Когда обмен взаимными приветствиями завершился, правитель Вишалы заговорил наконец:
— О мудрец, кто эти юные царевичи, мощью своей соперничающие с небожителями, героические, рожденные для счастливой доли, с походкой львов или слонов, отважные, как тигр или бык, с очами, подобными лотосу, великими и полными, вооруженные колчанами, мечами и луками, чьи облики подобны Ашвинам, словно дети бессмертных сил, они беспрепятственно вступили под наши сени, — как они достигли этого места пешком? Что ищут они и какого они рода? Подобно тому как солнце и луна украшают небо, эти герои прославляют сие место. Сходные ростом, статью и повадкой, оба наделены одной и той же прекрасной внешностью.
Он умолк; и по просьбе монарха лучший из отшельников поведал ему всё: как жили они с ним в роще и как истребляли демонов. Изумление наполнило грудь монарха, и он радушно принял каждого царственного гостя. Приняв это гостеприимство, чета царевичей осталась там на ночь и отдыхала, а с первыми лучами утреннего солнца они продолжили свой путь к Митхиле. Когда прекрасный город Джанаки впервые предстал их взору, еще вдали, отшельники радостными возгласами приветствовали славный град, открывшийся их глазам.
Тогда Рама увидел священную рощу, что находилась вблизи города, заросшую, покинутую, отмеченную печатью времени, и так обратился к великому мудрецу:
— О достопочтенный господин, я жажду узнать, какой отшельник жил здесь в былые времена.
Тогда святой наставник, красноречивейший из мужей, ответил принцу:
— О Рама, послушай, я поведаю тебе, чьей была эта роща и что случилось, когда в порыве яростного гнева великий святой проклял эту обитель. Это была роща — прекраснейшая в те времена — Гаутамы, о лучший из людей, подобная самим небесам, глубоко почитаемая богами, живущими в вышних сферах. Здесь, вместе с Ахальей, аскет предавался своему ревностному служению. Пролетели тысячи лет. И вот однажды случилось так, что святой ушел, и тогда явился Индра, Разрушитель Городов, и узрел красоту этой женщины. Приняв облик мудреца, бог стал обольщать прекрасную Ахалью:
— Любовь, о сладостная, не должна знать унылых промедлений, но ловить мгновения, пока она может.
Она узнала его под личиной святого — Господа Индру Тысячеокого, но, охваченная нечистым пламенем страсти, уступила желанию бога.
— Теперь, о Владыка Богов! — прошептала она. — Беги, спаси себя и меня от Гаутамы.
Трепеща от сомнений и обезумев от страха, Господь Индра бежал из хижины; но, убегая, он встретил в роще возвращавшегося домой отшельника, чьего гнева избегали бы и боги, и демоны — столь великую силу обрели его истовые обряды. Он шел, только что совершив омовение, сияющий, словно яркое пламя, с дровами для священных обрядов и травой, лучший из пустынников. Владыка Богов помрачнел, увидев столь близко могучего святого, и когда святой отшельник заметил в облачении отшельника Тысячеокого,
Узнав обо всем, он обрушил свой гнев на грешника и рек так:
— За то, что принял ты мой облик и совершил сие безумство, ты проклят. Отныне и впредь это проклятие пребудет с тобой: ты станешь жалким существом, лишенным пола.
Слова эти не были пустой угрозой; они леденили душу и искажали плоть. Мощь его и божественная сила угасли, и каждый нерв остыл и омертвел.
Затем его ярость обрушилась на жену, и так проклял он виновную госпожу:
— На бесчисленные годы, неверная супруга, ты обречена на суровейшие обеты. Пепел станет твоим ложем, а воздух — единственной пищей; здесь ты пребудешь в полном одиночестве.
Эта глухая роща станет твоим домом, и ничей взор не узрит твоего облика. Когда Рама, сын Дашаратхи, явится под сень этих диких и мрачных деревьев, его приход очистит тебя от скверны и вернет грешнице былую чистоту. Должные почести, коими ты почтишь своего гостя, омоют твое неразумное и заблудшее сердце, возвратят тебя ко мне в блаженстве и вновь даруют тебе твой истинный облик.
218
Так сказал он своей виновной жене, а после святой Гаутама удалился прочь. На прекрасных вершинах Гималаев он провел долгие годы в исполнении суровейших обрядов.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
