Му Ваньяо холодно смотрела на него. Он встретился с ней взглядом лишь на мгновение, после чего осознал, что его сугубо деловой тон немного расстроил ее. Янь Шан замялся и, слегка покраснев, вполголоса спросил:
— То-тогда как мне следует поступить?
Му Ваньяо прислонилась к стенке повозки:
— Раньше, когда я не обращала на тебя внимания, ты вечно искал предлоги, чтобы прийти ко мне в поместье принцессы. А теперь, когда наши отношения, кажется, стали куда ближе, я вижу лишь равнодушие, ты даже не пытаешься встретиться со мной первым. Что такое, мы еще толком ничего не начали, а ты уже пресытился?
Янь Шан слегка нахмурился и сказал:
— Не говори глупостей… Просто в последнее время я был очень занят.
Он кашлянул, оправдываясь:
— К тому же я вовсе не был так нескромен, как ты говоришь. Я всегда вел себя так.
Му Ваньяо вскинула на него глаза:
— И что же тебе следует делать сейчас?
Янь Шан посмотрел на нее. Он замялся:
— Дянься хочет пересесть поближе?
Му Ваньяо:
— Что еще за «пересесть»? Ты что, щенка зовешь!
Янь Шан:
— …
Ему ничего не оставалось, кроме как самому пододвинуться к ней.
Склонившись, он поднялся и наконец медленно перебрался с противоположной стороны, сев рядом с ней. Му Ваньяо, опершись одной рукой о столик, а другую приложив к щеке, повернула голову и посмотрела на него.
Ее взгляд был изменчив и сиял, подобно блеску волн.
Для Му Ваньяо девичье очарование заключалось не в простом капризном надувании губ, а в игре глаз и легком повороте головы. Она прижала ладонь к лицу и смотрела на него сияющими глазами… Перед этим было невозможно устоять.
Янь Шан опустил глаза, положил руку ей на плечо, нежно обнял и едва коснулся ее губ своими.
Она еще не успела ничего понять, а он уже густо покраснел. Его ресницы дрогнули, и он вскинул на нее быстрый взгляд.
Му Ваньяо невольно рассмеялась, и ее гнев сменился милостью:
— …Ну и чего тут стесняться.
Его нынешняя юношеская неловкость и волнение совершенно не походили на ту решительность, с которой он только что противостоял Мэн Цзайши. Наедине Му Ваньяо этот его образ нравился куда больше.
Обхватив Янь Шана за плечи, она собралась приподняться и сесть к нему на колени. Ее шпилька-буяо задела верх повозки, и когда та качнулась, она соскользнула в его объятия, при этом случайно проведя рукой по его горлу. Она лукаво посмотрела на него, сдерживая улыбку и прикусив губу, а затем снова склонилась к его лицу, чтобы поцеловать.
От такой внезапной возни Янь Шан в смятении обхватил ее за талию, то и дело повторяя:
— Довольно, довольно… Прекрати шалить.
Когда повозка въехала в торговые кварталы, она остановилась у Восточного рынка. Внутри нельзя было шуметь слишком сильно, и Янь Шан все время уворачивался, но Му Ваньяо все же успела измять его одеяние. Когда лошади остановились, он был в таком виде, что не мог выйти наружу. Несносная принцесса, прикусив губу, смеялась и, прильнув к его уху, прошептала:
— Хочешь, я помогу тебе рукой?..
Янь Шан не на шутку испугался ее напора. С пунцовым лицом он сердито посмотрел на нее:
— Не нужно.
Разве можно так бесчинствовать в общественном месте? Как она только могла?
Прошло время, за которое можно выпить чашку чая, прежде чем Янь Шан спустился на землю. Выбравшись из повозки, он не смел встретиться взглядом с дежурившими подле шивэй. К счастью, те тоже не решались смотреть на него, боясь неловкости.
Янь Шан стоял у повозки, поправляя края одежд. Он уже собирался обернуться, чтобы помочь Му Ваньяо выйти, как вдруг сзади раздался радостный женский голос:
— Второй старший брат Янь?
Янь Шан обернулся и увидел в шумной толпе девушку в желтом жуцюнь. Она прижимала к себе несколько свитков с канонами, а за ее спиной стояла служанка с постным лицом. Сама же девушка с явным восторгом махала ему рукой.
Янь Шан почтительно поклонился.
Из повозки донеслось фырканье Му Ваньяо:
— У тебя повсюду знакомые, каждому встречному кланяешься.
Янь Шан поприветствовал девушку через толпу, и та, расплывшись в улыбке, направилась к ним. Только тогда Янь Шан объяснил Му Ваньяо:
— Это внучка моего учителя, Лю Жочжу-сяонянцзы.
Му Ваньяо внутри замолчала на мгновение:
— О.
И спросила:
— Что она здесь делает?
Янь Шан вполголоса ответил:
— Пока неизвестно. Однако Жочжу-нянцзы держит в руках книги, вероятно, ее цель как-то с ними связана?
Му Ваньяо подумала про себя: «В этом вся Лю Жочжу, происходящая из благородного рода». На ее фоне собственная приземленность Му Ваньяо стала еще очевиднее. В конце концов, «камень добродетели»1, за которым она пришла сюда, был вещью сугубо корыстной.
Янь Шан посмотрел на повозку и нерешительно спросил:
— Лю-нянцзы — человек добрый и кроткий. Дянься не желает выйти и побеседовать с ней?
Сквозь занавески взгляды Му Ваньяо и Янь Шана встретились.
Сначала она хотела выйти, но этот его взгляд… в нем явно читалось намерение познакомить ее со своим другом. Такой сигнал недвусмысленно указывал на то, что он хочет впустить ее в свой круг и познакомить с близкими людьми.
В душе Му Ваньяо поднялась паника — она страшилась столь тесной близости.
Она поджала губы и небрежно бросила:
— Не стоит. Своих друзей принимай сам.
Янь Шан долго молчал, и Му Ваньяо не смела на него взглянуть. Он не мог не понять ее неприятия. Лишь спустя долгое время Му Ваньяо услышала его тихий голос:
— …Хорошо.
Му Ваньяо тут же пожалела о своих словах, но забирать их назад не стала.
Лю Жочжу уже подошла ближе и вместе со служанкой снова обменялась приветствиями с Янь Шаном. Она с любопытством взглянула на повозку за его спиной, в ее глазах промелькнул интерес, но Янь Шан пригласил ее отойти чуть дальше, чтобы не стоять у самой повозки.
Лю Жочжу кивнула.
- Камень добродетели (功德石, gōngdéshí) — в буддийской и даосской традиции стела, на которой высекались имена благотворителей; здесь упоминается как цель паломничества Му Ваньяо ради получения заслуг. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
