Янь Фу взволнованно произнес:
— Твой отец лишь торопит тебя, чтобы ты не думал только об экзаменах и карьере, скорее бери жену! Попроси своего учителя в Чанъани подыскать тебе хорошую партию, там наверняка будет лучше, чем в Линнани. Достойные нянцзы из Чанъани на прочее и не взглянут, но эта наша родовая реликвия, залог любви, уж точно не заставит нас краснеть?
— Словом, тебе уже восемнадцать! Будет лучше всего, если ты женишься в этом году, а в следующем уже подаришь мне внука! Ты в семье второй сын, твой дагэ уже женат, так не мешай же устраивать свадьбы своим младшим диди и мэймэй.
Второй молодой господин Янь обреченно принял яшмовую подвеску.
Но в душе он с этим не соглашался.
Очевидно, все его помыслы были заняты лишь службой, а женитьба его совершенно не заботила.
В первый месяц того года служанки и стражники из поместья принцессы получили новое письмо от Второго молодого господина Яня.
Принцессы сегодня не было в поместье, к тому же она давно перестала интересоваться Вторым молодого господином Янем, поэтому слуги принялись читать письмо, разумеется, не дожидаясь ее.
Чуньхуа и Фан Тун оказались в самом центре толпы. Чуньхуа мягким голосом зачитала содержание письма:
— …Второй господин пишет, что уже прибыл в Чанъань и, как только представится случай, обязательно с нами встретится.
Все радостно закричали. За год переписки Второй молодой господин Янь успел полюбиться им всем.
— Ой! — снова воскликнула Чуньхуа. — Второй молодой господин Янь говорит, что учитель сменил ему имя. Отныне его зовут не Янь Шишэн, а Янь Шан…
Лед на весенних водах тронулся, в Чанъани пригрело солнце.
Второй молодой господин Янь, получивший имя от учителя и ставший теперь Янь Шаном, стоял на одной из улиц Чанъани.
В городе Чанъань чиновничьи шапки плыли подобно облакам, а повозки и лошади кишели, словно спицы в колесе. Поначалу он был поражен столичным великолепием и чувствовал себя не в своей тарелке.
Но войдя в город вслед за караваном иноземцев-ху и увидев толпы простого люда и уличные состязания музыкантов, он нашел это довольно занятным.
Янь Шан купил только что вынутую из печи лепешку «гулоуцзы» и, съев пару кусочков, убрал ее в узел за спиной. С огромным воодушевлением он шел по улице, не зная, на что и смотреть: глаза разбегались.
Внезапно издалека показались всадники. Прохожие в спешке уступали им дорогу, и Янь Шан, разумеется, последовал примеру толпы.
Сперва он бросил лишь случайный взгляд, привлеченный шумом, но среди молодых аристократов в ярких одеждах, скачущих прямо по улице, он увидел ту, что была впереди — это была благородная дева.
На ней была роскошная юбка, а в волосах — шпилька-буяо, издававшая мелодичный звон. Она ехала бок о бок с ланцзюнем в расшитом парчовом халате; конь спутника шел на шаг впереди, но она не спешила.
Ветер откинул вуаль вэймао, обнажив лицо всадницы.
Полы ее яркой юбки колыхались на спине лошади, а прекрасное белоснежное лицо напоминало зыбь на весенней воде. Изящная шея, подобная нефриту, и черные, как тучи, волосы.
То была красота, исполненная жизни и благоухания.
Словно разошлись облака и туман: среди унылой суеты улицы Янь Шан увидел ее, приближавшуюся верхом в вихре шелков и украшений.
Собравшиеся вокруг люди шептались:
— Это и есть принцесса Даньян, как же она великолепна.
Проезжая мимо прохожих, Му Ваньяо вдруг услышала чей-то голос позади:
— Янь Сучэнь!
И другой голос, мягкий, как нефрит:
— Лю Сюн, вы пришли.
Этот чистый голос звучал подобно звону жемчужин о бамбук или шелесту бамбуковых листьев. Му Ваньяо натянула поводья и резко обернулась.
Среди шумной толпы она увидела человека: он стоял к ней спиной, стройный и статный, точно гора, поросшая зеленью, или кусок нефрита. Вместе со своим спутником он скрылся в толпе, и разглядеть его стало невозможно.
Сопровождавший ее ланцзюнь остановил коня и сухо спросил:
— Знакомый?
Му Ваньяо пришла в себя и, взглянув на совершенно бесстрастного третьего господина Яна, Ян Сы, с улыбкой ответила:
— С чего бы? Должно быть, послышалось.
А в это время в поместье принцессы служанка Чуньхуа отчетливо читала слово за словом:
— «…сменил имя на Янь Шан, второе имя1 — Су Чэнь.
— Шан означает “почитать” и “возвышать”. Су Чэнь же означает “подданный Су-вана”. Су-вана — это почетное именование Конфуция. Дав мне такие имена, учитель наставил меня следовать пути Конфуция, распространять каноны в Поднебесной и совершенствоваться в изящной словесности былых и нынешних времен».
- Второе имя (字, zì) — почетное имя, которое традиционно давалось при достижении совершеннолетия и использовалось в вежливом общении. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
