Снедаем горестью, с израненной душой,
О пораженьи в битве роковой
С великим мудрецом, чей вызов он принял,
Монарх, вздыхая тяжко, горевал.
Покинув дом, с супругою своей
На дальний юг бежал он поскорей.
Там, лишь корнями и плодами сыт,
Смирив все чувства, подвиг свой вершит.
В глуши безмолвной, в месте том святом,
Четырех сыновей взрастил монарх потом:
Хавишьянд — в честь подношенья наречен,
Мадхушьянд — своею сладостью хвален,
Махаратх — в сраженьях на колеснице быстрый,
И Дридханетра — чей взор тверд и чистый.
Минула тысяча годов с тех пор,
Когда Брахма, чей свят для всех приговор,
К тому, кто в покаянье силу обретал,
С такою речью благостной воззвал:
— О сын Кушики, подвигом своим
Ты в сонме царских мудрецов стал чтим.
Довольны мы аскезою твоей
И сан высокий дарим властию своей.
Так молвил Бог, Создатель всех основ,
Отец земли, небес и всех ветров,
И, свитой небожителей окружен,
В свой вечный край вернулся вскоре он.
Но Вишвамитра счел ту милость за позор
И в гневе долу опустил свой взор.
Пылая яростью, исполненный тоски,
Так мыслил он, сжимая кулаки:
— Нет плода, мнится мне, в аскезе той,
Что долго я влачил с душой суровой,
Коль боги и святые лишь одно решили:
Чтоб званьем царского мудреца меня почтили.
Так рассудив, он чувства вновь смирил
И с рвеньем ярым обет возобновил.
В ту пору правил монарх, чистый душой, державший под строгим надзором каждое свое чувство. Происходил он из древнего рода Икшваку, гордящегося именем Тришанку. В его груди, о потомок Рагху, пробудилось неистовое и сильное желание: принести богам великие жертвы и при жизни проложить себе путь на небеса. Он искал помощи у своего жреца Васиштхи и поведал ему о своих сокровенных помыслах. Но мудрый Васиштха рассудил, что подобные надежды лежат далеко за пределами возможностей монарха.
Отвергнутый в своей просьбе, Тришанку поспешил в далекие южные края, чтобы умолять сыновей Васиштхи посодействовать великому замыслу, рожденному в его душе. Там прославленный царь Тришанку нашел сотню детей Васиштхи; каждый из них был погружен в ревностные обеты, превосходя прочих разумом и славой. К ним, мудрым сыновьям своего святого наставника, и обратился знаменитый царь. Поприветствовав каждого в должном порядке, он от стыда опустил взор и, почтительно сложив руки, обратился к славному собранию:
— Я, смиренный проситель, ищу защиты у вас, помогающих слабым. Я желал совершить великое жертвоприношение, но мудрый Васиштха ответил мне отказом. Да будет на то ваше соизволение, дозвольте моим обрядам свершиться и окажите мне помощь. Сыновья моего наставника, к каждому из вас я взываю с глубоким смирением. Перед каждым, кто хранит обет покаяния, о брахманы, я низко склоняю голову и молю вас с открытым сердцем принять участие в моем великом обряде, дабы я мог во плоти вознестись и пребывать с богами в небесах. Сыновья моего наставника, я не вижу никого иного, кто мог бы даровать мне то, в чем он мне отказал. Дети Икшваку всегда полагаются на своего глубокочтимого наставника; и вы, как ближайшие к нему по положению, станете для меня божествами!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
