Поскольку свадьба Сяо Бэйчэня и Линь Ханцзин была уже не за горами, маршал Сяо, находившийся далеко в Америке, ждал лишь повторного обследования лёгких. Если оно покажет, что опасности больше нет, он собирался вместе с Пятым сыном Бэйваном и Шестым сыном Бэйи вернуться домой.
Седьмая супруга пребывала в праздничном восторге и велела привести в порядок всю маршальскую резиденцию внутри и снаружи. Так наступивший Новый год по лунному календарю семья встретила в Хуатинчжоу.
Едва минуло несколько часов после полудня, как в Хуатинчжоу одна за другой приехали Шуцин, Шуюй, два их супруга и дети.
Седьмая супруга больше всего любила подобное оживление. Она как раз беседовала со старшими дочерьми, когда увидела, что прибыли Сяо Шуи и её супруг из семьи Кэ.
На Сяо Шуи была алая пелерина с меховой оторочкой. Войдя в зал, она сняла её и с улыбкой обратилась к Седьмой супруге:
— Седьмая тётушка, сегодня мы ведь остаёмся в Хуатинчжоу встречать Новый год? Хорошенько пошумим и подразним Третьего брата. Ой, а где Ханцзин?
Седьмая супруга улыбнулась:
— Твой Третий брат поехал в школу за Ханцзин. Скоро они будут.
Она ещё не успела договорить, как снаружи послышались шаги. Это Сяо Бэйчэнь привёз Линь Ханцзин.
Стоило им войти в тёплый зал, как все присутствующие обернулись к ним.
Шуцин с улыбкой посмотрела на Линь Ханцзин:
— Младшая сестрица Линь всё ещё живёт в школе? Брачный документ уже подписан, обручальное кольцо ты носишь, фамилию нашей семьи Сяо тоже получила — настоящая Третья госпожа Сяо. Осталась сущая формальность. Почему же ты всё ещё упрямишься и не хочешь переехать в Хуатинчжоу?
Седьмая тётушка взяла засахаренный фрукт и отправила его в рот:
— Ну всё, старшая дочь, перестань её дразнить. Ханцзин просто стесняется. После Нового года, с наступлением весны, состоится свадьба. Третий уже столько ждал — нам-то к чему торопиться? Но если после церемонии Ханцзин всё ещё не захочет сюда переехать, я соберу всех женщин нашей семьи и отправлюсь с ними в школу устраивать беспорядок. Шуи пойдёт впереди, тогда посмотрим, выдержит ли наша Третья госпожа Сяо такой натиск!
Все рассмеялись.
Линь Ханцзин слегка покраснела и промолчала. Сяо Бэйчэнь тоже ничего не сказал, лишь повернулся к ней и улыбнулся:
— Побудь здесь с Седьмой тётушкой. А я загляну в северный зал.
В северном зале сидели супруги сестёр Сяо.
Линь Ханцзин кивнула. Сяо Бэйчэнь ещё раз улыбнулся ей, затем повернулся и направился в северный зал.
Вечером Седьмая супруга собрала всех за шумным праздничным ужином в Хуатинчжоу.
Сяо Бэйчэнь и зятья выпили по несколько чашек вина. Когда ужин закончился, Сяо Шуи заявила, что сегодня непременно нужно бодрствовать до рассвета, встречая Новый год.
В этот момент вошёл адъютант Го Шаолунь и доложил, что фейерверки и праздничные хлопушки уже приготовлены. Сяо Бэйчэнь вышел проверить, всё ли устроено.
В новогоднюю ночь по-прежнему густо шёл снег. Со всех сторон, близких и далёких, доносились хлопки петард.
Сяо Бэйчэнь убедился, что Го Шаолунь вместе с часовыми всё устроил как следует, и велел ему раздать всем красные конверты.
Го Шаолунь улыбнулся и сказал:
— Главнокомандующий, вас ищет Третья госпожа.
Сяо Бэйчэнь обернулся и увидел Линь Ханцзин в крытой галерее. Она выглядела слегка смущённой.
Го Шаолунь вместе с часовыми незаметно удалился.
Сяо Бэйчэнь с улыбкой смотрел на неё, но не подходил, ожидая, когда она сама его позовёт.
Линь Ханцзин некоторое время колебалась, а затем сказала:
— Эй… подойди на минутку.
Сяо Бэйчэнь с трудом сдержал улыбку и подошёл.
Линь Ханцзин объяснила:
— Седьмая тётушка попросила передать, чтобы ты приготовил машины. После фейерверка они поедут обратно в маршальскую резиденцию, а мне нужно вернуться в школу.
Сяо Бэйчэнь отозвался, затем посмотрел на неё и тихо усмехнулся:
— «Эй» — это кто?
Лицо Линь Ханцзин тотчас вспыхнуло.
Сяо Бэйчэнь продолжил, улыбаясь:
— Ты собираешься всю жизнь называть меня «эй»? Брачный документ уже подписан, Третья госпожа Сяо. Ты хотя бы обращайся ко мне как-нибудь иначе.
От его шутливых слов Линь Ханцзин смутилась ещё сильнее. Щёки её залились румянцем. Она долго смотрела на него, а затем тихо произнесла:
— Третий брат.
— Третий брат?
Сяо Бэйчэнь на мгновение растерялся, но, увидев, как сильно она покраснела, расхохотался:
— Пусть будет «Третий брат». Называй как тебе удобнее — какая разница?
Его смех привёл её в смятение. Линь Ханцзин повернулась, собираясь уйти, но Сяо Бэйчэнь схватил её за руку.
Он ничего не сказал, только крепко держал её ладонь.
Линь Ханцзин обернулась и увидела в его глазах ласковую улыбку. Её сердце дрогнуло, и она медленно опустила голову. Черты её лица смягчились.
Вдоль галереи тянулся целый ряд фонарей. Внутри горели не свечи, а электрические лампы, и от их света снег вокруг сиял белизной. С углов фонарей свисали красные кисти, покачивавшиеся на ветру и снегу.
Сяо Бэйчэнь разглядел её наряд: изысканную пелерину нежного персикового цвета, вышитую цветами сливы. Капюшон и края были отделаны бледно-жёлтой тканью, а на воротнике, выполненном в форме четырёх соединённых орнаментов жуи, поблёскивали круглые, гладкие и чистые восточные жемчужины. Внутри капюшон был подбит белым лебяжьим пухом, ещё сильнее подчёркивавшим белизну её лица.
Вся она напоминала тонкую цветущую сливу, распустившуюся в первые дни весны.
Сяо Бэйчэнь улыбнулся:
— Откуда у тебя такая красивая пелерина?
— Седьмая тётушка только что велела мне её надеть.
— Седьмая тётушка и правда любит тебя больше всех. Даже Шуи не досталась такая вещь, а тебе она сразу её отдала.
Он замолчал, ещё раз посмотрел на её склонённое лицо и мягкую улыбку. Сердце его переполнялось радостью.
Затем он наклонился к её уху и прошептал:
— У Седьмой тётушки много таких сокровищ. Потом вместе что-нибудь у неё выпросим.
Услышав его слова, Линь Ханцзин чуть приподняла уголки губ и невольно улыбнулась:
— Сам и проси. Я не собираюсь становиться твоей сообщницей.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
