По царской дороге блистательной Ланки
Исполин, пробужденный от сна, шагал,
А с кровель домов на его главу
Дождь благоуханных цветов ниспадал.
Достиг он врат государевых, где
Сверкали каменья и златая резьба.
Через двор и покои, что дрожали
Под его стопою, путь он держал
И предстал в палате, где
Брат его в мрачном отчаянии восседал.
Но вдруг при виде столь отрадном
Очи владыки вновь засияли.
Он вскочил, забыв о страхе,
И привлек к себе брата-гиганта.
Младший припал к стопам старшего,
Воздав царю должное почтение,
И воскликнул:
— О Монарх, изреки свою волю,
И да исполнит рвение мое слово твое.
Какой внезапный ужас и смятение
Разорвали узы сна, в коих я пребывал?
Яростное пламя сверкнуло в очах Раваны,
И так во гневе он отвечал:
— Прекрасное время для сна, как я погляжу,
Чтоб нежить душу в блаженном покое,
Не ведая, в забвение погрузясь,
Об опасностях, что жизнь нашу окружают.
Храбрый Рама, сын Дашаратхи,
Через море проложил путь
И с помощью владыки ванаров
Свои полчища под стены Ланки привел.
Хоть никогда на поле смертном
Мои воины-ракшасы не знали отступления,
Храбрейшие из племени великанов
Пали, ванарами сраженные.
Оттого и страх мой. О ярый и доблестный,
Ступай же, спаси нашу Ланку обреченную.
Иди и сверши ужасную месть:
Ради сего, о вождь, я велел тебе пробудиться.
Боги и трепещущие демоны познали
Неистовые удары руки твоей.
Нет воина на земле, нет и в небесах,
Кто сравнился бы мощью с тобой, о сын Пуластьи.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
