Глава шестьсот двадцать шестая. [Дополнительная глава] Конец древнейшего чистого ян человеческого рода
Три месяца спустя, на стене города Сюаньду.
Великий Магистр внезапно очнулся от сна, и прядь даосского ритма Тайцин медленно рассеялась вокруг него.
Он поднялся, слегка нахмурившись, словно о чем-то размышляя.
— Что случилось? — в трех чи1 от него Кун Сюань отложила свиток и мягко осведомилась.
— Учитель только что передал послание через ритм Дао, сложив его в два больших иероглифа: «Наньчжоу». — Великий Магистр встал и поспешно добавил: — Опасаюсь, что возникли какие-то проблемы с Жэньхуаном человеческого рода, иначе с чего бы это встревожило Учителя? Младший брат сейчас, вероятно, занят подготовкой к Великому бедствию Дарования богов, поэтому Учитель велел мне отправиться туда.
— Я сопровожу тебя.
— М-м…
Великий Магистр явно колебался.
Кун Сюань вздохнула:
— Раз уж Почтенный Небесный Демон схвачен и уведен назад, какие еще небесные демоны могут напасть?
— Хорошо.
Великий Магистр с улыбкой согласился. Он посмотрел на Кун Сюань, словно хотел что-то сказать, но в итоге лишь слегка улыбнулся.
Он не был глуп. Кун Сюань ради него отказалась от своего врожденного сокровенного тела и столько лет присматривала за его сном здесь — используя излюбленный младшим братом метод исключения, можно было прийти к простому выводу.
Чувства Кун Сюань к нему определенно не были братскими!
Но…
Великий Магистр посмотрел на стоящую рядом соратницу по Дао, чья красота была способна сокрушать города и государства, заставлять рыбу тонуть, а диких гусей падать; она воплощала в себе саму суть недосягаемой легкости, а в каждом ее жесте сквозило величие главы клана Фениксов…
В какой-то момент его даосское сердце охватило смятение. Незнакомый трепет, зародившийся в самой его глубине, становился все отчетливее.
Великий Магистр втайне вздохнул: воспользовавшись этим возвращением, ему стоило бы обратиться к Советнику Чаншоу за советом — нужно ли подавить этот трепет или позволить ему медленно расти. Если он выберет второе, то, возможно, через десять тысяч лет он действительно лишится покоя и не сможет сдержать свои чувства.
Великий Магистр испытывал по этому поводу серьезную тревогу.
В тот же миг Великий Магистр и Кун Сюань убрали со стены мягкое ложе, циновки, сиденья и прочие вещи, активировали здесь сложный защитный массив и наказали небесным воинам надежно охранять заставу.
Когда Великий Магистр закончил с обустройством и уже приготовился пройти через вихрь, мироздание пошло мелкой рябью, и потоки черной и белой ци открыли врата.
Это сама Схема Великого Предела явилась, чтобы забрать их.
— Неужели ситуация стала настолько серьезной? — пробормотал Великий Магистр, нахмурившись, и немедленно шагнул вперед.
Кун Сюань лишь слегка поджала губы и невозмутимо последовала за ним. Вместе с Великим Магистром они превратились в два луча света и влетели в открытые Схемой пространственные врата.
Когда они появились вновь, то были уже за пределами Пяти Континентов.
Не теряя времени, Великий Магистр и Кун Сюань пересекли края земли, стремительно пронеслись по небосводу, достигли Наньшаньбучжоу и направились прямиком к столице царства Шан.
Однако, когда бессмертное сознание Великого Магистра распространилось вокруг…
Все было в порядке?
В отличие от того, что творилось сейчас на Центральном Континенте, где бессмертные секты враждовали и кровь лилась рекой, в Наньчжоу царил мир. Царство Шан спокойно жило своей жизнью, а мелкие заботы простых смертных повсюду не заслуживали и упоминания.
— Это?
Великий Магистр впал в легкое замешательство. Он уже собирался начать поиски в разных частях Наньчжоу, решив, что неправильно понял волю Учителя…
— О? Шисюн, как ты вернулся? Неужели уже получил известия?
Раздался возглас, полный легкого удивления. Это Бумажный даос Ли Чаншоу явился в столице царства Шан и издалека поклонился Великому Магистру.
Не дожидаясь, пока Великий Магистр и Кун Сюань спустятся, Бумажный даос Ли Чаншоу на технике перемещения ветра подлетел ближе и снова совершил даосское приветствие. В этом жесте в полной мере отразились мучившая Ли Чаншоу неловкость и легкое чувство вины.
Все это было лишь приказом Учителя.
— Шисюн, Кун Сюань-даою!
Следуя плану, Ли Чаншоу первым перешел к шуткам:
— Столько лет не виделись, а вы двое уже словно клей и лак2, прекрасно, прекрасно, поздравляю.
Великий Магистр нахмурился:
— Ли Чангэн, не говори глупостей. Между мной и Кун Сюань-даою нет никакого «клея и лака».
Он хотел было назвать его Чаншоу, но вспомнил о привычке того и в последний момент перешел на имя Ли Чангэн.
Ли Чаншоу с притворным удивлением посмотрел на Кун Сюань, затем на Великого Магистра, с выражением лица, в котором смешались неловкость и легкое извинение.
Кун Сюань, которая заранее получила кое-какие вести, в этот момент печально вздохнула, и весь ее вид выражал разочарование.
Великий Магистр сделал вид, что ничего не заметил, и невозмутимо сменил тему:
— Ли Чангэн, ты только что упомянул известия. О каких известиях речь?
— Это… — Ли Чаншоу коротко рассмеялся и сказал: — Шисюн, тебе лучше сперва отправиться в город Аньшуй. Когда прибудешь — сам все поймешь. Я сейчас же поспешу туда в истинном теле.
Великий Магистр пребывал в некотором недоумении. Стоя в небе над столицей Шан, он посмотрел на юг, окинув взором десятки тысяч ли, и выражение его лица внезапно стало странным.
— Ли Чангэн, это твоих рук дело?
— И что шисюн об этом думает?
— Красиво, но пусто, лишь изнуряет народ и растрачивает казну, в этом нет ни малейшей необходимости, — Великий Магистр покачал головой и заложил руки за спину. — Ну да ладно, раз Учитель велел мне вернуться, значит, он хочет, чтобы я явил свое божественное величие перед смертными. Я отправлюсь туда и подожду тебя.
— Я, пожалуй, не пойду, — произнесла Кун Сюань, сохраняя обиженный тон, словно в сердцах. Она добавила: — Я немного прогуляюсь по столице Шан. Судьба этого царства связана с удачей моего клана Фениксов, нельзя проявлять беспечность.
— Прошу тебя, — с улыбкой ответил Великий Магистр и отвесил даосский поклон.
Кун Сюань склонилась в ответном поклоне и, скрыв свою фигуру, направилась в сторону одного из кварталов столицы.
Засим Великий Магистр ненадолго распрощался с Бумажным даосом Ли Чаншоу и направился на облаке к побережью Южного моря. Он летел не слишком быстро, и на губах его играла легкая улыбка.
Наконец-то он сможет на время разлучиться с Кун Сюань-даою…
Хотя в душе все же оставалась капля грусти и беспокойства: а вдруг она и вправду рассердилась?
Когда Великий Магистр добрался до города Аньшуй, Ли Чаншоу «как раз» прибыл на место. Обменявшись приветствиями, он повел Великого Магистра к юго-западному углу города.
Там тысячи смертных собрались перед новым величественным храмом; десятки посланников учения Бога Морей били в колотушки и разыгрывали представление.
Они рассказывали о том, что мудрец человеческого рода, Великий Магистр Сюаньду, доблестен и непобедим; они воспевали то, как старший ученик Тайцин оберегает искру человеческого рода, не давая ей угаснуть во тьме.
- чи (尺, chǐ) — китайская единица измерения длины, равная примерно одной трети метра. ↩︎
- словно клей и лак (如胶似漆, rú jiāo sì qī) — об образном выражении, описывающем неразлучных людей и сильную привязанность. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
