Оказавшись в роли сокурсниц в чужой стране, Нин Сюэ не проявила к Ся Сяолань особого радушия.
Ся Сяолань не расстроилась: именно так и должна была вести себя Нин Сюэ — как неприступный «цветок на ледяной вершине»!
Похоже, Нин Сюэ действительно очень подходил Корнеллский университет. Программа бакалавриата по архитектуре в Корнелле считалась первой в США, и ежегодно они принимали студентов со всего мира не больше, чем архитектурный факультет Хуацин… Здесь собрались сильнейшие, и у Нин Сюэ наверняка появились новые достойные соперники.
Нин Сюэ быстро прошла мимо вместе с новыми однокурсниками; они обсуждали задание, данное профессором Маккарти — это была учебная группа.
Ся Сяолань тоже должна была посещать занятия профессора Маккарти, её расписание во многом совпадало с расписанием Нин Сюэ. Той нужно было набирать учебные кредиты, и некоторые курсы она была обязана выбрать, а Ся Сяолань, приехавшая по обмену на год, специально выбирала курсы самых именитых профессоров, чтобы все хлопоты с поездкой за границу не прошли даром.
«Значит, всё-таки придётся пересекаться?»
Она отвлеклась на Нин Сюэ, из-за чего руль велосипеда вильнул, и несколько толстых, тяжелых учебников выпали из корзины.
Ся Сяолань только собиралась наклониться, как чьи-то руки уже подняли книги за неё.
Золотисто-каштановые волосы, серые глаза. Ся Сяолань не была низкого роста, но ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на этого человека… Мысленно она прикинула: он был даже повыше её Чэнцзы.
Настоящий красавец.
Красавцев с тонкими чертами лица и глубоко посаженными глазами в Америке было пруд пруди, особенно это чувствовалось в аэропорту Нью-Йорка. Все-таки это крупнейший город США, и все красавцы и красавицы мира стремятся в Нью-Йорк, пытаясь воплотить здесь свою «американскую мечту».
— С архитектурного? Привет, кажется, я тебя раньше не видел. Я Дэнни, с гостиничного дела.
Гостиничное дело было ведущим направлением в Корнеллском университете.
Если архитектурный факультет был первым в США, то факультет гостиничного дела мог поспорить за первое место во всем мире.
Собеседник был очень дружелюбен, и Ся Сяолань не стала отгораживаться.
— Я студентка по обмену из Китая. Можешь звать меня Ся — иностранцам всегда трудно правильно произносить наши китайские имена.
Самоирония — отличный способ начать общение. Дэнни не удержался от смеха и указал на группу людей позади себя:
— Мы тут всей компанией собираемся пообедать, не хочешь к нам присоединиться?
Ся Сяолань изначально хотела продолжить осмотр кампуса или прогуляться по городку.
Но Дэнни приглашал очень тепло, а Ся Сяолань не могла вечно избегать контактов с другими студентами, поэтому она с готовностью согласилась.
С разговорным языком у неё проблем не было, да и характер не был замкнутым, так что она быстро разговорилась с этой компанией.
Заводить друзей в Америке очень просто: если кто-то тебе симпатичен, можно сразу начинать болтать. Застенчивость и сдержанность здесь не считались добродетелями, скорее наоборот — таких людей сторонились. В компании Дэнни было семь-восемь человек, и почти все они учились на гостиничном деле.
Ся Сяолань ещё не успела сойтись с однокурсниками по архитектуре, но уже влилась в круг будущих отельеров.
Для неё самой это стало неожиданностью.
На факультете гостиничного дела процент красавцев и красавиц был очень высок. Обедать Дэнни и остальные решили в университетской столовой. Там был недорогой студенческий шведский стол, но Дэнни и его друзья утверждали, что он невкусный.
— Бургер-сеты здесь неплохие.
Дэнни сказал это и добавил, что, раз Ся Сяолань — их новый друг, он готов оплатить её обед.
Обычно все платили за себя, и Ся Сяолань была к этому готова. Она не стала строить из себя богачку и предлагать угостить всех: дружба не покупается деньгами.
К тому же, зачем ей сорить деньгами перед Дэнни и остальными?
Они отказывались от дешевого шведского стола в пользу бургеров и сэндвичей по три доллара за порцию — Ся Сяолань не считала их бедняками.
Но она настояла на том, что заплатит за себя. Таковы были местные правила приличия, и Ся Сяолань не хотела, чтобы о китайских студентах думали, будто они любят поживиться за чужой счёт.
— Окей, окей, как скажешь! — не стал настаивать Дэнни.
Ся Сяолань была новым человеком, поэтому во время обеда всё внимание было приковано к ней, все проявляли к ней большой интерес.
Узнав, что она приехала по обмену всего на один год, девушка по имени Нэнси с сожалением заметила:
— Ся, тебе стоит постараться остаться здесь и окончить бакалавриат. Бакалавриат архитектуры в Корнелле — это нечто потрясающее, здесь ты получишь всё, что пожелаешь!
Есть ли в Китае хорошие университеты?
У этих ребят не было об этом ни малейшего представления. Мощь США была величайшей в мире, и их университеты, естественно, считались лучшими — все американцы были в этом уверены.
— Спасибо, Нэнси, я подумаю об этом.
Окончить бакалавриат в Корнелле?
Это подошло бы кому-то вроде Нин Сюэ, у которой не было никаких обязательств, но Ся Сяолань не могла полностью бросить свои дела на родине. Год — это предел, большее количество времени нарушило бы её карьерные планы.
Студенты по обмену учились за государственный счёт, но на что жить китайскому студенту, если он захочет остаться в США надолго, не подав заявку на полную стипендию? Дэнни заметил сломанные часы на руке Ся Сяолань, которые она ещё не успела заменить, и преувеличенно оживленно сменил тему:
— Ся, ты как раз приехала на второй курс, значит, тебе обязательно нужно брать курс профессора Маккарти? Видит бог, он — настоящий Король Демонов вашего архитектурного факультета! У него адские требования. Один мой знакомый рассказывал, что ценой пятерки от Маккарти стала половина его шевелюры!
Ся Сяолань невольно коснулась своего хвоста. Питалась она хорошо, и волосы у неё были густыми, черными и блестящими — она ими вполне гордилась.
Потерять половину?
Может, ей ещё не поздно отказаться от курса профессора Маккарти?
Дэнни не шутил, «слава» профессора Маккарти вышла далеко за пределы архитектурного колледжа. Даже на факультете гостиничного дела были наслышаны о его ненормальной… то есть, чрезмерной строгости!
Нэнси тоже бросила на Ся Сяолань сочувственный взгляд.
Всё познается в сравнении, и Нэнси вдруг почувствовала, что изучать гостиничное дело — это счастье. Она и Дэнни заговорили о недавней стажировке на каникулах в каком-то отеле «Уилсон», и Ся Сяолань насторожилась.
Какой ещё Уилсон?
Не может же это быть таким совпадением!
Впрочем, в Америке фамилия «Уилсон» встречается на каждом шагу, поэтому Ся Сяолань не стала расспрашивать. Сейчас её больше беспокоило завтрашнее утро — завтра у неё было первое занятие у профессора Маккарти, и это было просто ужасно.
Попрощавшись с Дэнни и его компанией, Ся Сяолань вернулась в дом семьи Вэнь.
Профессор Вэнь, увидев, что она уже купила учебники, не сдержал вздоха:
— Забыл сказать тебе, что можно купить подержанные учебники.
— Время важнее экономии, о подержанных книгах подумаю в следующем семестре. Сегодня я слышала, что профессор Маккарти очень строгий, вы что-нибудь знаете о нём?
Профессор Вэнь запнулся:
— Чуть не забыл, тебе же идти на курс к Маккарти… Каким тебе кажется характер твоего учителя?
Характер Мао Каншаня?
Как пороховая бочка — вспыхивает от малейшей искры. С Ся Сяолань он был на редкость мягок, но это не её личный вывод, а слова старшего сокурсника Чжоу Маотуна, сказанные с ноткой ностальгии.
Однако даже сбавивший обороты Мао Каншань, обычно покладистый, стоило ему войти в режим преподавания, часто распекал Ся Сяолань так, что мало не казалось.
— И что?..
— И то, что профессор Маккарти — это еще более язвительная версия твоего учителя в период его самого буйного нрава.
Добавить к Мао Каншаню ещё и язвительности?
У Ся Сяолань по коже пробежал мороз.
— И что мне делать?
Профессор Вэнь вытянул из стопки купленных ею книг «Элементы конструкций».
— Мой совет: начни заранее изучать труды профессора Маккарти. До твоей первой лекции у него осталось пятнадцать часов.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
