Рамаяна — Песнь 203. Речь Ситы

Благословленный мудрецом, когда сын Рагху продолжил свой путь, Сита, исполненная кроткого и скромного трепета, заговорила с ним своим нежным голосом:

— Даже малая оплошность может привести великих к позору, следующему за беззаконным деянием, — к позору, господин мой, что неизменно пятнает проступки, рожденные низменным желанием. Три разных греха оскверняют душу, возникая из страсти, не знающей узды: во-первых, произнесение лживого слова; затем — еще более гнусные — второй и третий: преступная любовь к чужой жене и жажда крови, не вызванная враждой. Первого из них, о сын Рагху, в тебе никто еще не находил и никогда не увидит. Любовь к чужой жене губит все заслуги, принося их в жертву греховным утехам. Рама, я верю, что в тебе подобное преступление никогда не встречалось и не будет замечено: сама мысль о нем, мой благородный господин, глубоко противна твоей сокровенной душе.

— Ибо ты всегда оставался всё тем же любящим супругом своей дорогой жены, готовым с верным сердцем исполнять волю своего отца, в высшей степени справедливую и истинную. Справедливость, вера и многие добродетели нашли в тебе приют. Такими качествами, о принц, могут обладать лишь праведники, властвующие над каждым своим чувством; и ты, с любовью взирая на всё сущее, вполне способен каждое чувство смирить. Но что до третьего порока — страсти, неустанно жаждущей чужих жизней, безотчетной жажды крови там, где нет ненависти, — от этого, о мой господин, ты не желаешь уклоняться. Ты только что дал обещание помочь святым мудрецам леса Дандака, и ради защиты их жизней от зла ты прольешь в сражении кровь великанов; и благодаря твоему обещанию нетленная слава прославит имя этого леса.

— Вооруженный луком и стрелами, ты отправляешься теперь в путь со своим братом, и когда я думаю о том, как ты верен слову, страхи за твое блаженство охватывают мое сердце, и весь мой дух при этом зрелище смущен странной тревогой.

— Мне это не по душе — мне кажется недобрым твой уход в лес Дандака. И если ты выслушаешь меня внимательно, я назову причину своего страха.

— Ты с братом, с луком в руках, будешь стоять под теми древними деревьями, и твои острые стрелы не пощадят лесных скитальцев, что встретятся тебе там. Ибо как дрова служат пищей, заставляющей вспыхнуть дремлющее пламя, так и воин, сжимая свой лук, чувствует, как грудь его наполняется пылом.

— В давние времена в священной роще, где птицы и звери не знали вражды, Шучи, правдивый отшельник, под сенью ветвей соблюдал свои обеты. Тогда Индра, небесный супруг Шачи, явился в его тихую обитель в облике воина с мечом, чтобы помешать святым трудам отшельника, и оставил там славное оружие, вверив его заботам отшельника как залог для хранения тому, чей разум был всецело предан пламенному усердию. Он принял клинок: с величайшим тщанием он хранил его для нужд воина. Стремясь оправдать доверие, он преданно носил его с собой, когда бродил по соседней роще. Когда бы он ни отправлялся на поиски корней и плодов, он неизменно носил меч при себе. Всецело поглощенный своей священной обязанностью, он брал сокровище с собой, куда бы ни шел.

— И пока день за днем он носил этот меч, отшельник, богатый заслугами, отвратил все помыслы от обрядов покаяния, и дух его стал свирепым и диким. Очерствевшей душой он пренебрег праведностью и нашел отраду в жестоких деяниях. Так, живя с мечом, он пал — погубленный отшельник, низвергнутый в ад.

— Этот рассказ относится к тем, кто слишком тесно общается с воинской сталью: сталь для воина — то же самое, что дрова для тлеющего огня. Мною движет искренняя привязанность: я почитаю того, кого желала бы поучать. Пусть же ты, вооруженный стрелами и луком, никогда не познаешь столь ужасной тяги — убивать этих лесных великанов, когда к битве не побуждает ненависть. Ибо тот, кто убивает без вины, стяжает тем мало славы.

— Лук, который воин радостно натягивает, дан ему для более благородной цели — чтобы он мог спасать и выручать тех, кто в лесах томится под гнетом врагов. Что значат лук или сталь в сравнении с лесом? Что значит рука воина в сравнении с рвением отшельника? Нам ни к чему такая мощь, нам надлежит следовать лесным правилам.

— Но когда Айодхья поприветствует тебя как своего владыку, тогда пусть возвратится к тебе жизнь воина. Так возрадуются твой отец

423

и мать в блаженстве, которое ничто не сможет разрушить.

— И если, отказавшись от царства, ты подчинишь себя обету отшельника, знай: благороднейший дар исходит от добродетели, и добродетель приносит бесконечную радость. Все земные благословения посылает добродетель; от добродетели зависит весь мир. Те, кто обетом и постом приучают к сдержанности разум и плоть, обретают своим трудом, по благородной мудрости своей, высшую добродетель в награду.

— Оставайся же чист в роще отшельника, верен своему долгу, не запятнан грехом. Впрочем, три мира открыты перед тобой, знающим всё. Кто дал мне власть, чтобы я осмелилась указывать моему господину на его долг? Это лишь женская прихоть, легкая как воздух, тревожит мою неразумную грудь. Теперь посовещайся с братом, поразмысли, прими решение с рассудительностью и поступи так, как кажется лучшим.