Киссинджер не просто находился под сильным давлением.
После выхода телепередачи журналисты дежурили у входа в нью-йоркский офис GMP, дожидаясь возможности расспросить Киссинджера.
Поскольку до самого Киссинджера было не добраться, домогательствам подверглись и другие сотрудники фирмы.
У женщин-сотрудниц спрашивали, что они думают о произошедшем с Лисой и готовы ли они дать показания, если та подаст на офис GMP в суд.
У мужчин же интересовались, не отнимали ли они в ходе работы возможности у Лисы… Кто бы мог подумать, что ситуация обернется таким образом?
— Проклятый Монд!
Киссинджер в ярости швырнул что-то об пол в своем кабинете.
Это определенно дело рук Монда Доусона.
Хотя Монд и не действовал в открытую, именно он организовал для Лисы участие в телешоу. Попасть в программу с такими высокими рейтингами просто так невозможно!
— Черт бы побрал эту миссис Уилсон!
Киссинджер был вне себя от досады.
Сейчас он горько сожалел о том, что заставил Ся Сяолань принять заказ миссис Уилсон. Деньги везде пахнут одинаково — почему бы ему было не настоять на заказе от гонконгского клиента?
Как вообще может существовать такой клиент, как миссис Уилсон? Богачи — бесстыдные твари!
— Господин Киссинджер… — Его яростный вид до смерти напугал секретаршу. — Это Ся, звонит Ся. Кажется, она уже прилетела в США.
Ложь, повторенная стократно, становится похожей на правду.
Если сотни или тысячи людей заранее поверили в ложь, истина размывается. Сказать по правде, сейчас даже некоторые сотрудники нью-йоркского офиса GMP втайне начали сомневаться: раз Лиса держится так уверенно, неужели в ее словах есть доля правды?
Неужели между Киссинджером и Ся действительно была какая-то темная сделка, и именно поэтому стажерка так блистала в GMP?
Это вполне возможно, ведь господин Киссинджер всегда был партнером, для которого выгода стоит на первом месте!
Если ради выгоды господин Киссинджер решил продвинуть Ся как «архитектора-суперновую» и совершил роковую ошибку… кхм, подобные мысли были крайне губительны для репутации нью-йоркского офиса GMP. Сейчас фирма должна была сплотиться, чтобы пережить кризис, но раз в самом Киссинджере сомневались, положение остальных тоже стало незавидным.
Киссинджеру было плевать на мысли секретарши. Он схватил трубку, сдерживая гнев:
— Твой адвокат, этот Эрик, вроде бы знаменитость, но не липовая ли у него слава? Он просто смотрит, как Лиса разгуливает по телешоу и раздает интервью газетам. Суд еще не начался, а мы уже наполовину проиграли! Даже если ты выложишь сотню черновиков, присяжные тебе не поверят, да и судья не выдержит такого давления… Этот Эрик вообще на что-то годен? Если нет — немедленно меняй адвоката!
В гостиничном номере Ся Сяолань неловко улыбнулась. Мужчинам ведь претит слышать о собственной несостоятельности, а телефон стоял на громкой связи, и Эрик все слышал.
Эрик изобразил полное равнодушие, не желая спорить с вспыльчивым Киссинджером. Ся Сяолань оставалось только следовать заранее оговоренному плану:
— Господин Киссинджер, сейчас обстоятельства складываются не в нашу пользу, а первое слушание уже на носу. Мы не можем идти по пути, который нам навязывают другие.
И как же тогда идти?
Киссинджер в этот момент готов был собственноручно свернуть Лисе шею… О, и про Монда Доусона забывать нельзя. Он бы оторвал головы им обоим и закатал в бетон прямо у входа в здание, где располагался офис GMP, чтобы каждое утро и вечер по пути на работу наступать на это самое место!
— Мы запрашиваем отсрочку разбирательства. Что вы думаете о переносе даты судебного заседания?
— …!
«Ничего хорошего!» — подумал он.
Если об этом пронюхает пресса, они тут же раструбят, что они испугались, струсили и боятся идти в суд.
— Лучше бы тебе привести веские доводы, иначе я решу, что ты договорилась с Лисой о досудебном урегулировании и вы водите меня за нос. Предупреждаю: если ты дашь слабину и пойдешь на мировую, я сочту тебя врагом! Поверь, перейти дорогу Монду Доусону неприятно, но и ссориться со мной тебе не понравится!
Если Ся Сяолань сейчас пойдет на попятную, всё, что сделал Киссинджер, превратится в фарс.
В конце концов, сейчас под ударом оказалась вовсе не Ся Сяолань. Она ведь китайская студентка, которой раньше и в Штатах-то не было, разве может она сравниться в плане ценности для новостей с Киссинджером, партнером фирмы GMP? После телеинтервью Лисы основной шквал общественного мнения обрушился именно на него. Даже внутри GMP начали поговаривать о том, что Лиса может подать на саму фирму в суд и сделать ее ответчиком!
Можно сказать, что карьера Киссинджера столкнулась с серьезным вызовом. Он обязан был преодолеть это препятствие. Судебный процесс Ся Сяолань должен был не просто продолжиться — он должен был закончиться победой!
— Как вы могли такое подумать? Я никогда не соглашусь на досудебное урегулирование. Моя цель совпадает с вашей — выиграть процесс. И именно для победы Эрик советует перенести слушания. Согласно его анализу…
Хороший адвокат не ждет, пока противник сделает ход, чтобы потом отбиваться один за другим. Где в спешке взять неопровержимые доказательства, способные развеять все сомнения?
Профессионал не только готовит доказательную базу для победы своего клиента, но и моделирует возможные действия оппонента. На каждый предполагаемый шаг нужно найти контрмеру. Тщательная подготовка перед судом — вот залог успеха!
По мере того как Ся Сяолань излагала план, гнев Киссинджера начал утихать. Когда она закончила, он на мгновение задумался:
— …Что ж, я готов еще несколько дней поработать громоотводом. Но если Эрик ошибся, мне плевать, согласна ты или нет — ты сделаешь так, как я скажу, и выставишь этого идиота за дверь!
— Хорошо, что вы понимаете. Прошу прощения за беспокойство и премного вам благодарна.
— Хм, избавь меня от этих любезностей. Я хочу видеть только одно — победу в суде!
Положив трубку, Киссинджер глубоко вздохнул.
Подумаешь, внимание прессы! Он, Эндрю Киссинджер, именно тот человек, который умеет держать удар!
Эти никчемные Лиса и Монд думают, что таким способом смогут его свалить? Мало того, что он и пальцем не пошевелил, чтобы заставить Лису отдать работу Ся Сяолань ради престижа, так даже если бы и сделал это — никогда бы не признался!
Чтобы стать партнером нью-йоркского отделения GMP, ему пришлось пройти через многое. Женщины-архитекторы вроде Лисы, чей талант ничем не примечателен, — лишь расходный материал, который можно заменить в любой момент.
Кажется несправедливым? Обидно, что старания не признают? Дерьмо!
Лиса не единственная в этом мире, кто вкалывает. Она вообразила, что ее усердие уникально, в то время как Киссинджер считал это нормой. Полно людей талантливее Лисы, которые пашут еще больше — вот она, суровая реальность профессионального мира!
Считаешь, что с тобой поступили несправедливо? Собирай манатки и катись на все четыре стороны! Это лишь доказывает, что ты не достойна работать в фирме мирового уровня!
Киссинджер размашистым шагом направился вниз, даже не пытаясь скрываться.
Репортеры, караулившие у входа, были ошарашены, но тут же обступили его.
— Вы ведь хотели взять у меня интервью? Чего же вы ждете? Правда, времени у меня в обрез. Если не возражаете, поднимемся наверх и выпьем по чашечке кофе, я угощаю!
Наверх?
Это он приглашает их на интервью прямо в офис GMP? А ведь еще недавно охрана здания костьми ложилась, чтобы их не пустить!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
