Эти долгие два дня…
Среди довольно скучных песен, танцев и игры на музыкальных инструментах Ли Чаншоу открыл для себя новый навык —
одной рукой творя Заклятие Шепота Ветра для наблюдения за окрестностями, а другой — медленно перелистывая и вдумчиво читая каноны, взятые во внешнем зале Павильона Даосских Писаний.
Было скучновато.
Самым захватывающим на этом Собрании по усмирению демонов должны стать следующие далее дары Дворца дракона и состязания учеников различных школ.
У Ли Чаншоу не было ни малейших притязаний на сокровища Дворца дракона.
Хотя магических артефактов никогда не бывает слишком много, во-первых, претендентов на них сейчас было много, а добычи мало — «волков много, а мяса мало»1, — и чтобы бороться за сокровища, его продемонстрированной культивации второй стадии царства Возвращения к Пустоте было явно недостаточно.
Во-вторых, он рассудил, что Дворец дракона в будущем неминуемо постигнет великая катастрофа, и ему нельзя было впутывать себя даже в малейшую причинно-следственную связь, связанную с ними.
А если бы он и впутался, то это была бы вина Цзю У.
Судя по времени, уже приближался момент официального открытия Собрания по усмирению демонов.
Ли Чаншоу взглянул на высокую платформу в небе. За эти два дня обсуждений Небесные бессмертные различных школ уже должны были согласовать с Дворцом дракона границы Восточного моря и многие другие вопросы.
Впрочем, всё это не имело к нему особого отношения…
Цзю Цзю всё еще не могла собрать разноцветный кубик рубика, что прямым текстом доказывало отсутствие прямой связи между уровнем культивации и интеллектом; это также помогло ей спокойно пережить два скучных дня без вина.
Юцинь Сюанья после того случая, когда Ли Чаншоу неверно ее понял и произнес слова отказа, тоже, казалось, что-то осознала. Хотя она и оглядывалась назад каждые полчаса, больше она не пыталась подойти…
В целом, эти два дня прошли довольно спокойно.
Пока он безмятежно читал писания, Ли Чаншоу внезапно почувствовал на себе два острых взгляда, исполненных нескрываемой враждебности.
Не подавая виду, он убрал бамбуковые дощечки и сосредоточился на анализе информации от Заклятия Шепота Ветра. В той стороне, откуда исходили взгляды, Ли Чаншоу обнаружил смутный силуэт юноши.
М-м?
У них какая-то вражда? С чего бы это?
Ли Чаншоу поднял голову и увидел, что этот человек стоит на краю площадки для собраний, в сотне чжанов от места, где расположилась школа Дусянь…
Точнее говоря, это был не «человек»: на лбу у него виднелись молодые драконьи рога, похожие на оленьи панты.
Молодой дракон из рода драконов?
Должно быть, это один из тех юных драконов, которые должны выйти на состязания против различных бессмертных школ.
В душе Ли Чаншоу закрались сомнения, так как он заметил, что этот драконий сын пристально на него смотрит.
Ли Чаншоу незаметно отклонился назад, и взгляд драконьего сына тоже слегка сместился, подтверждая, что тот смотрит именно на него.
Присмотревшись, можно было заметить в глазах драконьего сына слабый голубой огонек.
Неужели этот отпрыск драконьего рода раскусил его скрытую культивацию?
Не должно быть. Его метод сокрытия культивации был уникальным навыком, выведенным путем глубокого анализа различных техник сканирования чужой силы и последующего синтеза обратных методов…
«Может, он увидел, что среди прибывших из школы Дусянь у меня самая низкая культивация? И потому нацелился на меня?»
Ли Чаншоу принялся просчитывать варианты. Как раз в этот момент Заклятие Шепота Ветра уловило на губах юноши некую «полную уверенности» улыбку.
Вероятно, этому юному дракону не хватало уверенности в себе, но от него потребовали непременной победы в будущих состязаниях, и потому он решил заранее присмотреть себе самого слабого противника из крупной школы?
Ну и методы…
И впрямь дикие…
Ли Чаншоу поднял глаза и встретился с драконьим сыном спокойным взглядом. Голубое сияние в глазах последнего постепенно угасло, и эти очи, подобные сапфирам, в тишине смотрели на Ли Чаншоу с расстояния в несколько сотен чжанов.
Согласно классическому правилу «десятисекундного зрительного контакта», этот человек и дракон должны были…
Внезапно обзор загородила ярко-красная фигура — перед юношей возник бессмертный-черепаха.
— Ваше Высочество принц, как вы здесь оказались? Вам же скоро выходить!
Принц? Сын Короля драконов?
Оказаться под прицелом такого типа — дело явно не к добру.
Но от этого Ли Чаншоу стало еще непонятнее: почему сын Короля драконов среди огромной толпы с первого взгляда выцепил именно его, рядового ученика школы Дусянь?
Неужели его внешность обладает какой-то необъяснимой притягательностью для мужских особей драконьего рода?
Ли Чаншоу погрузился в раздумья, тщательно анализируя причинно-следственные связи и размышляя, не стоит ли сейчас под каким-нибудь предлогом покинуть собрание…
Нынешнее положение драконьего рода в целом было весьма неловким.
У них были и мастера, накопившиеся с древних времен, и бесчисленные «сокровища», но также они пребывали в великом стеснении, будучи отвергнутыми Небом и Землей после того, как древняя война расколола Первозданный Хаос.
Хотя в клане драконов мастеров было как туч в небе и с виду они казались могущественными, их общая сила уже далеко не соответствовала стремительно развивающемуся роду человеческому.
К тому же драконы полагались в основном на силу крови. После того как сильнейший из них, Изначальный Дракон, пал в конце древней войны, никто не смог превзойти его.
В итоге в нынешнем мире Первозданного Хаоса, где воцарились Шестеро Святых, драконьему роду оставалось лишь вести себя крайне осмотрительно, боясь прогневать святых и быть ими полностью истребленными… Но при этом они не желали мириться с забвением, всё еще лелея мечты о тех временах, когда были владыками Неба и Земли.
Несколько лет назад Восточный Дворец дракона намеренно отправил небольшой отряд недавно обученных креветочных солдат бесчинствовать на побережье Восточного моря.
Школа Дусянь направила учеников, чтобы искоренить демонов и защитить людей, что стало своего рода пощечиной Дворцу дракона.
Но Дворец дракона не посмел нанести ответный удар, потому что школа Дусянь принадлежала к наследию трех учений. Именно поэтому и было организовано это Собрание по усмирению демонов: драконы хотели воспользоваться случаем, чтобы продемонстрировать военную мощь и четко разграничить с человеческими заклинателями границы Восточного моря.
Затем Дворец дракона снова отправил свирепого дракона в школу Дусянь, чтобы доставить приглашение, но тот был отброшен щелчком пальца Бессмертного Ванцина. Это была еще одна пощечина, погромче предыдущей.
Но Дворец дракона всё равно не смел напасть на школу Дусянь. Дошло до того, что некие знатные особы Дворца дракона устроили ту маленькую ловушку с виноградом, желая хоть так выплеснуть гнев…
В этом детском поведении сквозили бессилие и неловкость положения драконьего рода.
В глазах Ли Чаншоу драконы уже были «сильны снаружи, но истощены внутри»2, их проблемы стали неразрешимыми, а весь их род — в какой-то степени искаженным.
«Может, и этот драконий сын по тем же причинам нацелился на меня?»
Ли Чаншоу, немного поразмыслив, быстро принял решение и стал спокойно наблюдать за развитием событий.
Уходить сейчас из этого места, где смешались «драконы и змеи», было гораздо менее безопасно, чем оставаться рядом с бессмертными своей школы. Если бы какой-нибудь мастер Дворца дракона втайне прихлопнул его, маленькую сошку из Дусянь, чтобы выместить обиду, это было бы по-настоящему скверно.
Если позже на состязаниях этот драконий сын напрямую вызовет его на бой, он просто сошлется на слабость своей культивации и сразу признает поражение.
Танцы и песни на площадке закончились. На золотую черепаху ступил бессмертный-черепаха с белесыми бровями и начал неторопливо повествовать о былом величии драконьего рода. Ли Чаншоу было лень даже слушать.
Он снова почувствовал тот самый взгляд. Решительно свернув Заклятие Шепота Ветра, он проследил за направлением взгляда, поднял глаза и увидел того самого…
драконьего юношу, который вот-вот должен был выйти на сцену.
…
«Я, Ао И, второй принц Восточного моря, сегодня должен совершить великое дело».
- Лан-до-жоу-шао (狼多肉少, láng duō ròu shǎo) — «волков много, а мяса мало»; образное выражение, означающее ситуацию, когда претендентов много, а ресурсов на всех не хватает. ↩︎
- Вай-цян-чжун-гань (外强中干, wài qiáng zhōng gān) — «сильный снаружи, но пустой внутри»; идиома, описывающая нечто, кажущееся могущественным лишь на вид. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
