На песочном столе всё ещё оставалось много мест, не отмеченных флажками, и на лице Чу Линя промелькнуло сожаление.
— Как жаль… — негромко произнёс он и, прижав руку к груди, не смог сдержать подступившее волнение, разразившись кашлем.
— Генерал, — стоявший рядом солдат тут же подал ему чашку чая.
Чу Линь выпил несколько глотков, унимая кашель, и снова протянул руку:
— Где карта передвижения войск, которую только что составили?
Солдат в тревоге и напряжении ответил:
— Генерал, пора отдыхать. Чжун-е наказывал, что вам нельзя ложиться поздно.
Чу Линь улыбнулся:
— Разве это что-то изменит? Сколько времени займёт один взгляд на карту?
Пока солдат пребывал в замешательстве, за дверью послышались торопливые шаги, сопровождаемые докладом:
— Заместитель командующего Чжун вернулся!
Солдат с радостью пошёл встречать прибывшего. Чу Линь остался стоять у песочного стола, но в его глазах вспыхнули ликование и надежда.
Заместитель командующего Чжун, весь покрытый дорожной пылью, остановился в зале. Снимая шапку и шарф, он явил миру свои потрескавшиеся губы.
— Генерал, не беспокойтесь. Чжуншань-ван-шицзы уже доставил сяоцзе к А-Кэ-гунцзы, — сообщил он.
Чу Линь протянул ему чашку чая. Заместитель командующего Чжун принял её и осушил залпом, после чего его лицо, пересечённое шрамами, исказилось в гримасе.
— Старший брат! — воскликнул он, высовывая язык. — Зачем ты подсовываешь мне лекарство?
Он не боялся ни мечей, ни пламени, но перед лекарствами трепетал.
— Это не лекарство, а целебный чай. Считай, что это просто разновидность чая. Ты измотан долгой дорогой, в теле скопился холод, так что выпей целебного чая, чтобы разогнать его, — с улыбкой произнёс Чу Линь и велел солдату принести ещё. — А вот эта вторая чашка — обычный горячий чай.
Заместитель командующего Чжун взял вторую чашку, осторожно понюхал её и, убедившись, что запаха лекарств нет, выпил до дна. После двух чашек чая на лбу у него выступил пот, он шумно выдохнул, чувствуя, как по всему телу разлилось тепло.
— Старший брат, ты и впрямь мастер, — похвалил он.
Чу Линь ответил:
— Долгие болезни превращают в лекаря.
При этих словах лицо заместителя командующего Чжун помрачнело и исказилось ещё сильнее:
— Старший брат…
Он глубоко вздохнул. Скорбь была бесполезна и лишь приносила лишние заботы. Сейчас важнее было дело, и он начал рассказывать Чу Линю об А-Чжао.
— Должно быть, до неё дошли слухи о твоей болезни, вот она и подняла шум, требуя возвращения. Подозреваю, кто-то намеренно прощупывает почву.
Мягкость сошла с лица Чу Линя, взгляд стал острым:
— Неужели кто-то пронюхал так быстро? — Но тут его глаза снова потеплели. — Как там А-Чжао? Наверное, сильно напугана?
Заместитель командующего Чжун задумался:
— Увидев меня, А-Чжао расплакалась — с виду и впрямь была напугана. Но то, что она провернула, поразительно. Она обвела вокруг пальца столько людей и совсем не выглядела испуганной.
О проделках А-Чжао Чу Линь уже знал из письма Чу Кэ, который расписал всё в красках. Услышав это сейчас, он невольно улыбнулся.
— Никогда не замечал за ней такого таланта к обману, — сказал он и тихо вздохнул. — Раньше, когда она была со мной, она жила спокойно, счастливо и беззаботно, ей не нужно было лгать. Теперь же меня нет рядом, и перед лицом опасностей ей приходится полагаться только на себя. Вот она и пускается на такие хитрости. Ей всё-таки страшно.
Заместитель командующего Чжун достал из-за пазухи письмо:
— Это А-Чжао написала тебе.
Чу Линь взял и развернул его. Слов в письме было немного — всего несколько простых строк. Бросив быстрый взгляд, он увидел, что в начале были лишь слёзные просьбы позволить ей вернуться. Глаза Чу Линя увлажнились, но когда он дошёл до последней строки, его лицо окаменело, и он с силой прихлопнул письмо к столу.
От этого резкого звука заместитель командующего Чжун вздрогнул.
— Что случилось? — тревожно спросил он.
Он, разумеется, не читал письма А-Чжао к отцу, полагая, что девочка просто жалуется на то, как скучает, или рассказывает, как её обижали в столице, чтобы вызвать сочувствие. Почему же Чу Линь так разгневался?
— Она спрашивает о своей матери, — произнёс Чу Линь.
Лицо заместителя командующего Чжун тоже стало суровым, а затем он нахмурился:
— Этого невозможно было избежать. Если не чужие в столице, так свои же домочадцы наговорят гадостей. Старший брат, мы ведь оберегали её, с малых лет твердили А-Чжао, что её мать была низкого происхождения и ваш союз не соответствовал приличиям. Оказавшись в столице и наслушавшись пересудов, она не должна была слишком сильно расстроиться.
Горько ей будет в любом случае — ведь она совсем девчонка, попавшая в такое пышное и богатое место, где на неё тычут пальцами.
Чу Линь выглядел растерянным. Прижимая письмо рукой, он хотел что-то сказать, но в этот момент в дверях снова появился солдат:
— Генерал, мы схва… кхм, там один человек.
Чу Линь и заместитель командующего Чжун посмотрели на него. Так схватили или просто пришёл человек?
— Поймали солдата, прибывшего из окружного центра, но с первого взгляда стало ясно, что жетон не его… — начал объяснять солдат.
Не дав ему договорить, заместитель командующего Чжун с ледяным блеском в глазах прорычал:
— Тогда просто велите его казнить. Какая разница, что за слепец явился сюда искать свою смерть!
В последнее время соглядатаев становилось всё больше, и они наглели с каждым днём. За кого они принимают их Лочэн!
Солдат посмотрел на заместителя командующего Чжун:
— Он говорит, что знает вас, Чжун-е, и пришёл именно к вам.
Шрам на лице заместителя командующего дёрнулся:
— Мало ли кто знает твоего дедушку! Казнить…
Солдат закончил фразу:
— Он назвал себя А-Цзю.
— А? А-Цзю? — Язык заместителя командующего Чжун запнулся, он едва не прикусил его, а лицо на мгновение окаменело.
Надо же, этот мальчишка! Зачем он здесь? Неужели…
Он невольно перевёл взгляд на Чу Линя.
Чу Линь, слушавший их разговор, заметил реакцию своего помощника и понял, что произошло недоразумение — этот человек действительно был знаком заместителю командующего. Но внезапный странный взгляд Чжуна его озадачил.
— Раз вы знакомы, иди и встреться с ним, — сказал Чу Линь, решив, что тот просит разрешения.
Заместитель командующего Чжун жестом отослал солдата, но сам замялся, не зная, как начать.
— В чём дело? — усмехнулся Чу Линь. — Только не говори, что это кто-то из твоей родни.
Заместитель командующего Чжун произнёс:
— Этот А-Цзю знаком с сяоцзе.
Чу Линь слегка опешил, но его острый ум мгновенно сообразил:
— Он из почтовых солдат? — Он едва заметно улыбнулся. Узнав, что А-Чжао его дочь, было не удивительно, что парень пришёл за наградой. — Раз он сам нанёс визит, нам не придётся специально ехать в окружной центр, чтобы отблагодарить его.
Заместитель командующего Чжун тщательно подбирал слова:
— Сяоцзе и этот А-Цзю… ну, они в весьма хороших отношениях.
Чу Линь всё понял, и улыбка в уголках его губ стала едва различимой:
— Вот как? И насколько же они хороши?
Насколько — заместитель командующего Чжун и сам толком не мог сказать. Своими глазами он видел лишь то, что сяоцзе, которая рыдала и требовала вернуть её в пограничный округ, стоило ей позвать А-Цзю и переговорить с ним пару минут, тут же успокоилась и перестала буянить.
Это было ещё полбеды. Хуже было то, что он слышал.
Хотя почтовые солдаты и Чжуншань-ван-шицзы были весьма сдержанны, телохранитель шицзы по имени Те Ин без обиняков поведал ему: тогда у реки Чу-сяоцзе из-за этого А-Цзю так расстроилась, что даже бросилась в воду, а когда их шицзы спас её, она ещё и отчитала его за то, что он лезет не в своё дело.
— Что за дело, в которое не стоило лезть, — спросите лучше у самой Чу-сяоцзе.
В конце Те Ин ещё и добавил это с какой-то язвительной интонацией.
Будучи человеком женатым и имеющим детей, заместитель командующего Чжун прекрасно понял намёк. Он едва не заставил себя в тот же миг притащить этого А-Цзю за шиворот, но рассудок велел ему сдержаться.
Впрочем, всю дорогу А-Цзю не попадался ему на глаза. Почтовый смотритель по фамилии Чжан туманно намекнул, что отношения между А-Цзю и Чу-сяоцзе не заладились. А-Цзю был против того, чтобы брать её с собой, и они часто спорили. Однако все старались ради общего блага, а если к Чу-сяоцзе и проявили какое-то пренебрежение, то лишь из-за незнания её статуса и строгого исполнения обязанностей почтовой службы.
Вспомнив о том, как ловко А-Чжао обманула людей, чтобы прибиться к этим почтовым солдатам, заместитель командующего Чжун успокоился. Он решил, что отношение сяоцзе к А-Цзю было лишь средством, чтобы добраться до пограничного округа.
Если этот А-Цзю человек понимающий, он осознает намерения сяоцзе и не станет воображать лишнего, и на этом всё закончится.
Кто же знал, что этот малец явится среди ночи к генералу Чу! Что он задумал? Неужели так ничего и не понял?
Заместитель командующего Чжун так крепко сжал кулаки, что кости хрустнули. Что ж, придётся привести его в чувство.
Чу Линь рассмеялся и знаком велел помощнику успокоиться.
— Раз так, я встречусь с ним. Достаточно одного разговора, чтобы всё прояснилось.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
