Глава сто тридцать четвертая. У меня… есть один собрат по Дао
Без «пилюль амбиций» приток «богатства» мгновенно сократился почти наполовину.
Ли Чаншоу посмотрел на только что законченную, испещренную плотными линиями схему магического строя, прикинул на глаз количество, качество и стоимость драгоценных материалов для создания основ формации и невольно издал пару задумчивых вздохов.
Самым долгосрочным планом было превращение пика Сяоцюн в магическое сокровище — переносную обитель, сочетающую в себе функции нападения, защиты, проживания и отдыха.
В настоящее время путь к «превращению в сокровище» следовало разделить на три этапа.
Для надежности первым шагом должно было стать превращение пика Сяоцюн в передвижной комбинированный строй, объединяющий функции атаки и защиты, а также достижение базового требования для магических сокровищ — способности менять размер.
Поскольку бессмертных сил не хватало, чтобы напрямую переплавить весь пик Сяоцюн, оставалось лишь компенсировать это массивами Неба и Земли. Однако путь Неба и Земли предъявлял крайне высокие требования к прочности самих основ формации…
Ли Чаншоу произвел расчеты:
— Если полагаться только на моё ежемесячное содержание, содержание учителя и шимэй, а также на фиксированную квоту пика Сяоцюн, то потребуется около тридцати… тысяч лет. Если же опираться на текущую скорость накопления богатств от продажи пилюль в торговых поселениях, понадобится около тысячи с лишним лет…
Тысяча лет, хотя и не казалась долгим сроком с точки зрения его нынешнего долголетия, да и секта Дуэ вряд ли могла пасть за это время, всё же Ли Чаншоу хотел завершить всё как можно скорее — только так он мог чувствовать себя в большей безопасности.
Поэтому Ли Чаншоу потратил полдня, разрабатывая несколько способов заработать немного денег, не покидая врат секты, не раскрывая своих козырей и не нарушая гармонии внутри школы.
Но после всестороннего обдумывания Ли Чаншоу один за другим отмел несколько вариантов.
Например, «Однодневный тур по ловушкам и лабиринтам пика Сяоцюн» или «Барбекю-вилла пика Сяоцюн» — всё это мешало бы практике шимэй и учителя.
В итоге Ли Чаншоу оставил лишь вариант с минимальным влиянием и самой скромной доходностью. Он наспех изготовил необходимые предметы и выставил их на берегу озера у пика Сяоцюн… решив, что эти полдня не должны пропасть даром.
Это был деревянный ящик высотой в полчжана, открывающийся сбоку. Внутри стояла деревянная фигурка «пузатого кота», которую он даже поленился покрасить. Рядом с ящиком стояла табличка, гласившая:
«Сие зовётся ведром для гаданий Небесного кота;
Но на деле это ведро для советов, которое даст тебе подсказку в ответ на твои слова;
Перед использованием, пожалуйста, брось в пасть кота-бессмертного духовные камни, магические сокровища, пилюли или иные ценные вещи. Бамбуковая плашка с советом появится в нижней части ящика.
Примечание: использование по умолчанию означает согласие с условиями использования «Ведра для советов пика Сяоцюн», возврат ценностей временно не осуществляется.
С почтением, глава пика Сяоцюн Ци Юань».
— И на это кто-то попадётся?
Ли Чаншоу покачал головой, незаметно оставил на ящике обрывок паутины паука-двоеглаза и упорхнул прочь, вернувшись в алхимическую комнату, чтобы продолжить выплавку пилюль и постижение Дао.
Внутри ведра была простая конструкция, в которой лежали сорок девять бамбуковых плашек, на каждой из которых были написаны туманные фразы вроде «не так уж плохо» или «двусмысленно».
— У меня и впрямь нет таланта к одурачиванию людей, — посетовал Ли Чаншоу и, разжег черную печь, начал закладывать заранее подготовленные ингредиенты.
Спустя полдня…
Ли Чаншоу встрепенулся: в его сознании всплыла картинка перед ведром.
Туда просунулась маленькая головка с изящными чертами лица и миловидным личиком. У неё были светло-каштановые волосы средней длины, и она с интересом разглядывала деревянного кота внутри. Увидев это лицо так близко, Ли Чаншоу не сразу среагировал.
Но когда она наклонилась еще ниже… эта облегающая короткая рубаха из грубой ткани…
Младшая тётя Цзю!
В то же время направленное заклинание Ветра донесло бормотание младшей тёти:
— Ведро для советов? Кого ты пытаешься надуть? Думаешь, выставишь такое, и люди понесут духовные камни?
Младшая тётя хмыкнула, подхватила с земли камешек и небрежно бросила его в пасть деревянного кота. Затем она с важным видом произнесла:
— Слушай внимательно, ведро для советов. У меня тут возник небольшой вопрос: как мне получить больше прекрасного вина, вкусной еды и красавцев-гунцзы! Хм… последнее можно вычеркнуть.
Глаза Ли Чанэна сузились от смеха. Повинуясь его воле, сработал миниатюрный строй внутри ведра, и из отверстия внизу вылетела бамбуковая плашка. Цзю Цзю ловко подхватила её.
Глядя на иероглифы, она негромко прочитала:
— «В сердце множится сомненье, а ответ на дне души, о копавшем колодец1 помни, жизнь ценить ты поспеши»?
Цзю Цзю моргнула, пару раз напевно повторила строки и пробормотала:
— А в этом что-то есть.
Она перевернула плашку и увидела надпись: «Не уносить с собой, положить в боковое отверстие». Она послушно вернула плашку на место. Ей и в голову не пришло, что это почерк Ци Юаня.
Цзю Цзю немного подумала, пошарила в карманах, достала духовный камень, энергия в котором была почти на исходе, и бросила его в пасть пузатого кота.
Затем Цзю Цзю сказала:
— Задам тебе ещё один вопрос. В последнее время я только и слышу, как мои шестая и четвертая шицзе жалуются на своих спутников на пути Дао. Так вот, эти самые спутники — это всё-таки хорошо или плохо?
Ли Чаншоу в алхимической комнате немного поразмыслил и щелчком пальца заставил строй выдать новую плашку. Цзю Цзю взяла её и тихо прочла:
— «Путь бессмертных туманен, людской путь ясен, бессмертным и смертным суждено расстаться, к чему огорчаться»… Ого, звучит очень разумно! А эта штука и впрямь работает.
Немного поразмыслив, Цзю Цзю огляделась по сторонам, установила звукоизолирующий барьер и на этот раз достала кусок превосходного нефрита, осторожно опустив его в ведро.
Хлоп, хлоп!
Она чинно сложила ладони, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
— Значит так, кот-бессмертный, есть у меня один собрат по Дао… Она задолжала одному племяннику, который намного младше неё и ниже по положению в иерархии, очень много одолжений. Настолько много, что не знает, как их возвращать. Что ей делать?
Ли Чаншоу невольно рассмеялся. Ради такого куска нефрита он выдал ей плашку с пометкой «высшее благо».
«Свобода и покой в душе, нет преград и нет тревог, раз ступил на путь бессмертных, к чему искать в пути подвох?»
Цзю Цзю немного постояла, осознавая прочитанное, затем со всей серьезностью отвесила коту-бессмертному поклон дао-и и с сияющим видом удалилась.
— Видимо, только младшая тётя, чьи мозги пострадали от… кхм… чрезмерного винопития, могла на такое купиться, — усмехнулся про себя Ли Чаншоу. Нефрит и впрямь был недурным, позже его можно будет обменять на какие-нибудь ценные материалы.
Однако, к удивлению Ли Чаншоу, через два дня Цзю Цзю притащила с собой Цзю Луэр…
У Цзю Луэр тоже были свои печали, и её вопрос касался дел сердечных, но начала она с фразы:
— У меня есть один собрат по Дао…
Ли Чаншоу, само собой, не мог играть роль злодея.
***
- 挖井人 (wā jǐng rén) — дословно: «человек, выкопавший колодец»; образно о тех, кто приложил усилия ради блага будущих поколений, используется в значении «не забывай благодетелей». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
