Дифэй эпохи процветания — Глава 647. Следы гунцзы, сердце матери. Часть 2

Время на прочтение: 7 минут(ы)

Яоцзи горько усмехнулась, все было далеко не так просто, как он воображал. Если бы это была Дин-ванфэй, она, возможно, и вправду не стала бы сводить счеты, но Дин-ван совершенно точно не оставит семью Му в покое так легко. Дин-ван мог бы убить Муян-хоу уже давно, но причина, по которой он до сих пор не нанес удар, заключалась лишь в желании помучить Муян-хоу и разрушить семью Му. Разве мог Дин-ван упустить такую пешку, как она? За последние годы, хотя дом Муян-хоу и не был окончательно уничтожен, в нем не прекращались раздоры и не было ни дня покоя.

— Ле-эр, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я знаю, что делать, — тихо улыбнулась Яоцзи.

В этом мире для нее не было никого важнее сына. Пусть даже она не сможет быть рядом и видеть, как он взрослеет, она сделает все возможное, чтобы обеспечить ему жизнь без забот.

 

В особняке Ли-вана Е Ин, в сопровождении двух прислужниц, направилась к выходу. Однако, стоило ей дойти до главного зала, как путь ей преградили. Е Ин, нахмурившись, посмотрела на стоящую перед ней Дунфан Юй и недовольно спросила.

— Что ты делаешь?

Дунфан Юй смерила Е Ин взглядом с головы до ног и спросила.

— Куда это ты собралась?

Лицо Е Ин помрачнело, и она раздраженно бросила.

— Какое тебе дело до того, куда я иду?

— Теперь в особняке Ли-вана распоряжаюсь я, — бесстрастно ответила Дунфан Юй. — Без моего разрешения никто не может выйти наружу.

Е Ин холодно рассмеялась.

— И кем ты себя возомнила? Ты ванфэй, и я ванфэй. Какое право ты имеешь указывать Бэньванфэй? К тому же… я спросила дозволения у Тайфэй-няньнянь, и Тайфэй-няньнянь согласилась. На каком основании ты противишься?

В последнее время порядки в особняке Ли-вана заметно изменились. Дунфан Юй, которая прежде ни во что не вмешивалась, внезапно прибрала к рукам множество дел, явно намереваясь лишить Тайфэй Сяньчжао влияния. Тайфэй Сяньчжао действительно не любила Е Ин, но по сравнению с заносчивой Дунфан Юй покладистая и безобидная Е Ин казалась теперь куда приятнее. Поэтому, когда Е Ин изредка обращалась к ней с просьбами, Тайфэй Сяньчжао в большинстве случаев давала свое согласие.

Услышав это, Дунфан Юй презрительно усмехнулась.

— Я же сказала, сейчас в особняке Ли-вана все решаю я. И неважно, Тайфэй Сяньчжао это или сама Тайхоу, их приказы здесь ничего не значат.

Неудивительно, что Тайфэй Сяньчжао невзлюбила Дунфан Юй. По сравнению с Е Ин, если не считать подмоченной репутации, Дунфан Юй превосходила ту во всем. Однако, и характер у Дунфан Юй был таким, с каким Е Ин и сравниться не могла. Возможно, дело было в том, что Мо Цзинли был ей безразличен, а возможно, она и вовсе ни во что его не ставила, но в ее словах о Тайфэй Сяньчжао и Тайхоу не было ни капли почтения. Тайфэй Сяньчжао, прожившая всю жизнь в почете и роскоши, разве могла она терпеть подобную дерзость от младшей?

— А я все равно выйду, и что ты мне сделаешь? — упрямо отрезала Е Ин.

Дунфан Юй изогнула бровь. Она не ожидала, что Е Ин, которая все это время казалась бесхребетной, вдруг проявит твердость. Эта Е Ин в сравнении со своей Сань-цзецзе Дин-ванфэй Е Ли, совершенно не походила на члена той же семьи. Дунфан Юй никогда не принимала ее всерьез, и теперь, столкнувшись с отпором, разозлилась еще сильнее.

— Е Ин, только из уважения к Дин-ванфэй Бэньванфэй еще проявляла к тебе снисхождение. Но, лучше бы тебе не злоупотреблять моей добротой!

Разгневанная Е Ин, не обращая внимания на Дунфан Юй, развернулась и зашагала к дверям. Она не верила, что Дунфан Юй осмелится убить ее прямо в ванфу!

— Схватить ее! — ледяным тоном скомандовала Дунфан Юй.

Перед глазами мелькнули фигуры в лазурных одеждах, двое мужчин возникли по обе стороны от Е Ин, преграждая ей путь. Дунфан Юй высокомерно произнесла.

— Уведите эту женщину обратно в ее двор. А если посмеет и дальше буянить, заприте ее в темнице!

— Слушаемся, — почтительно отозвались мужчины.

— Ты не посмеешь! — в ужасе вскрикнула Е Ин.

Эти люди явно не были шивэй особняка Ли-вана. Увидев, что они собираются ее схватить, Е Ин истошно закричала.

 — Дунфан Юй! Ты заходишь слишком далеко! Ванъе этого так не оставит!

Дунфан Юй лишь пренебрежительно фыркнула.

— Сиди дома смирно. Если посмеешь высунуть нос за ворота, пеняй на себя, я переломаю тебе ноги. Ты думаешь, здесь Личэн, и твоя сестра Дин-ванфэй сможет тебя защитить?

— Не смей! Ванъе… Ванъе, спасите! — верещала Е Ин, отбиваясь.

— Что здесь за шум? — в зал вошел Мо Цзинли.

 Вид этой нелепой сцены привел его в дурное расположение духа.

Заметив вошедшего Мо Цзинли, Е Ин поспешно вырвалась из рук державших ее людей и спряталась за его спину.

— Ванъе… Ванъе, спасите! Дунфан Юй хочет переломать мне ноги!

Мо Цзинли с недовольством посмотрел на Дунфан Юй и нахмурился.

— Что ты опять затеяла? Не перегибай палку.

Дунфан Юй тоже недовольно нахмурилась в ответ.

— С чего это я перегибаю? Я всего лишь велела проводить ее в покои.

События последних дней в особняке Ли-вана, разумеется, не могли укрыться от Мо Цзинли. Он повернулся к Е Ин и спросил.

— В чем дело?

Е Ин не ожидала, что Мо Цзинли спросит ее саму, и поспешила воспользоваться шансом.

— Я всего лишь спросила изволения Тайфэй, что хочу выйти прогуляться, но она вдруг ни с того ни с сего преградила мне путь в главном зале. Она угрожала запереть меня в подземелье и переломать ноги, если я посмею выйти. Ванъе, я и не знала… неужели мне, Бэньванфэй Ли-вана, теперь запрещено даже переступать порог дома? Если Ин-эр вам и впрямь так опостылела, то лучше дайте мне развод, к чему мне сносить подобные унижения?

За долгое время Е Ин все же немного поумнела и теперь искусно применила прием «отступить, чтобы наступать»¹.

Хотя былая любовь Мо Цзинли к Е Ин давно остыла, она все же оставалась женщиной, которая сопровождала его больше десяти лет. К тому же он давал обещание Е Ли, а потому не мог обойтись с ней слишком сурово. Бросив недовольный взгляд на Дунфан Юй, он произнес.

— Какое тебе дело до того, что Ин-эр хочет прогуляться? Муфэй дозволила ей, к чему ты затеяла этот скандал?

Лицо Дунфан Юй помрачнело.

— Мне все равно. Отныне никто из особняка Ли-вана не выйдет за ворота без моего приказа.

От этих слов Мо Цзинли и сам почернел лицом.

— Дунфан Юй, не наглей! — ледяным тоном произнес он. — Или мне тоже нужно спрашивать твоего согласия, чтобы выйти? Я еще не свел с тобой счеты за то, что ты дерзила муфэй в эти дни. Знай свое место!

Дунфан Юй холодно усмехнулась.

— Это твоя муфэй, мне-то что до нее? Бэньгунян вовсе не обязана угождать этой старухе.

Мо Цзинли уже готов был взорваться от ярости, но, вспомнив о чем-то, сдержался. В упор глядя на Дунфан Юй, он спросил.

— У тебя должна быть причина, по которой ты не пускаешь Ин-эр.

Дунфан Юй на мгновение замялась, но затем упрямо ответила.

— Мне так хочется. Раз я сказала, что ей нельзя выходить, значит, нельзя!

— Сумасшедшая! — Мо Цзинли не пожелал больше тратить на нее время, он схватил Е Ин за руку и потащил к выходу, подозвав своих шивэй. — Проводите Ванфэй. Я посмотрю, кто посмеет ее остановить!

Какой бы грозной ни была Дунфан Юй, настоящим хозяином особняка Ли-вана все же оставался Мо Цзинли. В итоге Е Ин покинула особняк Ли-вана под охраной его личных шивэй.

В главном зале Мо Цзинли лишь бросил Дунфан Юй холодное «смотри, не пожалей о содеянном» и, не оборачиваясь, направился в свой кабинет.

Дунфан Юй с мрачным видом долго смотрела на опустевший дверной проем. Люди, окружавшие ее, невольно содрогнулись. Все они были выходцами из Цанманшань, после гибели горы они последовали за своей шаочжу Дунфан Юй. Многие из них выросли вместе с ней, но, глядя на нее нынешнюю, едва могли поверить, что это та самая умная, но несколько наивная и не знающая жизни шаочжу из Цанманшань. В конце концов им оставалось лишь списать это на сокрушительный удар, внезапное уничтожение Цанманшань и смерть матери, что в корне изменили ее характер. Они лишь могли втайне вздыхать.

— Ванфэй, эта Чжэньфэй уже ушла, не стоит ли нам… — вполголоса спросил мужчина в лазурных одеждах, тот самый, что собирался схватить Е Ин.

— Забудьте, — сухо бросила Дунфан Юй. — Слишком резкие действия могут вызвать подозрения у Мо Цзинли. Установите за Е Ин слежку. Если она посмеет вступить в контакт с людьми из дома Дин-вана, убейте ее!

Мужчина в лазурном засомневался.

— Всем известно, что отношения между Дин-ванфэй и Чжэньфэй враждебные. Даже если люди Дин-вана придут искать Цинчэнь-гунцзы, вряд ли они обратятся к Чжэньфэй. К тому же, если даже Ли-ван ничего не знает, что может знать она?

Дунфан Юй помолчала немного и сказала.

— И то верно, но осторожность никогда не помешает. В доме Дин-вана люди всегда были хитры, а Е Ин женщина глупая, ее, чего доброго, продадут, а она еще и деньги за себя посчитает².

Мужчина в синем одеянии кивнул.

— Подчиненный понял. Я пришлю людей проследить за Чжэнфэй.

Е Ин вышла из особняка Ли-вана и велела шивэй Мо Цзинли возвращаться. Изначально эти шивэй лишь провожали ее из особняка, чтобы защитить от придирок Дунфан Юй, так что они, разумеется, не собирались следовать за ней повсюду. Е Ин немного побродила по Нанкину, а затем повернула к одному из самых почитаемых храмов города. Каждый месяц она приходила туда, чтобы молиться о благополучии своего давно пропавшего ребенка. Завидев ее, настоятель храма поспешил выйти навстречу и пригласил зайти внутрь. Как и обычно, Е Ин возожгла благовония, отослала прислуживающих в молитвенном зале послушников-сями и осталась в одиночестве, опустившись на колени, чтобы молиться за дитя.

За последние два года Е Ин стала здесь частой гостьей, и все послушники знали, что Ли-ванфэй молится за своего сына. Хотя им было невдомек, почему она всякий раз возносит молитвы о здравии, если сын Ли-ванфэй явно мертв, но они знали, когда стоит держать язык за зубами. Поэтому к поведению Е Ин никто не приглядывался.

В тихом молитвенном зале Е Ин, опустившись на коврик-путунь, искренне возносила в сердце безмолвные молитвы к взирающей на нее статуе Будды. Внезапно за спиной раздались тихие шаги, и она вздрогнула. Обернувшись, она увидела статного молодого мужчину в белых одеждах, выходящего из заднего зала. Тот гунцзы в белом был неописуемо хорош собой, а в его улыбающемся взоре не было и тени чего-то неприятного, при взгляде на него казалось, будто купаешься в весеннем ветру³, и на душе становилось удивительно спокойно. Е Ин видела немало красивых мужчин, но ни один из них не вызывал такой мгновенной симпатии. Даже небесной красоты Цинчэнь-гунцзы по сравнению с ним казался более далеким и неприступным.

— Сы-мэй, все ли у тебя хорошо? — с улыбкой спросил гунцзы в белом.

Е Ин опешила и в крайнем изумлении вымолвила.

— Са… Сань-цзецзе? Как ты здесь?.. — она снова внимательно всмотрелась в это красивое лицо.

И впрямь, черты были на сорок-пятьдесят процентов схожи с обликом Е Ли. Вот только вместо привычной мягкости и изящества в них прибавилось благородства и удали, свойственных ученым мужам из знатных семей.

Е Ли, поигрывая складным веером, усмехнулась.

— Разве не я? Сы-мэй меня не узнала?

Е Ин сконфуженно улыбнулась. Облик Е Ли настолько отличался от того, что сохранился в памяти, что, если бы они столкнулись на улице лицом к лицу, Е Ин вряд ли бы ее узнала. Оправившись от изумления, она с недоумением спросила.

— Почему Сань-цзецзе лично прибыла в Нанкин?

Сначала она подумала, что встретиться с ней хочет Яоцзи, и никак не ожидала увидеть саму Е Ли.

При этих словах улыбка на лице Е Ли слегка померкла. Она тихо вздохнула.

— Разумеется, что-то случилось. Некоторое время назад ты велела Яоцзи передать в Личэн секретное письмо. О чем в нем говорилось?

Е Ин замерла в замешательстве.

— Что-то пошло не так?

 ____________________________________________________________

1. отступить, чтобы наступать (以退为进, yǐ tuì wéi jìn) — тактический прием, при котором имитируется уступка или отступление для получения преимущества в дальнейшем. ↩︎
2. быть проданным и при этом помогать покупателю считать деньги (被人卖了还要替人家数钱, bèi rén mài le hái yào tì rén jia shǔ qián) — образное выражение, описывающее крайнюю степень наивности. ↩︎
3. словно купаться в весеннем ветру (如沐春风, rú mù chūn fēng) — чувствовать себя крайне комфортно и радостно, обычно от общения с приятным человеком. ↩︎

Мо Ли — Список глав