Золото было некрупным, его можно было спрятать куда угодно.
Сотрудники полицейского участка велели людям сдать золото. Те, кто потрусливее, выбросили пару золотых бусин, а те, кто посмелее, прикидывались дураками. Во время обыска началось постыдное зрелище: кто-то прятал золотые бусины в карманы одежды, кто-то совал в обувь, кто-то — между пальцев ног, а кто-то и вовсе держал под языком. Те же, кто запихивал их в межъягодичную складку, были по-настоящему бесстыдными.
Некоторые жители деревни, нащупав золото, пытались сбежать, но их всех переловили сотрудники полицейского участка.
В итоге в бассейне было собрано в общей сложности 627 граммов золота, и в полицейском участке не знали, что с ним делать.
Гэ Цзянь подумал про себя, что «усушка» вышла приличной: закопали 1000 граммов золотых самородков разного размера, а нашли всего 600 с лишним. Возможно, какие-то «неучтенные рыбешки» остались невыкопанными в бассейне, а возможно, кто-то на месте все же умудрился тайком прикарманить золото.
Гэ Цзянь не мог показать, что количество золота неверно. Перед лицом сотрудников полицейского участка и подоспевших кадров из Футяньского уличного комитета Гэ Цзянь с мольбой в глазах посмотрел на Мао Каншаня.
— Мао Каншань, босса нет на месте, только вы можете принять решение за него!
Эту сцену Мао Каншань и Гэ Цзянь репетировали несколько раз. Мао Каншань произносил свои реплики очень серьезно, его актерская игра была от чистого сердца. Он принял задумчивый вид и долго размышлял, прежде чем предложить решение:
— Выкопанное золото пусть пока побудет на хранении в Футяньском уличном комитете. Работы на стройке временно остановить, пусть сначала приедут специалисты из геологоразведочной группы и проверят, нет ли здесь золотого рудника.
Что делать, если там рудник?
Его нельзя будет оставить компании «Цихан» для строительства жилья.
Вопрос о том, кто будет разрабатывать рудник, — дело будущего, для начала нужно определить, есть он там или нет.
Предложение Мао Каншаня получило единогласное одобрение.
Весть о том, что компания «Цихан» при подготовке фундамента выкопала золото, за кратчайшее время облетела весь Пэнчэн.
Хотя позже специалисты из геологоразведочной группы после многократных проверок подтвердили, что никаких месторождений здесь нет, а золото, скорее всего, принесло из подземного источника вместе с песком, в котором оно и находилось.
Вопрос с разработкой рудника сошел на нет, но название «Цзиньшачи» прогремело на весь Пэнчэн.
Если кто и не верил, что это место с благодатным фэншуем, слова семьи Ло служили тому подтверждением. Всего за несколько дней о данном участке земли узнал весь Пэнчэн. Обычные люди, независимо от того, были ли у них деньги на покупку жилья, только и обсуждали «Цзиньшачи».
Первым, кто собрал всю информацию, был Билл, который по приказу босса постоянно следил за действиями компании «Цихан».
Билл передал собранные сведения Харолду. Харолд бросил папку на стол:
— Ай Лунь, ты серьезно веришь, что такое возможно?
Управляющий Ай Лунь ответил довольно сдержанно:
— Неважно, как все обстоит на самом деле, важно то, что в том бассейне действительно нашли золото. Сэр, для нашего проекта это вовсе не плохо — наше поле для гольфа граничит с этим участком.
Харолд холодно усмехнулся:
— Ты хочешь сказать, что я теперь должен пользоваться плодами ее усилий?
Ай Лунь не решился ответить.
Кто и чьими плодами пользуется — не так уж важно. Лучшим выходом было бы включить этот участок в проект поля для гольфа, но Ай Лунь знал, что Ся Сяолань не продаст землю… Все это изначально было подстроено Ся Сяолань. Эта хитрая китайская девушка заставила Ай Луня взглянуть на нее другими глазами.
Раз землю не купить, стоит хотя бы воспользоваться этой шумихой в обществе.
Коварная Ся Сяолань смогла использовать привлекательность проекта гольф-поля для строительства товарного жилья, и мистеру Харолду стоило бы в ответ воспользоваться шумом, который она подняла.
Харолд, вероятно, был разгневан.
Но в этом гневе была доля восхищения.
Ся Сяолань действительно была самой уникальной из всех молодых девушек, которых он знал.
Харолд встречался с актрисами и моделями, прославившимися в юном возрасте, — все они обладали прекрасной внешностью и высочайшим эмоциональным интеллектом. Но Ся Сяолань, очевидно, была не только красива и социально адаптирована, она обладала выдающимся интеллектом и была искушена в методах коммерческих манипуляций… Харолд, как победитель, одолевший других наследников семьи, искренне ценил умных людей.
Умные люди встречаются нечасто, а умные женщины — тем более. Харолд злился на Ся Сяолань за то, что она отделывалась от него формальностями, и в то же время чувствовал профессиональную симпатию к ее методам.
Позлившись какое-то время, Харолд, как настоящий делец, в конце концов решил не идти наперекор деньгам:
— Пусть Билл продолжает следить за этим, он знает, что делать!
Пребывание в Китае ужасно раздражало, Харолд захотел вернуться в Америку.
В Америке нет глупого племянника, который вечно не знает меры.
В Америке нет и этой надоедливой китайской девчонки. Возможно, ему стоит вернуться в привычную обстановку и восстановить уверенность в себе в компании пылких американских леди.
Шумиха вокруг «Цзиньшачи» взбудоражила не только Харолда.
Теми, кто по-настоящему заинтересовался «Цзиньшачи», как и ожидала Ся Сяолань, стали гонконгские бизнесмены, придающие большое значение фэншую!
Владелицей компании «Цихан» была Ся Сяолань.
Стоило Ду Чжаохуэю услышать это имя, как у него начинало першить в горле. Ся Сяолань была словно заноза: стоило ему попытаться забыть об этой женщине, как она тут же выскакивала и мозолила глаза.
Ни выплюнуть, ни проглотить — это ли не вызывало у Ду Чжаохуэя тошноту и раздражение?
Тан Юаньюэ тоже слышал о «Цзиньшачи». Слева — поле для гольфа, строящееся американцами, справа — курорт Сянмиху. Участок был не очень большим. У Тан Юаньюэ не было интереса к строительству жилья, он скорее хотел выкупить его в частную собственность:
— Построить виллу и подарить ее отцу — как тебе идея?
Идея была, конечно, превосходной.
В Гонконге все богачи верили в фэншуй, особенно представители старшего поколения, поднявшиеся с нуля.
Ду Чжаохуэй тоже загорелся этой мыслью. Он слышал, что это участок площадью чуть более 20 му — место не слишком большое и не слишком маленькое, да и стоить должно не запредельно дорого.
Возможно, ему тоже стоит попытаться выкупить его, построить виллу и подарить отцу Ду Чэнжуну — это был бы хороший знак на удачу.
Но продаст ли Ся Сяолань этот участок?
Возможно, она продала бы его Тан Юаньюэ, но ему — точно нет, Ду Чжаохуэй прекрасно это понимал.
— Брат Тан, участок не такой уж маленький. Почему бы нам не купить его в складчину, разделить пополам и построить две виллы? Так наши семьи смогут чаще общаться в будущем.
Тан Юаньюэ совсем не хотел покупать землю вместе с Ду Чжаохуэем.
Он мог поддерживать с ним отношения здесь, в Пэнчэне.
Но чтобы семья Тан жила бок о бок с Ду Чэнжуном — Тан Юаньюэ боялся, что его отец этого не захочет!
Среди гонконгских богачей тоже существовала негласная иерархия пренебрежения, и семья Тан не желала сближаться с такими, как семья Ду, чья репутация была связана с криминальным миром.
На предложение Ду Чжаохуэя Тан Юаньюэ ответил уклончиво:
— Как ты думаешь, мисс Ся продаст эту землю?
Внимание Ду Чжаохуэя переключилось. Действительно, станет ли Ся Сяолань продавать землю?
По мнению Ду Чжаохуэя, в любом деле, приносящем прибыль, есть место для переговоров. Однако за те несколько раз, что он сталкивался с Ся Сяолань, ее методы работы каждый раз оказывались настолько неожиданными, что предугадать ее мысли с помощью логики было невозможно.
— Может, попробуем предложить цену? — неуверенно произнес Ду Чжаохуэй.
Тан Юаньюэ улыбнулся:
— Лучше я выступлю от своего имени. Кажется, между тобой, Ду Чжаохуэй, и мисс Ся есть какие-то недопонимания. Боюсь, стоит тебе появиться, как она либо вообще откажется продавать землю, либо задерет цену до небес. Мы оба не нуждаемся в этих деньгах, но к тратам все же нужно подходить с умом.
Если он купит благодатное место за тысячу юаней, отец скажет, что у него есть вкус.
Но если он выложит сто миллионов за 20 му земли в Пэнчэне, отец вряд ли оценит такой жест.
Лицо Ду Чжаохуэя помрачнело. Тан Юаньюэ, оказывается, уже разузнал о его отношениях с Ся Сяолань?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
