Нахмурив брови и сверкая яростным взором, незнакомец дал свой грозный ответ:
— Узри во мне, о прекраснейшая, брата Царя Золота. Мое имя — Равана, я зовусь Десятишеим Владыкой, и слава о моей мощи и доблести гремит повсюду. Я внушаю ужас богам и полчищам гандхарвов; змеи, духи и птицы, парящие в небесах, бегут прочь при моем приближении, обезумев от страха, и трепещут они, подобно смертным, когда Смерть стоит у порога. Однажды Вайшравана, мой брат, воспылав гневом, сошелся со мной в битве,
Но, уступив превосходящей силе, бежал он из дома своего в великом страхе. Владыка колесницы, влекомой людьми, он и ныне обитает на славной горе Кайласа. Я заставил побеждённого царя отдать ту великолепную колесницу, что ныне принадлежит мне, — Пушпак, повсюду прославленный, летящий по воле хозяина сквозь податливые небеса.
Небесные воинства под предводительством Индры в смятении бегут прочь от лика моего, и там, где являются мои внушающие трепет стопы, ветер затихает или замирает от страха. Где бы я ни стоял, куда бы ни шёл, смятенные воды перестают течь, каждая зачарованная волна безмолвна и неподвижна, и само яростное солнце холодеет.
За морем стоит моя Ланка, населённая свирепыми созданиями и полчищами исполинов, славный город, прекрасный взору, подобно Амаравати Индры. Высокая стена из прочного камня, сверкающая издалека, окружает его весь; его золотые дворы чаруют взгляд, а ворота сияют лазуритом. Кони, слоны и колесницы там, и громкая музыка барабанов оглашает воздух; прекрасные деревья растут в чудесных садах, и ветви их сияют многообразными плодами.
— Ты, о прекрасная царица, будешь жить со мной в чертогах, достойных принцессы; ты забудешь своих прежних спутников и не станешь с сожалением вспоминать о земных женщинах. Ни одна земная радость не минует твою душу, и ты сполна вкусишь небесного блаженства. Не думай более о смертном Раме, чей срок дней скоро подойдёт к концу. Царь Дашаратха с презрением взирал на Раму, хоть тот и был первенцем; он отослал в леса этого немощного глупца, а править поставил своего любимого сына. Что тебе, о большеокая дева, теперь до падшего Рамы, вынужденного бежать из дома и царства, жалкого отшельника, которому суждено скоро умереть? Прими своего возлюбленного и не отказывай царю исполинов, что преданно сватается к тебе. О, внемли и не отвергай с презрением сердце, пронзённое стрелами Камы. Если ты откажешься внять моей мольбе, берегись скорби и грядущих бед; ибо та же печальная участь постигнет тебя, что выпала несчастной Урваши, когда она случайно коснулась своей стопой Пурураваса и горько страдала.
502
— Мой мизинец, поднятый в бою, был бы сильнее всей мощи Рамы. О прекраснейшая, будь радостна и счастлива с тем, кого посылает тебе судьба.
Таковы были слова, сказанные исполином, и гневные очи Ситы покраснели. Она ответила в том уединённом месте владыке племени исполинов:
— Неужели ты — брат Владыки Золота, чтимого всем миром, и, происходя от столь славного корня, дерзаешь ныне совершить это злое дело? Говорю тебе, нечестивый монарх: все исполины падут из-за твоего греха, ибо ты — их безрассудный повелитель и царь, с безумным умом и беззаконным сердцем. Да, можно надеяться похитить жену Индры и остаться в живых. Но тот, кто пожелает вырвать супругу Рамы из его любимых объятий, неизбежно познает отчаяние.
— Да, можно украсть прекрасную Шачи, супругу Того, кто мечет пламя грома, можно преуспеть в своём замысле и прожить долгие дни; но напрасно ты надеешься, о царь исполинов, даже если ты осушишь чаши с амритой, избежать кары и боли за поругание такой, как я.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
