станет обманывать меня. Однако… он уверен в том, что Бу Шыцзы — девушка, лишь на семьдесят-восемьдесят процентов, полной уверенности нет, — Сяо Чанминь, конечно, не собирался рассказывать Ю Сяну о своем цветочном доме. — В последние дни я втайне посылал людей разузнать о Бу Шыцзы, но пока ничего не добился.
— Если Бу Шыцзы действительно девушка, то как она могла скрывать это столько лет под самым носом у Бися? — Ю Сян все еще не до конца верил.
Если бы это оказалось правдой и Бися узнал об этом, не упал бы он в обморок от гнева?
Более того, даже они никогда не сомневались в личности Бу Шулинь. Бу Шулинь целыми днями якшалась с баловнями судьбы: то устраивала бои петухов, то ловила птиц, то ночевала в цветочных домах, попивая вино. В то, что она — девушка, было действительно трудно поверить.
— Генерал, Бися изначально собирался выдать четвертую принцессу замуж за Бу Шыцзы, но кто знал, что Бу Шыцзы прицепится к Цуй Шаоцину. Слухи об этом разлетелись повсюду, четвертая принцесса не захотела такого брака, и дело замяли, — сказал Сяо Чанминь. — Бу Шыцзы — единственный наследник в Шунань-ванфу. Она сама не спешит со свадьбой, но и Шунань-ван проявляет поразительное равнодушие, что крайне необычно.
Даже если Бу Шулинь оставалась в столице и не хотела обзаводиться семьей, чтобы не давать Бися лишних рычагов давления, любой по-настоящему гибкий и умный муж не побоялся бы уступить воле Бися и заключить брак. Если только сердце не было занято кем-то другим, такое упорное нежелание жениться выглядело крайне подозрительно.
— Раз так, почему бы Дянься не попросить Бися устроить для Бу Шыцзы еще один брак? — внезапно заговорила Ю Саньнин.
Сяо Чанминь и Ю Сян посмотрели на нее.
Ю Саньнин нисколько не смутилась и спокойно спросила:
— Почему Дянься так важно, является ли Бу Шыцзы девушкой?
Сяо Чанминь не ожидал такого вопроса. Если подумать, простое разоблачение того, что Бу Шулинь — женщина, не принесет великих заслуг или большой выгоды.
Помолчав, Сяо Чанминь ответил:
— Я подозреваю, что Цуй Шаоцин давно знает об этом. Бу Шыцзы всегда была близка с тайцзыфэй, и тайцзыфэй вряд ли не в курсе. Если правильно разыграть эту карту…
Последующие слова были излишни. И семья Цуй, и Дунгун оказались бы под ударом.
Услышав, что дело касается Шэнь Сихэ, Ю Саньнин вздрогнула, подавляя в себе необъяснимый страх:
— Дянься, вне зависимости от того, девушка ли Бу Шыцзы на самом деле, и знают ли об этом тайцзыфэй и Цуй Шаоцин, Дянься не стоит брать это на себя.
С точки зрения Ю Саньнин, это было неблагодарное дело. Даже если правда выплывет наружу, это лишь поможет Бися избавиться от семьи Бу. Втянуть в это тайцзыфэй или семью Цуй, которая сейчас возглавляет аристократию, будет непросто, но при этом можно в один миг нажить врагов в лице рода Шэнь и рода Цуй.
— Вторая нянцзы Ю забыла, что среди принцев я — старший, — напомнил Сяо Чанминь.
Ю Саньнин давно знала, что Сяо Чанминь не желает оставаться в тени, но не ожидала, что он скажет ей об этом так прямо. Он хотел воспользоваться этим шансом, чтобы свалить Дунгун, а затем, имея за плечами такие заслуги, самому занять место наследника.
Ю Сян тоже не ожидал от Сяо Чанминя такой дерзости. Он ведь был человеком Бися — неужели Сяо Чанминь не боялся, что генерал доложит императору?
В комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь тонким ароматом чая. Спустя мгновение Ю Саньнин опустила глаза:
— Дянься, прошу простить мою прямоту, но сейчас — не лучший момент для действий.
Взгляд Сяо Чанминя стал глубже. Ю Сян уставился на дочь: как можно говорить такие слова столь открыто?
Ю Саньнин долго думала и все же не отступила. Она прекрасно понимала, что в сердце Сяо Чанминя живет как покойная Синь-ванфэй, так и та женщина, которую он глубоко скрывает. Она никогда не помышляла о том, чтобы искать с Сяо Чанминем призрачной любви. Раз так, она станет для Сяо Чанминя незаменимым человеком иным способом.
— Оставим вопрос о том, увенчается ли ваш замысел успехом, и не будем упоминать о прозорливости тайцзыфэй. Скажите лишь одно: если все пойдет по вашему желанию, сможет ли Дянься прочно удержаться в Дунгуне? — Ю Саньнин глубоко вдохнула и дерзко спросила, прощупывая границы дозволенного.
— Наглость! — выкрикнул Ю Сян. — Ты…
Но Сяо Чанминь движением руки прервал его:
— Ты продолжай.
***
- жертва ладьи ради защиты короля (弃车保帅, qì jū bǎo shuài) — тактический прием в китайских шахматах сянци, означающий принесение в жертву второстепенной фигуры ради спасения главной. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
