Дедушка и бабушка Цзян Юйбая изначально отдыхали на Мальдивах. Однако они завершили свой отпуск досрочно и вернулись в административный центр провинции, чтобы принять участие в сегодняшней встрече сватов.
К счастью, дядя Цзян Юйбая взял на себя роль осведомителя.
Дядя прислал ему длинное сообщение:
— Мои отец и мать, а также старший брат с невесткой никак не ожидали, что ты сразу обручишься. Они никогда не общались с семьёй Сяо Линь, поэтому их беспокойство вполне естественно. Если посмотреть с их точки зрения, твоя помолвка с Сяо Линь действительно кажется слишком внезапной.
Цзян Юйбай спросил его:
— Вы обсуждали это дома?
Дядя ответил невпопад:
— Как-то вечером я перебрал с выпивкой и рассказал твоей тёте о той нелепице, что случилась на свадьбе. Сяо Линь ей очень понравилась, и она даже приготовила для неё несколько подарков.
Цзян Юйбай вежливо выразил благодарность и попросил дядю перечислить содержимое подарочного списка.
Дядя начал перечислять:
— Бриллиантовое колье, сумка Биркин, карта на безлимитную покупку книг и VIP-карта на косметические услуги в отеле «Цзиньша» — всего четыре вещи.
Отель «Цзиньша» — это роскошный отель в Сингапуре, филиал которого был и в этом городе, и уровень цен там был чрезвычайно высоким. Цзян Юйбай понимал, что тётя действует из добрых побуждений, но всё же она происходила из элиты Сингапура, её имя числилось в списках мировых светских львиц, а во время отдыха в США за ней следили папарацци. Из всех её тщательно подготовленных подарков, за исключением «карты на безлимитную покупку книг», остальные три… Линь Чжися, скорее всего, не примет.
Цзян Юйбай сказал дяде:
— Линь Чжися очень застенчива, а тут тётя дарит ей сразу столько всего…
Дядя уловил скрытый смысл его слов и поспешно ответил:
— Я сейчас же поговорю с твоей тётей, пусть возьмёт на пару вещей меньше.
Цзян Юйбай сказал:
— Спасибо, дядя, ты меня очень выручил.
Дядя ответил мгновенно:
— Не стоит благодарности, пусть все влюблённые в мире станут одной семьёй.
Сегодня стояла прекрасная погода: небо на десять тысяч ли вокруг было пронзительно синим и без единого облачка, а солнечный свет приятно согревал.
Линь Чжися стояла у входа в подъезд своего дома, встречая отца, мать и брата.
На лице отца отразилось сомнение:
— Ся-Ся, может, поступим так: отец вместе с тобой зайдёт на торговую улицу, купим несколько брендовых кожаных сумок и кошельков, чтобы подарить родителям Сяо Цзяна…
— Не стоит утруждаться, — возразил Линь Цзэцю. — В нашей семье никто никогда не покупал предметы роскоши, нечего бить себя по лицу, чтобы казаться толще.
Взгляд Линь Цзэцю был прямым, даже его тень казалась несгибаемой. Он был одет в свой единственный костюм, чёрные кожаные туфли были начищены до зеркального блеска, на правом плече висел дорогой портфель за четыреста юаней, купленный на Таобао, а на левой руке красовались электронные часы «Casio», выигранные в лотерею на корпоративе. Его отец и мать тоже надели свою лучшую одежду — вся их семья даже на Новый год не выглядела так торжественно.
Линь Чжися почувствовала необычную атмосферу.
Она тут же приоткрыла бумажный пакет:
— Посмотрите, это модели квантовых компьютеров, которые я сделала сама. Всего три штуки, размером с ладонь… Изначально я хотела использовать их как учебные пособия, но пока они не пригодились. Мы посоветовались с матерью и решили, что лучше подарить эти модели родителям Цзян Юйбая.
Линь Цзэцю заглянул в пакет, и у него внутри возникло нехорошее предчувствие.
Он последовал за Линь Чжися, и они сели в машину Цзян Юйбая.
Цзян Юйбай был умелым водителем. Он вёл машину плавно, держался непринуждённо, что помогло семье Линь Чжися немного расслабиться.
Они прибыли в ресторан на десять минут раньше. Выходя из машины, все всё ещё шутили и смеялись. Цзян Юйбай уже вовсю использовал обращения вроде «тесть», «тёща» и «шурин», очень быстро влившись в семью Линь Чжися. Хотя шурин по-прежнему относился к Цзян Юйбаю прохладно, тесть и тёща признали, что Цзян Юйбай — «парень основательный и надёжный».
Цзян Юйбай повёл тестя и тёщу внутрь ресторана.
Ресторан был очень высокого уровня. Панорамные окна банкетного зала на верхнем этаже выходили на открытый речной пейзаж, посуда под хрустальными люстрами была прозрачной, словно нефрит. Родители, дедушка с бабушкой, а также дядя с тётей Цзян Юйбая — всего шесть человек — сидели с одной стороны круглого стола. Они встали, приветствуя семью Линь Чжися. Цзян Шаоци проявил наибольшее радушие:
— Сваты пришли! Я — Цзян Шаоци, родной дядя Сяо Цзяна.
Отец Линь Чжися тут же ответил:
— Здравствуйте, добрый день. Я… я отец Линь Чжися, меня зовут Линь Фугуй. Это моя жена, Кэ Яньхун, мой сын Линь Цзэцю, а это моя дочь, Ся-Ся… Линь Чжися.
По дороге сюда Линь Фугуй уже подготовил речь.
Однако, увидев родных Цзян Юйбая, их одежду, аксессуары, манеру речи и выправку, он невольно начал заикаться. Он даже не мог разобрать, кто из них мать Цзян Юйбая — все три присутствовавшие дамы выглядели великолепно, на каждой были баснословно дорогие серьги и ожерелья.
Заметив смущение тестя, Цзян Юйбай немедленно перевёл взгляд на своих родителей.
Родители Цзян Юйбая по очереди подошли и тоже представились, стараясь сократить дистанцию. Линь Чжися поприветствовала их:
— Здравствуйте, дядя и тётя.
Мать Цзян Юйбая с улыбкой сказала:
— Здравствуйте.
Линь Чжися не чувствовала ни малейшей неловкости, ей лишь казалось, что обстановка сейчас немного странная. Чтобы разрядить атмосферу, Линь Чжися сама предложила свои подарки:
— Вот подарки для первой встречи, которые я приготовила: это модели квантовых компьютеров моего собственного изготовления…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
