Сяо Бэйчэнь сидел на диване. Взгляд его был слегка затуманен, он, очевидно, только что проснулся.
Увидев Го Шаолуня, он спросил:
— Мне показалось, будто я слышал чей-то плач. Ты ничего не слышал?
— Кто здесь может плакать?
Взгляд Сяо Бэйчэня оставался рассеянным. Он ничего больше не спросил, лишь дыхание его слегка сбилось.
Он повернул голову к напольным часам. Было уже около двух ночи. За окном всё так же не стихали ветер и дождь.
Внезапно он резко сказал:
— Сейчас же возвращаемся в Хуатинчжоу.
У Линь Ханцзин от природы было слабое здоровье, поэтому болезнь разразилась стремительно и тяжело. Она едва не перешла в воспаление лёгких.
Юнь И была до смерти напугана и вместе со слугами не отходила от госпожи, заботясь о ней днём и ночью. Военный врач Лу поселился прямо в Хуатинчжоу: каждый день измерял температуру, проверял пульс и не позволял себе ни малейшей небрежности.
Лишь через три-четыре дня состояние Линь Ханцзин начало улучшаться. Сознание постепенно прояснилось.
В ту ночь у неё снова немного поднялась температура. Военный врач Лу не решился лечь спать и дежурил в маленькой комнате рядом с главной спальней.
Линь Ханцзин не могла уснуть: лоб горел, сознание путалось. Вдруг она услышала приглушённый голос военного врача Лу:
— Главнокомандующий приехал?
Затем раздался голос Юнь И, в нём слышалась радость:
— Приехал, приехал! Наверняка вернулся к Третьей госпоже. Машина только что въехала во двор, он сейчас поднимется. Как она? Надо будет сказать, что ей лучше…
Остаток разговора Линь Ханцзин уже не разобрала.
В спальне горела лишь маленькая лампа, и вокруг царил полумрак. Она лежала в забытьи, и в голове у неё была только одна мысль:
Он пришёл.
Сердце невольно сжималось. Линь Ханцзин боялась закрыть глаза, чтобы случайно не уснуть и не пропустить встречу с ним.
Она лишь слегка приоткрыла веки и, заставляя себя терпеть учащённое дыхание и сердцебиение, стала ждать его появления.
Осенняя ночь была холодной, сырой и дождливой.
Сяо Бэйчэнь быстро добрался до Хуатинчжоу, но, войдя в холл, замедлил шаг.
Внутри было ярко, почти ослепительно. Под ногами лежал мягкий ковёр, совершенно бесшумный. С одной стороны лестницы стояла молочно-белая цветочная подставка, а в вазе на ней красовались махровые цветы гибискуса.
Сяо Бэйчэнь остановился перед лестницей.
Она была наверху.
Но он остался на месте и молча смотрел на несколько цветов.
Белоснежные лепестки гибискуса окружало тёплое сияние. Они напоминали улыбку, появлявшуюся на губах Линь Ханцзин, мягкую и прекрасную, от которой невозможно было отвести взгляд.
Словно отчаянно пытаясь от чего-то убежать, Сяо Бэйчэнь слегка опустил голову. Веки его дрогнули.
Он глубоко вдохнул, но сердце лишь сильнее забилось в груди.
Го Шаолунь вместе с несколькими офицерами охраны отправился в комнату для прислуги. Он ещё не успел снять мокрую одежду, когда снаружи часовой сказал:
— Адъютант Го, главнокомандующий уезжает.
Го Шаолунь изумлённо выпалил:
— Как это — только приехал и уже уезжает?
Он даже не стал переодеваться и поспешил наружу.
Сяо Бэйчэнь так и не поднялся наверх. Он быстро шёл прямо к воротам Хуатинчжоу.
У ворот часовые щёлкнули каблуками и отдали честь.
Сяо Бэйчэнь, не произнеся ни слова, вышел под ночной дождь.
Го Шаолунь совершенно не понимал, что происходит. Он схватил у одного из охранников плащ и бросился следом.
Дождь лил стеной, а Сяо Бэйчэнь шёл так быстро, что Го Шаолуню пришлось бежать. Лишь выбежав из крытого перехода, он догнал его.
Сяо Бэйчэнь стоял неподвижно.
Рядом с переходом росло дерево османтуса. Под проливным дождём хрупкие цветы уже осыпались и лежали на земле.
Сяо Бэйчэнь стоял прямо, словно ничего вокруг не замечал.
Го Шаолунь догнал его, набросил ему на плечи дождевой плащ и наконец не выдержал:
— Главнокомандующий, зачем вы так мучаете себя?
Сяо Бэйчэнь промок до нитки. Под военной фуражкой его глаза казались чёрными, как тушь. Сердце билось всё сильнее.
Он никак не мог отпустить её.
Вокруг шумел дождь, а в груди у него всё болезненно сжималось.
Хрипло он сказал:
— …Я боюсь её увидеть. Если я встречусь с ней, то больше не смогу решиться умереть.
Го Шаолунь потрясённо переспросил:
— Главнокомандующий?..
Сяо Бэйчэнь поднял руку, останавливая его.
Он по-прежнему неподвижно стоял под деревом османтуса и смотрел, как белые цветы осыпаются под дождём. Мягкие лепестки тонули в лужах, а зелёная одежда Юнь И, промокшая под ливнем, прилипла к её телу.
Его взгляд, словно последний холодный отблеск звезды над горизонтом, постепенно погас.
И вокруг не осталось ни звука.
Где найти способ сохранить и Небо, и любовь — не предать весь мир и не предать тебя?
Ливень обрушивался на землю. Ночь становилась всё гуще, словно небо и земля слились в одну линию. Вода пропитывала одежду и пробирала до костей.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
