Мудрец, глубоко сведущий в священном учении, некоторое время размышлял над ответом и, вновь собравшись с мыслями, так обратился к царю:
— Я начну иной обряд, который принесёт тебе желанных сыновей; всё будет исполнено должным образом, и первыми будут прочтены тексты Атхарвы.
Затем кроткий сын Вибхандаки начал это великое жертвоприношение, по-прежнему стремясь принести царю благо и ревностно исполняя его волю. Вскоре там собрались все боги, каждый за своей назначенной долей: Брахма, владыка небес, Стхану, Нараяна, Всевышний Господь, и святой Индра, представший взору людей со своей свитой из марутов; небесные певцы, святые и духи, чистые от земной скверны, единодушно устремились в это место, дабы почтить своим присутствием обряд великого душою монарха.
Тогда отшельник обратился к богам, пришедшим за своей законной долей:
— Ради вас Дашаратха принёс в жертву коня, дабы обрести сына; царь претерпел суровые обряды покаяния и с твёрдой верой положился на вас, а теперь с неугасающим усердием желает совершить второй обряд. Но, о боги, соблаговолите исполнить чаяние вашего просителя. Я возношу к вам руки в мольбе и прошу всех вас ниспослать этот дар, чтобы четыре прекрасных и славных сына увенчали приношения царя.
Они ответили сыну отшельника:
— Его желание будет исполнено. Ибо, о брахман, мы безмерно любим царя и чтим тебя.
С этими словами боги удалились, ведомые Индрой.
Тогда все собравшиеся бессмертные воззвали к Господу, сотворившему миры:
— О Брахма, могущественный по благодати твоей, Равана, правящий расой великанов, истязает нас в своей безрассудной гордыне, а вместе с нами — и любящих покаяние святых. Ибо в былые дни ты, оставшись доволен им, даровал ему благословение, что сделало его дерзким: по воле твоей ни бог, ни демон не могли пресечь его заговорённую жизнь. Мы, почитая это высокое веление, сносим всю его ярость, хотя и тяжко страдаем. Этот владыка великанов, свирепый и лютый, бичует землю, небеса и ад. Обезумев от твоего дара, он в нечестивом гневе разит святых, гандхарвов, богов и мудрецов. Само солнце сдерживает своё сияние, ветер боится дуть, и огонь утишает свой привычный жар там, где ступает нога грозного Раваны; и даже море, украшенное ожерельем из блуждающих волн, трепещет перед ним и не смеет бушевать. Сам Кувера в печальном поражении изгнан из своей блаженной обители. Мы видим и чувствуем мощь великана, и охватывают нас горе и ужас. Тебя, о Господь, молят твои просители найти средство, чтобы остановить это бедствие.
Услышав призыв собравшихся богов, он размышлял в тайниках своего сердца и промолвил:
— Лишь один путь я вижу, как убить этого демона с порочным умом. Однажды он молил меня защитить его жизнь от демонов, богов, небесных певцов и духов земли и воздуха, и я, вняв его просьбе, согласился. Но гордый великан в своём презрении не помыслил о человеке, рождённом женщиной. Никто иной не может лишить его жизни, лишь человек волен сразить этого изверга.
Боги во главе с Индрой возрадовались, услышав его слова. Тогда, увенчанный славой, подобной пламени, Господь Вишну явился на совет; в руках его были раковина, булава и диск, и облачён он был в шафрановые одежды.
Восседая на своем орле среди толпы,
Подобно солнцу на облаке,
В браслетах из чистого золота явился он,
Приветствуемый громкими кликами богов.
Единодушно воспели они ему хвалу
И воскликнули, склонившись в глубоком почтении:
— О Господь, чья рука сразила свирепого Мадху,
Будь нашим прибежищем, твердым и верным;
Ты — друг страждущих миров,
Молим тебя, помоги ныне взывающим к тебе.
Тогда Вишну молвил:
— О боги, поведайте,
Что должен я свершить, дабы исполнить вашу молитву?
— Царь Дашаратха, — воззвали они, —
Многие дни пребывавший в усердном покаянии,
Принес в жертву коня,
Жаждя сыновей, но всё тщетно.
Ныне, вняв нашему горестному крику,
Воплотись и родись как его семя.
У него три царицы: каждая из этих прекрасных дам
Подобна Красоте, Скромности или Славе.
Раздели себя на четыре части и стань
Его потомством от этих благородных трех.
Прими облик человеческий и срази в бою
Равану, что смеется над небесной мощью:
Этот всеобщий бич, эту терзающую занозу,
Которую три мира терпели слишком долго.
Ибо Равана в безрассудной гордыне
Своей несравненной мощи бросил вызов
Небесному воинству и изводит горем
Небожителей, певцов и мудрецов,
Сокрушая каждый дух и каждую деву,
Играющую в небесной тени Нанданы.
О торжествующий Господь, пред тобой мы склоняемся;
Ты — наша верная надежда и опора.
Взгляни на мир людей внизу
И срази великого врага богов.
Когда боги вознесли свои мольбы,
Мудрый Нараяна ответил им:
— Какое дело требует моего присутствия там,
И откуда этот страх, о боги, поведайте.
Боги ответили:
— Мы страшимся, о Господь,
Свирепого Равану, гнусного хищника.
Пусть славной задачей твоей станет, молим мы,
В человеческом облике сразить этого демона.
Лишь тобой одним из всех Блаженных
Этот грешник может быть повержен.
Он обрел долгим и суровым покаянием
Милость великого Прародителя.
Тогда Тот, кто дарует все блага,
Оградил демона от небесных врагов
И дал обет, что хранит его жизнь
От всех живых существ, кроме человека.
Против него, так вооруженного, никакой иной враг,
Кроме человека, не может нанести смертельный удар.
Прими же, о Царь, смертное рождение
И повергни демона на землю.
Тогда Вишну, Бог богов, Господь
Всевышний, почитаемый всеми мирами,
Рек Брахме и просящим:
— Отбросьте страх: ради вас
В битве сражу я его насмерть,
Жестокого демона, ужас Бессмертных.
И вельможи, и советники, и все
Его родичи падут вместе с ним.
Затем в мире смертных людей
Десять тысяч и десять сотен лет
Я буду править как земной царь
И охранять землю как свои владения.
Боги, мудрецы, нимфы и сонм певцов
Небесными голосами вознесли свою песнь
В гимнах триумфа Богу,
Чьи победоносные стопы попрали Мадху:
— Заступник богов, явись как человек,
Срази этого жестокого Равану,
Занозу, коей боятся святые и отшельники,
Бедствие, которое никто не может остановить.
В неукротимой дикой ярости
Гордыня его вечно растет:
Он смеет считать Владыку богов
Одним из своих смертельных врагов.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
